Промозглым февральским вечером «Реал Мадрид» вышел на поле одного из стадионов на юге России, чтобы в решающем матче встретиться с местными «выскочками» — ФК «Краснодар». Владелец российского клуба, миллиардер Сергей Галицкий, с трибун наблюдал за 34-тысячной толпой болельщиков — стадион был набит под завязку — размахивавших черно-зелеными шарфами и воодушевленных тем, что хозяева проявили инициативу в борьбе с испанскими гигантами.


Используя тактику быстрых пасов, которую Галицкий сделал фирменным стилем клуба, «Краснодар» показал более высокий процент владения мячом и был близок к победе в матче — пока в конце не сломился под натиском пенальти. Тем не менее достойно сыграть с таким именитым гостем было настоящим подвигом: особенно учитывая тот факт, что речь шла об игре молодежных команд и о клубе, который был моложе самих вышедших на поле юных футболистов.


Играть с «Реалом» в Юношеской Лиге УЕФА — это одно. Но если Галицкий добьется своего, «Краснодар» скоро повторит этот подвиг в Лиге чемпионов, европейском турнире сильнейших команд. Получив 2,45 миллиарда долларов после продажи большей части своего пакета акций «Магнита» — сети бюджетных супермаркетов, основанной 20 лет назад — Галицкий решил направить свои силы на превращение «Краснодара» в ведущий футбольный центр.


Он не первый русский, спускающий деньги на футбольную команду. Но вместо того, чтобы раскошеливаться на новых дорогостоящих иностранных игроков или покупать клуб в Англии, Галицкий мечтает завоевывать футбольные трофеи вместе с командой, полностью состоящей из местных игроков.


В эпоху суперагентов и девятизначных трансферных сборов эта цель кажется недостижимой. Для сравнения: в новейшей истории даже «Барселона» только однажды выпустила на поле первых 11 доморощенных игроков из знаменитой академии «Ла Масия». Но 50-летнего Галицкого это не смущает. Он начал «Краснодар» с нуля в 2008 году и с тех пор успел потратить 90 миллионов долларов на самые современные объекты учебно-тренировочной базы клуба, где 320 кандидатов в юношескую команду живут постоянно, а еще 11 тысяч детей съезжаются со всей области, чтобы тренироваться на 27 площадках.


Если Галицкий преуспеет, это будет огромным стимулом для российского футбола, пребывающего в плачевном состоянии накануне мундиаля, к которому будет приковано внимание зрителей со всего мира. Национальная сборная России считается худшей из всех, что отстаивали честь страны после распада СССР. В последних рейтингах ФИФА она занимает 66-е место (в этом списке команд-участниц Кубка мира более низкую позицию занимает только Саудовская Аравия). Подготовке отечественной сборной в частности мало способствовали разногласия, возникшие между тренером Станиславом Черчесовым и рядом лучших российских футболистов. Нехватка молодых доморощенных талантов настолько велика, что натурализовавшемуся в России бразильцу Марио Фернандесу, возможно, придется выступать в защите вместе с 38-летним Сергеем Игнашевичем. Болельщики беспокоятся, что команде не удастся преодолеть групповой этап — в истории турнира такой позор довелось испытать пока только одной принимающей стране.


Что касается ситуации за пределами поля, то здесь две команды российской Премьер-Лиги прошлого сезона находятся на грани банкротства. Половина новых стадионов Кубка мира в следующем сезоне не будет проводить у себя матчи высшего разряда. Некоторые из них находятся в таких городах, как Сочи и Саранск, где властные чиновники лоббируют свои интересы, но при этом не располагают инфраструктурой для того, чтобы поддерживать серьезную футбольную команду.


Могли бы методы Галицкого помочь российскому футболу вылезти из этой трясины? Пока его молодому клубу только предстоит выиграть какой-то крупный трофей, владелец предпочитает лишний раз не распространяться о своих достижениях: вот уже несколько лет он не дает интервью и отказался побеседовать с FT в ходе подготовки этой статьи. Правда иногда Галицкий появляется в телепередачах, чтобы рассказать о своем видении будущего.


«Все эти ужасные истории о том, что нам следует раздаривать наших лучших футболистов, чтобы на них смотрели не мы, а иностранцы… что это не та лига и не те люди — это полнейшее безобразие», — сказал он в апреле после того, как заменил опытного тренера клуба Мурадом Мусаевым, 34-летним тренером молодежной команды родом из Краснодара.


