Еще одним свидетельством бездумного насаждения его символов везде и всюду стала недавняя отправка мощей Св. Серафима Саровского в космос вместе с экипажем космического корабля «Союз МС-02» на МКС.

Оказывается, командир экипажа Сергей Рыжиков служил псаломщиком в храме Святого равноапостольного великого князя Владимира в американском городе Хьюстон в 2014 году, пока был в США в командировке от Роскосмоса. Удачно совместив таким образом духовность с наукой и техникой. И вот теперь Рыжиков не только взял с собой на орбиту Евангелие, но и закрепил под скафандром мощи преподобного Серафима Саровского. По его словам, после пребывания в космосе частица мощей вернется на Землю и будет помещена в храм Преображения Господня в Звездном городке.

Но, боюсь, командир экипажа тут всей правды не договаривает. На самом деле на Землю вернут только часть мощей. А другая часть останется на МКС. Ведь Международная космическая станция, как известно, рано или поздно завершит свою миссию, и, по крайней мере, часть ее фрагментов, не исключено, может попасть в дальний космос. А вместе с ними — и мощи Серафима Саровского. Поскольку они нетленны, и никакие космические бури и излучения им не страшны, то рано или поздно, может быть, через миллионы лет, мощи православного святого попадут в руки (лапы, щупальца и т. п.) еще неведомых нам инопланетян. И все они чудесным образом сразу же воцерковлятся в православие, да еще непременно московского образца.

Думаете, я несу бред? Отнюдь. Несколько лет назад мне довелось работать у одного украинско-российского олигарха (теперь уже бывшего, поскольку разорился, причем, как кажется, еще до аннексии Крыма и войны на Донбассе, из миллиардера превратившись в простого миллионера). Так вот, этот олигарх, горячий поборник «Русского мира», собирался воцерковить в Русской Православной Церкви Московского Патриархата сначала все население России и Украины. Затем все остальное население Земли. Ну, а когда торжество православия на нашей планете будет обеспечено, надо будет, как он считал на полном серьезе, приобщить к ценностям православия и всех носителей инопланетного разума, если таковые обнаружатся во Вселенной. И даже очень хотел разработать некий алгоритм всеобщего воцерковления, но не успел — деньги кончились.

Возможности России как государства, разумеется, нельзя сравнивать с возможностями одного отдельно взятого олигарха. В России православие давно уже, по крайней мере, с воцарения Владимира Путина, вновь стало государственной религией, каковой оно было до 1917 года. Сейчас РПЦ выполняет ту же функцию, какую выполнял идеологический отдел ЦК КПСС, а православие заменяет в качестве государственной идеологии коммунистическую идеологию.

Благо, во многом они похожи. Ведь марксизм, особенно в его советской ипостаси, многое позаимствовал у христианства, в том числе моральный кодекс строителей коммунизма. Вот только, в отличие от христианства, он обещал людям Царствие Божие не на небе, а на земле, да еще при их жизни, в крайнем случае — при жизни их детей. И до сих пор находятся миллионы, десятки миллионов тех, кто верит в эту утопию! Конечно, разница у КПСС и православной церкви все-таки есть. В советское время идеологический отдел не только за идеологию отвечал.

Недаром секретарь ЦК по идеологии был вторым человеком в партийной иерархии и официальным преемником генсека в случае его смерти или смещения. Тогда у тех, кто отвечал за идеологию, были реальные рычаги власти, и сама идеология была неотделима от правящей партии, которая была единственной в стране. Сейчас РПЦ, конечно же, непосредственно у власти не находится, хотя действует с полного одобрения российского правительства. При этом церковные иерархи стараются максимально расширить свое влияние во всех сферах жизни.

Сейчас спешно создаются богословские факультеты в российских вузах. Но они напоминают не западноевропейские теологические факультеты с их многовековыми традициями, а советские кафедры истории КПСС, марксистско-ленинской философии и научного коммунизма. Вот только научный атеизм — равно как и ненаучный — в сегодняшней России оказался в загоне и существует примерно в таком же положении, в котором в советское время существовали все религиозные конфессии, не только православие. 


Сейчас у тех, кто поступает на государственную службу, прямо спрашивают, православные ли они, и если выясняется, что нет, настоятельно советуют срочно покреститься. Представители других конфессий, официально считающихся в России традиционными, — ислама, буддизма и иудаизма, тоже, как правило, не встречают препятствия при поступлении на госслужбу. А вот католикам, униатам, представителям различных протестантских церквей, а также открытым атеистам, агностикам и лицам, отказывающимся отвечать на вопрос о своей религиозной принадлежности, путь в чиновники обычно оказывается закрыт.

И Церковь расширяет свою экспансию. Она пытается определять, какие фильмы, пьесы, концерты и выставки российским гражданам можно смотреть, какие книги читать, а какие нельзя. Патриарх Кирилл стал одним из инициаторов петиции о выведении абортов из системы обязательного медицинского страхования, что для многих женщин будет равносильно их запрету (они просто не найдут денег на аборт). Как будто не знает патриарх, что в случае запрета абортов резко возрастет число сирот при живых родителях, а когда они подрастут, это аукнется обществу резким ростом преступности. Мировой опыт об этом свидетельствует. И РПЦ с настойчивостью, достойной лучшего применения, добивается, чтобы в школах и в университетах преподавали теорию эволюции и креационизм как равноправные точки зрения. А историю и другие гуманитарные науки пытается перестроить в соответствии с церковными догматами.

У нас еще совсем недавно был коммунистический клерикализм, когда генетика и кибернетика считались «буржуазными лженауками», а историю учили по «Краткому курсу». Хотели и современную физику с теорией относительности заменить «марксистско-ленинской физикой». Но тут Лаврентий Берия не дал — объяснил Сталину, что «физики с буржуазным мировоззрением» (а нередко — и с не самой подходящей национальностью) — основные разработчики советских атомного и водородных проектов. Результат известен. Во всех сферах науки, за исключением тех разделов физики и химии, которые непосредственно связаны с ВПК, да и во всех сферах жизни, СССР безнадежно отстал от Запада. И результат православной клерикализации будет ничуть не лучше советской, а возможно еще более разрушительным.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.