Исследование насчет искусственного раздутия числа сообщений на эту тему в «Твиттере» подвело некоторых политиков к подозрениям о российском вмешательстве. Как бы то ни было, уверенности на этот счет все же нет.

Это стало своеобразным событием в событии, долгожданным глотком свежего воздуха для сторонников Эммануэля Макрона после непростого конца июля на фоне «дела Беналлы»: появились сообщения, что аудитория интересующихся этой темой в социальных сетях (прежде всего в «Твиттере») была «раздута» аккаунтами из «русофильской сферы».

Источником появившейся во многих СМИ информации стало исследование бельгийской НКО EU Disinfo Lab, которую основали три эксперта по репутационным вопросам: Николя Вандербист (Nicolas Vanderbiest), Александр Алафилипп (Alexandre Alaphilippe) и Гари Мачадо (Gary Machado).

Эти сведения были восприняты предельно серьезно представителями большинства, например, пресс-секретарем правительства Бенжаменом Гриво (Benjamin Griveaux), который заявил о необходимости максимальной прозрачности по этим сообщениям. Правоцентристская фракция «Действие» потребовала, чтобы занимающаяся делом Беналлы следственная группа Сената занялась «манипуляциями со стороны русофильских аккаунтов в „Твиттере" с целью дестабилизации французской исполнительной власти».

За этими заявлениями скрывается регулярно возникающее после победы Дональда Трампа подозрение насчет путинского влияния в социальных сетях для дестабилизации страны. Но можно ли на самом деле говорить об искусственном «раздутии» дела и о некой «русофильской сфере»?

Опубликованный 8 августа окончательный вариант исследования бельгийского НКО представляет куда более осторожные выводы, чем то, о чем писала пресса. Если внимательно присмотреться к подозрительным аккаунтам, возникают сомнения по поводу существования знаменитых «ботов».

1,8 миллиона сообщений с 2 600 аккаунтов

О чем говорит исследование? О том, что небольшая группа аккаунтов в «Твиттере» очень активно реагировала на дело Беналлы, сформировав тем самым мощную аудиторию вокруг этой полемики. В НКО насчитали 4 миллиона твитов за последние 11 дней и отметили, 1,8 миллиона сообщений пришлись на 2 600 аккаунтов. Получается, что 1% пользователей выдал 47% всех записей.

Такое соотношение выходит за нормальные рамки? Да, считают эксперты. Как бы то ни было, категорически тут что-то утверждать не получится из-за отсутствия мерила в виде других политических дел. В целом же в социальных сетях существует эмпирический закон о том, что 20% пользователей дают 80% контента. В «Твиттере» же все выглядит несколько иначе. Любой более-менее регулярный пользователь соцсети знает, что люди, которые выступают там в поддержку той или иной политической партии, действуют намного активнее, особенно в разгар июля, когда французы массово отправляются в отпуск.

То есть, нет ничего особенно удивительного в том, что, как отмечается в исследовании, аккаунты сторонников Меланшона и «Национального объединения» сразу же активизировались. Эти противники большинства Эммануэля Макрона сразу же принялись распространять и комментировать разоблачения по этому делу, которое касается политики и государства, то есть представляет для них живейший интерес.

Авторы исследования отмечают, что сторонники Эммануэля Макрона тоже активно выражали свое мнение по делу Беналлы, что увеличило общее число сообщений. Эксперты также добавляют, что среди пользователей (по крайней мере, на первых порах) имелось некоторое число автоматических аккаунтов, которые могут способствовать искусственному раздутию той или иной темы.

Боты или активные пользователи

Важный момент: в подсчете не проводится черта между «новым» твитом, то есть сообщением пользователя, и «ретвитом», то есть пересылкой сообщения кого-то другого. При этом сообщества политических активистов старательно «ретвитят» друг друга

Могли ли эти ретвиты хотя бы отчасти осуществляться автоматическими аккаунтами, которых на сетевом жаргоне называют «ботами»? Эта часть анализа заслуживает самого пристального внимания. Причем тут все очень непросто. Если взять самые активные из упомянутых в исследовании аккаунтов, возникает вопрос: действительно ли ими занимается живой человек? Дело в том, что они развивают невероятно бурную деятельность, в частности в том, что касается ретвитов.

Так, один поддерживающий «Непокоренную Францию» аккаунт упомянул имя Александра Беналлы 653 раза всего за одну неделю. Но хотя бурная деятельность этого аккаунта и наводит на мысли о боте, у него есть живой хозяин. Вернее, хозяйка. Нам удалось выйти с ней на связь, и она рассказала, что уделят много внимания «Твиттеру», в частности ретвитам сообщений с других страниц.

