Проклятые шедевры прошлого века, с которыми связано подозрение о том, что они были конфискованы у евреев в годы нацизма, могут попасть в государственный музей. За несколько дней до Рождества суд Мюнхена разрешил осуществить желание, изложенное в завещании Корнелиуса Гурлитта (Cornelius Gurlitt), коллекционера, хранившего у себя дома более тысячи полотен самых великих мастеров живописи XIX и XX века (Пикассо, Матисс, Моне, Сезанна, Дега, Шагалла, Коро — лишь некоторые из их имен). Гурлитт пожелал, чтобы все его наследие было передано в музей изобразительных искусств Берна; однако именно сомнения о том, как была собрана эта коллекция, до сих пор не позволяли как немецким, так и швейцарским властям дать разрешение на приобретение этих произведений.


Завещание является подлинным


Из решения Мюнхенского суда прежде всего следует один основополагающий факт: изъявление воли в завещании Корнелиуса Гурлитта является подлинным, во время его составления он был в здравом уме. Поэтому было отклонено прошение двоюродной сестры коллекционера, убежденной, что Гурлитта каким-то образом вынудили подписать этот документ. Таким образом, исчезло главное юридическое препятствие, не позволявшее до сегодняшнего дня передать хранящиеся немецкими властями в государственном хранилище картины указанному в завещании адресату. Но что же тогда мешает появлению того, что могло бы стать одним из самых необычных культурных мест притяжения в Европе? Как уже было сказано, тени все еще нависают над коллекцией Гурлитта, всплывшей в 2012 году с одной из самых трагических страниц истории XX века. И здесь лента истории должна быть развернута заново.


Тени Третьего рейха


Корнелиус — сын Гильдебранда Гурлитта (Hildebrand Gurlitt), знатока и торговца искусством, тесно сотрудничавшего с Гитлером и Герингом. В частности, он работал с самыми высокопоставленными нацистскими чиновниками, которые вели, с одной стороны, кампанию против так называемого «дегенеративного искусства», а с другой — занимались хищением имущества, принадлежавшего еврейским семьям. О Гильдебранде Гурлитте известно, что он был одним из экспертов, силами которого в австрийском Линце должен был быть основан музей, воспевающий славу Третьего рейха. Сотни тысяч картин были буквально проглочены историей в те годы. Подозрение состоит в том, что 1500 произведений, обнаруженных в доме сына Гурлитта, были незаконно изъяты у их владельцев или выторгованы у них за бесценок. Два полотна, однако, уже были возвращены потомкам их изначальных владельцев как раз потому, что был восстановлен их след: речь идет о «Сидящей женщине» Матисса, принадлежавшей парижскому коллекционеру Полю Розенбергу (Paul Rosenberg), и о картине Макса Либермана (Max Lieberman) «Всадники на берегу», возвращенной Давиду Торену (David Toren), наследнику Давида Фридмана (David Friedmann), у которого было украдено это полотно.


Швейцарская неловкость


По сути дела: Швейцария до сих пор испытывает некоторую неловкость, соглашаясь принять этот дар, именно из-за неясного происхождения шедевров. По этой причине было достигнуто «джентльменское соглашение» с баварской стороной, оговаривающее задержку при передаче картин. В бернский музей прибудут лишь те произведения, изначальных владельцев которых было невозможно установить. Таким образом, «разбирательство» остается открытым, что касается большей части коллекции Гурлитта и не менее чем 180 картин. Поэтому коллекция «украденного у евреев искусства» откроется еще нескоро.