«Я не хочу Тухелей или других иностранцев, — сказал Галицкий, имея в виду немецкого тренера Томаса Тухеля, недавно нанятого ведущим французским клубом «Пари Сен-Жермен». — Мурад сам из Краснодара, и это очень важно: мы потеряли свою национальную идентичность». Хотя в российском футболе найдутся те, кто с Галицким не согласится, его критика задела за живое властных футбольных управленцев.


Помимо «Краснодара» только четыре команды российской Премьер-Лиги находятся в частных руках. Некоторые региональные правительства, которые владеют футбольными командами, пытались продать клубы местным инвесторам и потерпели неудачу. «Галицкий — один такой. Никто не станет покупать клуб, чтобы посвятить ему всю свою жизнь. Спонсорство — это совершенно другое дело. Для того, чтобы управлять командой, нужен человек, у которого много денег и который любит футбол настолько, чтобы их на него тратить», — говорит Антон Алиханов, губернатор Калининграда, города, который будет принимать у себя одну из игр сборной Англии на Чемпионате мира 2018 несмотря на то, что местная команда «Балтика» уже 20 лет не принадлежит к высшему дивизиону.


Кирилл Дементьев, спортивный комментатор государственного телевидения, который общается с Галицким, принадлежит к числу тех, кто считает, что другим клубам нужно следовать примеру Галицкого. «Нам следовало делать то, что делал Галицкий, но никто не предпринимал подобных попыток, — говорит он мне. — Теперь Галицкий демонстрирует нам, что это возможно. Мы должны сделать „Краснодар" моделью, применимой ко всей стране».


Галицкий, высокий поджарый мужчина с заостренным носом и чубом седеющих волос, является аутсайдером по жизни. Сергей вырос в Лазаревском, в пригороде Сочи, и носил армянскую фамилию отца — Арутюнян, которую потом изменил на фамилию жены. После университета он работал в банке и торговал косметикой до тех пор, пока в 1998 году не открыл в Краснодаре свой первый магазин «Магнит».


«Конечно, у нас были постоянные проблемы. Например, после того, как мы пришли в один город и отказались платить, мне вешали на дверь квартиры траурные венки с надписью „От местной братвы". В офис стреляли из гранатомета. В один из наших филиалов приходили с автоматами», — рассказывал Галицкий в интервью в 2011 году.


Как бы там ни было к 2008 году «Магнит» стал второй по величине российской розничной сетью, в основном работающей в регионах, а не в Москве, и о ней заговорили в Лондоне. Галицкий объяснял возвышение компании тщательной проработкой всех деталей. Чтобы справиться с дальними расстояниями и ужасными российскими дорогами, он создал логистическую систему, которая отслеживала запасы магазинов «Магнит» в отдаленных городах, одновременно рассчитывая сроки годности скоропортящихся поставок. В какой-то момент «Магнит» снизил цену бананов на один рубль и увеличил продажи на сто тонн в день.


Все это время штаб-квартира розничной сети оставалась в Краснодаре, ничем не примечательном городе малоэтажной застройки, где на дорогах еще больше пробок, чем в Москве. Похоже, менталитет аутсайдера действительно помог Галицкому. Он был одним из немногих российских предпринимателей, которые сколотили свой капитал с нуля, не приватизируя по дешевке национальные ресурсы и не прибегая к политическим связям. К тому же он единственный жил за пределами Москвы: Галицкий хвастался тем, что никогда не был в Санкт-Петербурге, и сказал, что ему трудно проводить в Европе больше одной недели.


С классом олигархов его — помимо наличия яхты — объединяла любовь к футболу. Вдохновленный всепобеждающей командой Пепа Гвардиолы, «Барселоной», и вместе с тем уверенный в том, что «Краснодар» способен на большее, Галицкий призвал команду играть в изощренный футбол на газонах, состояние которых было ничуть не лучше, чем у российских дорог. Матчи регулярно заканчивались со счетом 5-3. «Краснодар шел в атаку. Если же этого не происходило, Галицкий вопрошал: „Почему мы так играем?"» — вспоминает давний болельщик «Краснодара» Даниил Шепетина.