Внимательная проверка ее деятельности и переписки, судя по всему, подтверждает, что мы имеем дело с реальным человеком, а не ботом или российским шпионом. Мы получили точно такие же ответы от владельцев нескольких других аккаунтов, которые, кстати говоря, зачастую гордятся объемами ретвитов (их набегает по несколько сот в день).

Гиперактивные аккаунты

Мы внимательно рассмотрели 120 самых активных страниц, которые упоминаются в исследовании. Среди них наблюдается явное преобладание ультраправых и правых («Республиканцы»). Как бы то ни было, они в своем большинстве мало похожи на ботов, хотя и ведут очень активную деятельность (причем нередко довольно давно).

Среди этих 120 аккаунтов встречаются представители самых разных течений, от бывших противников однополых браков до бывших сторонников Франсуа Фийона. Все они уже стали опытными сетевыми активистами. «Непокоренная Франция» представлена относительно слабо: менее 10 из 120 страниц. Тем не менее эксперты отмечают, что в целом активисты партии развернули достаточно бурную деятельность.

В результате проверки 120 гиперативных аккаунтов мы отметили, что подавляющее большинство из них поддерживают личностные отношения с другими пользователями, отвечают, задают вопросы… Иначе говоря, они ведут себя «по-человечески» и вряд ли являются ботами. Хотя авторы доклада отмечают ряд подозрительных или «гибридных» аккаунтов (это означает, например, что они принадлежат реальным людям, но снабжены автоматической функцией ретвита), на них приходится крошечное меньшинство.

Мы попытались задействовать собственные ресурсы, чтобы найти нечто общее: время публикации, связи между аккаунтами т.д. Как бы то ни было, нам не удалось найти каких-либо признаков «сговора» аккаунтов, которые выдают огромное количество твитов, но группируются в первую очередь на основании политических предпочтений. Даже если ультраправые активисты ретвитили сообщения сторонников «Непокоренной Франции» по делу Беналлы (и наоборот), это было, скорее, исключением из правила.

Авторы исследования указывают в частности на группу страниц, которые связаны с бывшим движением противников однополых браков. В частности речь идет об аккаунте HdeBonneVolonté, который существует с 2013 года. Он входит в число самых популярных из 120 «гиперактивных» страниц. Но каким влиянием он обладает в одиночку? Исследование аналитика Дамьена Ликсии (Damien Liccia) рассматривает эту же тему, но с другой методологией (без учета ретвитов). Он приходит к выводу о том, что даже если аккаунты получали помощь и пользовались автоматизацией, они не обладали существенным влиянием и не играли собой роли в расширении полемики.

Что значит «русофильский» в данном случае?

Кроме того, стоит обратить внимание на «русофильские» аккаунты. Некоторые политики посчитали возможным заявить об иностранном влиянии. На самом деле, «русофильская экосистема», о которой говорят авторы исследования, не имеет ничего общего с не раз упоминавшимися за последнее время русскими хакерами. Бельгийское НКО уделяет в докладе немало места объяснению этого непонятого момента и описывает экосистему как совокупность аккаунтов, которые, например, пишут о слухах и скандалах вроде утечек документов из штаба Макрона накануне первого тура, а также часто выкладывают ссылки на франкоязычные российские сайты вроде «RT» и «Sputnik».

В любом случае, делиться предположительно опасными для Эммануэля Макрона документами, смотреть «RT» из недоверия к французским СМИ или даже восхищаться «жесткостью» Владимира Путина вовсе не то же самое, что работать на Россию. Ультраправые нередко предпочитают «RT», а не «Монд» или «Либерасьон», а также пишут хвалебные отзывы о Владимире Путине. Все это не означает, что человек на самом деле работает на иностранную державу.

В конечном итоге, оба упомянутых исследования приходят к одному выводу: хотя категорически отрицать присутствие ботов нельзя, они в любом случае могли сыграть лишь незначительную роль в этой полемике.

Дело в том, что хотя «Твиттер» и является привычной средой журналистов, пиарщиков и политиков, это не массовая соцсеть, как «Фейсбук». Там действительно можно пустить в ход искусственные методики для продвижения затухающей, как кажется, темы, но едва ли есть какой-то смысл пытаться «раздуть» дело, о котором уже говорят в новостях и пишут газеты, как это и было в случае Беналлы.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.