Главный редактор «Монд» Мишель Геррен отмечает, что начинающийся на фоне двух скандалов фестиваль все равно остается ключевым событием мира кино.


Каннский фестиваль начинается через четыре дня и предлагает два острых вопроса в качестве своеобразного предпремьерного показа: старая добрая борьба за авторские права на фильм о Дон Кихоте и современный спор о бойкоте мероприятия видеоплатформой «Нетфликс».


Ничего интересного? Не скажите. Хотя оба этих события отражают некую лихорадочность вокруг фестиваля, они в то же время указывают на то, что он остается ключевым местом споров и встреч мира кино. Кроме того, в обоих случаях Канны защищают автора от продюсера и распространителя. И будь что будет.


В настоящий момент нам все еще неизвестно, получит ли фестиваль право на проведение 19 мая закрытого показа фильма «Человек, который убил Дон Кихота» Терри Гиллиама (Terry Gilliam).


Причиной тому стал конфликт за право собственности между режиссером и продюсером Пауло Бранко (Paulo Branco), который взял в свои руки проект в 2016 году. Он обратился в суд с требованием запретить намеченный режиссером показ, и постановление по этому делу должно быть принято в ближайшие дни. Далее, решение о выходе картины в кинотеатрах будет приниматься Национальным центром кинематографии и мультипликации.


Организаторы фестиваля напоминают, что в прошлом уже проводили показы картин, несмотря на споры режиссера с продюсером, или же версий фильмов, которые отличались от тех, что выходили в кинотеатрах: речь идет, например, о «Вратах рая» Майкла Чимино (Michael Cimino) и «Однажды в Америке» Серджо Леоне (Sergio Leone)


Огромный разрыв


Руководители фестиваля Тьерри Фремо (Thierry Frémaux) и Пьер Лескюр (Pierre Lescure) настолько сосредоточены на авторе, что не побоялись не слишком уместного сравнения проблем Гиллиама с ситуацией двух других отобранных для участия в этом году режиссеров, россиянина Кирилла Серебренникова и иранца Джафара Панахи, с которых взяли подписку о невыезде в их странах.


Некоторые даже назвали Пауло Бранко цензором. Злой продюсер против доброго режиссера. Грубая шутка, если учесть, что в активе Бранко 300 авторских картин, некоторые из которых тоже побывали в Каннах. Он является полноправным членом семьи кинематографа, где, кстати говоря, никто не чурается подлых ударов, все отстаивают свои позиции, а во главе угла стоят отнюдь не только законы эстетики.


Так, например, нельзя не заметить огромный разрыв между позициями защитников Гиллиама, которые напирают на нравственность и искусство, и мнением судей в трех решениях по «Дон Кихоту» (два в Великобритании и одно во Франции), признавших реальность прав Бранко на сценарий и постановку. Раз фильм был в конечном итоге закончен без него, ему рано или поздно необходимо возместить ущерб.


Французские правила


Ситуация с «Нетфликсом» представляет собой другую борьбу за фильмы и их статус. В Каннах хотели показать две принадлежащие компании картины: незаконченную «Другую сторону ветра» Орсона Уэллса (Orson Welles) и «Рим» Альфонсо Куарона (Alfonso Cuaron). Прекрасный способ расширить программу. «Нетфликс» ответил отказом.


Дело в том, что в отличие от прошлого года в Каннах сейчас принимают для участия в конкурсной программе лишь те фильмы, которые должны выйти в кинотеатрах. При этом, по действующим во Франции правилам, вышедшая в кинозалах картина может появиться в сервисе видео по запросу только три года спустя. Это неприемлемо для представителей «Нетфликса», которые не без заносчивости описывают ситуацию следующим образом: «Мы смотрим в будущее кино. Если в Каннах решили увязнуть в истории кино, это их дело».


«Нетфликс» действительно демонстрирует бурный рост: 7,4 миллиона новых абонентов за первый квартал при общем числе в 125 миллионов. Этот интернет-гигант вкладывает больше средств в съемки, чем голливудская студия.


Возникает вопрос: сможет ли фестиваль обойтись без «Нетфликса»? Сможет ли он пройти мимо таких крупных фильмов, как «Ирландец» Мартина Скорсезе (Martin Scorsese), который должен выйти в сервисе в 2019 году? Амазон тоже вкладывает деньги в фильмы и пока следует французским правилам, но что будет дальше? И как поступит «Дисней», который планирует запустить собственную платформу в 2019 году?


Канны завоевали славу с помощью авторов со всего мира, обеспечивающих «гламурность» звезд. Гламурность очень важна. Только вот рекламные кампании крупных американских картин все чаще обходят стороной Канны. В этом году на фестивале не достает громких названий, например, «Братьев Систерс», вестерна Жака Одияра (Jacques Audiard), который финансируется совместно с США.


Поэтому Каннам нужны фильмы «Нетфликса». Но и «Нетфликсу» нужны Канны и кинозалы. Именно это твердил Тьерри Фремо компании, мосты с которой еще отнюдь не сожжены: причастность к мифологии кино будет вам только на руку, вы заинтересованы в показе двух-трех фильмов, чтобы они получили статус картин.


Борьба еще не проиграна. К ней подключились известные режиссеры вроде Стивена Спилберга (Steven Spielberg), который считает, что участвовать в фестивалях и претендовать на «Оскары» могут лишь вышедшие в кинотеатрах картины. Остальные он называет «телефильмами».


Кроме того, глава «Нетфликса» Рид Хэйстингс (Reed Hastings) выступил 3 мая с удивительным признанием вины на фестивале в Лилле. Он признал, что компания оказалась в «деликатном положении» с Каннами в этом году, и что нужно найти модель, которая устроила бы обе стороны. По его мнению, «в конечном итоге это произойдет».


Такая модель подразумевает сокращение трехлетнего периода между показом в зале и выходом на платформе, поскольку нынешняя система не соответствует новому подходу к потреблению киноконтента и играет на руку иностранным фестивалям, у которых нет подобных ограничений. Если кинозалы заблокируют реформу, фестиваль может смягчить позицию по отношению к «Нетфликсу». Тем временем он старается привлечь все картины, какие только может, например «Дон Кихота» вместе со скандалами вокруг него. 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.