В течение почти десяти лет, прошедших со времен периода становления, тренером, ответственным за управление столь важной для клуба академии, является Александр Марьянович. Утопающий в зелени комплекс из сверкающих зеленых и серых зданий больше похож на кампус Кремниевой долины, чем на футбольную тренировочную базу. Дети тренируются на оборудовании, которое помимо всего прочего включает в себя Footbonaut — робота немецкого производства стоимостью 3,5 миллиона долларов, который запускает в игроков футбольные мячи, чтобы отрабатывать их реакцию и контроль.


Тогда как другие российские команды ищут молодые таланты по всей стране, почти две трети подопечных «Краснодара» являются местными. Академия предоставляет им полное среднее образование, в том числе курсы иностранных языков, математики и шахмат — еще одно увлечение Галицкого. Тахир Холикбердиев, местный шеф-повар, который является одним из наиболее известных адептов клуба, говорит: «Многие родители хотят, чтобы их дети учились в академии — даже если они не станут профессиональными футболистами, они все равно будут умными, всесторонне развитыми людьми».


Серб Марьянович соглашается: «Это просто мечта. Эти мальчики не осознают, что они попали в самое лучшее место из возможных». Он считает, что через три-четыре года среди игроков первой сборной команды «Краснодара» «14 или 15» будут выпускниками академии: «Шесть лет назад мы в первые 20 минут матча проигрывали миланскому „Интеру" со счетом 4-0. Теперь совсем другая история».


Десять лет назад российский футбол был на подъеме: национальная сборная вышла в полуфинал Евро-2008, петербургский «Зенит» стал победителем Кубка УЕФА, и вскоре страна получила право на проведение у себя Чемпионата мира. Сегодня этот период воспринимают как потерянное десятилетие. Квота, обязывающая клубы иметь в своем составе не менее пяти российских игроков, отрицательно сказалась на доморощенных талантах, которые оказались заложниками гонораров, существенно превышающих те, что они получали бы в более конкурентоспособных европейских лигах. «В 1990-е не было денег. Потом, когда они появились, мы избаловали наших игроков большими контрактами, и они лишились стимула совершенствоваться. С 2003 по 2012 год наблюдался невероятный рост цен на нефть — таких денег у нас никогда больше не будет», — говорит спортивный комментатор Дементьев.


Однако «Краснодар» Галицкого стал придерживаться того же ориентированного на стоимость подхода, который стимулировал рост «Магнита». Его слава как одного из немногих финансово стабильных клубов страны дала свои плоды в 2011 году, когда «Краснодар» вошел в Премьер-Лигу, вступив на место другой команды, заявившей о собственной неспособности нести финансовое бремя и выпавшей из дивизиона.


Однако, как и «Магнит», «Краснодар» не афишировал свои достижения. После того, как было решено проводить игры ЧМ не в Краснодаре, а в Сочи, Галицкий потратил около 300 миллионов долларов на строительство собственного стадиона в стиле римского Колизея. Его открытие состоялось в 2016 году: по верхнему ярусу стадиона пущен гигантский экран, здание огибает длинная вереница колонн, а в строительстве высокого фасада использован тот же тип камня, что и в Колизее. Разбитый по соседству парк со спиральными газонами, амфитеатром, где показывают выездные матчи «Краснодара», и скейт-парком, продолжает расширяться и уже стал излюбленным местом семейного отдыха — независимо от того, играет ли там команда. Фабио Капелло, бывший тренер английских и российских команд, говорит, что спортивные сооружения «Краснодара» являются лучшими в мире; Испания будет тренироваться там между матчами Чемпионата мира по футболу.


Атмосфера в дни матчей также сильно отличается от той, которую создают в других местах скандально известные российские хулиганы. На южном стадионе вы услышите речевки от силы нескольких десятков «ультрас» — их заглушают голоса более многочисленной группы детей из академии. Галицкий даже пытался пресечь ругань, вознаграждая добропорядочных фанатов бесплатными билетами на соответствующий матч в следующем сезоне, и обратился к ресторатору Холикбердиеву с просьбой смягчить критику в адрес вялого центрального полузащитника Краснодара Юрия Газинского.


Массивный здоровяк с руками, полными татуировок — в том числе с буйволом, символом «Краснодара» — и длинной бородой Холикбердиев является один из немногих болельщиков клуба, который выглядит как прожженный футбольный фанат. Но даже он признает: «Люди поддерживают „Краснодар", потому что мы в Премьер-Лиге. Клуб держит марку».


К 2014 году «Магнит» Галицкого стал крупнейшей частной компанией в России стоимостью более 30 миллиардов долларов. Однако в первые месяцы после присоединения Россией Крыма президент Владимир Путин в ответ на санкции ввел запрет на большинство западных поставок продовольствия — потери рыночной стоимости «Магнита» исчислялись миллиардами.


В то лето президенты крупнейших футбольных клубов страны встретились, чтобы обсудить, стоит ли принимать крымские команды в российскую лигу. Стремясь продемонстрировать свой патриотизм и вместе с тем опасаясь санкций, которые могли поставить под угрозу Чемпионат мира, руководители клубов не решались спросить у Путина, чего он от них хочет.


Галицкий знал, что, проголосуй он за вступление Крыма в российскую лигу, он станет очевидной мишенью для американских санкций. Он был готов пожертвовать «Магнитом» — но только по указанию Путина. «Я бы хотел проконсультироваться с номером один. Без этого я не готов похоронить то, чем занимался на протяжении 25 лет, — сказал он на заседании, протокол которого стал известен благодаря утечке. — За свою страну я готов отправиться на войну, но я не стану высовываться без особых на то причин». В конце концов было принято компромиссное решение: создание отдельной крымской лиги.


Вместо этого Галицкий в конце февраля пожертвовал «Магнитом», заключив сделку прямого частного инвестирования, поддерживаемую государством. Проблемы начались уже давно. Инвесторы жаловались, что он пренебрегал текущей деятельностью компании. Цена акций «Магнита» упала наполовину за шесть месяцев до того, как Галицкий продал большую часть своего пакета акций российскому государственному банку ВТБ.


Ходили слухи, что он сделал это под давлением Кремля. «Что может быть ближе избирателям, чем недорогие супермаркеты в провинциях?— сказал один бизнесмен. — При следующем кризисе они могут просто заставить их снизить цены». Но люди, знающие Галицкого, уверены, что его настолько поглотил футбол, что он потерял интерес к «Магниту». «Розничная торговля — это в первую очередь люди и драйв. Это было утрачено», — говорит один из банкиров, сделавших «Магнит» публичной компанией.


Теперь, когда его бизнес остался в прошлом, насколько далеко сможет Галицкий продвинуться в реализации своей футбольной мечты? Даже его поклонники признают, что у «Краснодара» никогда не будет достаточной финансовой свободы для того, чтобы конкурировать с европейскими суперклубами. «Он очень жесткий переговорщик и не любит трансферы, — говорит Герман Ткаченко, который управляет спортивным агентством, представляющим российского нападающего «Краснодара» Федора Смолова. — Его очень трудно переубедить, но, чтобы выйти на следующий уровень, нужно платить».


Ткаченко, ранее исполнявший обязанности директора «Анжи», ничем не примечательного дагестанского клуба, который на некоторое время установил мировой рекорд расходов на таких звездных игроков, как Самуэль Это´O и Роберто Карлос, предупреждает, что Галицкий может стать «узником собственной идеи с академией». «Это способ избегать дополнительных расходов, — говорит он. — Но он гений. Такого еще нигде не было».


После Чемпионата мира Смолов, скорее всего, отправится в Европу. Однако среди молодежи «Краснодара» набирает силу проект развития нового поколения российских звезд. В последней игре сезона в мае Галицкий наблюдал, как его команда игроков в возрасте до 21 года пробивалась к своему первому титулу. Двухтысячная толпа, в основном состоявшая из детей Краснодарской академии и их родителей, поприветствовала Галицкого, а затем выстроилась в очередь за селфи. После финального свистка игроки стали качать своих тренеров на руках. Галицкий выбежал на поле и сделал общую фотографию с командой.


«Они только что выиграли молодежную лигу — через три-четыре года они смогли бы выиграть российскую лигу», — говорит Марьянович. Однако трофеи — не главное, что мотивирует Галицкого. «Он живет этими детьми. Он знает их с 12-летнего возраста. Такое счастье не купишь».


Макс Седдон — корреспондент FT в Москве. Считает, что Чемпионат мира выиграет Франция, но предпочел бы, чтобы победителем стала какая-нибудь темная лошадка, вроде Хорватии или Колумбии.