После того, как в 1975 году в разгар Холодной войны американский корабль «Аполлон» и советский «Союз» произвели стыковку на орбите, две ведущие космические державы постепенно стали все активнее сотрудничать в деле мирного освоения космоса. Со временем они наладили между собой эффективное и, к тому же, удобное взаимодействие, по крайней мере для космонавтов и инженеров. Но в последнее время эта система ветшает, и по прошествии какого-то времени может развалиться совсем.

Самая безотлагательная проблема сегодня — это Дмитрий Рогозин, который в мае 2018 года был назначен руководителем российской космической корпорации «Роскосмос». Он разделяет антипатию Владимира Путина к Западу, не скрывая своих политических пристрастий. После крымского кризиса 2014 года Рогозин стал одним из семи российских чиновников, попавших под санкции администрации Обамы. В ответ он посмеялся над НАСА, которое, чтобы летать на Международную космическую станцию, тогда использовало (и использует до сих пор — прим. перев.) российские космические корабли «Союз».

«Проанализировав санкции против нашего космопрома, предлагаю США доставлять своих астронавтов на МКС с помощью батута», — написал тогда в «Твиттере» Рогозин, который в то время занимал пост вице-премьера правительства, курируя вопросы национальной обороны и ракетно-космической промышленности.

​Когда в прошлом году Россию и Казахстан посетил директор НАСА Джим Брайденстайн, он в ответ пригласил Рогозина совершить визит в Соединенные Штаты и прочитать лекцию в своей альма-матер, Университете Райса в Хьюстоне. Но из-за противоречивого прошлого Рогозина и по-прежнему действующих персональных санкций несколько американских сенаторов жестко выступили против его приглашения. Это заставило НАСА в начале текущего месяца отложить визит на неопределенный срок.

На этой неделе была предпринята попытка исправить положение. Брайденстайн и Рогозин провели телеконференцию, обсудив сотрудничество по программе МКС и другим проектам. Неясно, насколько хорошо прошли переговоры, так как NASA закрыто для комментариев и не обнародовало никаких подробностей. Согласно информации источника, знакомого с нюансами космической политики Белого дома, несмотря на некоторую шумиху в России, каких-то мгновенных негативных последствий для американо-российских отношений в космической сфере данная ситуация не принесла. Тем не менее, с российской стороны эта неразбериха наверняка задела чьё-то самолюбие.

К тому же, отношения были достаточно непростыми уже после безуспешных российских инсинуаций о саботаже на космической станции со стороны астронавтов НАСА в конце прошлого года. Это безосновательное обвинение заронило сомнения по поводу перспектив отношений, причём как в НАСА, так и у руководителей российской космической отрасли.

Но это только наиболее заметные проблемы. Кроме них существуют более серьезные, глубинные противоречия. Это связано с опасениями НАСА насчет систематического снижения качества российского оборудования и производства, что, например, могло в действительности стать причиной утечки на корабле «Союз» или отказа ракеты «Союз» в прошлом году. Проще говоря, российская пилотируемая космическая программа выглядет угасающей. И, поскольку авторитет России в космосе со временем снижается, возникает вопрос, какую роль разумно ожидать от этой страны в обеспечении космических полетов США после окончания программы МКС где-то в 2020-х годах.

Медленный упадок 

Ранние успехи СССР в космосе основывались на ряде весьма специфических особенностей их аэрокосмической промышленности, отмечает писатель и историк освоения космоса Джим Оберг. В разгар космической гонки в 1960-х годах работники аэрокосмической отрасли получали особые привилегии, такие как доступ к определенным магазинам, больницам и курортам. В то же время в космическую программу направлялись лучшие выпускники советских школ. Также в советское время они обладали более широкой интеллектуальной свободой.

В последние годы большая часть этих льгот ушла в прошлое. Работники российской аэрокосмической отрасли больше не находятся на переднем крае мировой космической промышленности — они строят те же самые или подобные им ракеты и космические аппараты, которые Россия производит с 1960-х и 1970-х годов. Дни больших денег тоже ушли, не хватает даже ресурсов, чтобы уберечь стареющие производственные площадки от переполнения мусором. Большинство работников аэрокосмической отрасли России получают низкую зарплату. Со временем начало страдать и качество.

«Их космическая промышленность, по-видимому, потеряла — на неопределенное время — способность строить модули класса станции. Также за последние 30 лет они утратили возможность запускать научные зонды на Луну и другие планеты, терпя неудачу при каждой попытке восстановить это, — сказал Оберг. — Можно с безжалостной точностью утверждать, что, чтобы сосчитать количество успешных российских миссий в дальний космос за эти 30 лет, не потребуется даже пальцев рук».

Реальность такова, что в настоящее время у России имеется исправное орбитальное такси в виде ракеты и корабля «Союз». Но помимо партнерства в рамках МКС, у Москвы мало шансов построить собственную станцию в течение ближайшего десятилетия. И, по словам Оберга, каждый год на пенсию уходят все больше и больше опытных инженеров и техников, унося с собой свои с трудом завоеванные знания и опыт.

«Это нехорошая тенденция как для них самих, так и для остального мира, который только выигрывает от их присутствия в ходе сотрудничества либо конкуренции в космосе», — сказал Оберг.

Больше не сравняться

Еще в 1990-е годы США и Россию можно было грубо рассматривать, как равных по возможностям отправки человека в космос. У НАСА был превосходный космический челнок, но Россия после программы «Мир» имела гораздо больше опыта работы с орбитальными модулями и космическими станциями. Теперь Россия утратила это преимущество, и когда в конце этого года у НАСА появятся космические корабли разработки частных фирм, которые вскоре начнут совершать регулярные полеты, Россия в космосе станет НАСА и Соединенным Штатам не нужна.

«Я думаю, что мы переживаем в наших отношениях длительный переходный период, — сказал известный историк освоения космоса Джон Логсдон. — Когда Россия присоединилась к партнерству по МКС, исходя из своего опыта полетов человека в космос, она потребовала себе и получила первую позицию среди партнеров США. Теперь, 25 лет спустя, это уже не космическая сверхдержава, но одна из нескольких стран второго эшелона».

В результате, вызывает вопросы способность России внести какой-либо серьезный вклад в предложенную НАСА программу «Лунная орбитальная платформа-шлюз» и тому подобное. Русские не закрывают на это глаза, но такие лидеры как Рогозин, скорее всего, легко с этим не смирятся, поскольку они были в космосе первопроходцами. Пока что российский ответ, похоже, предполагает крупные и амбициозные гражданские космические проекты, такие как их собственная программа высадки на Луне или большие ракеты, как будто у них есть финансирование для их осуществления. Конечно, его нет, и ряд российских обозревателей предупреждают, что их космическая программа вступает в «темные века».

В течение следующих нескольких лет, когда НАСА начнет летать в космос на изящных современных кораблях разработки частных фирм, а американские компании, такие как «Юнайтед Ланч Альянс» (United Launch Alliance), станут менее зависимыми от российских технологий (в частности, ракетного двигателя РД-180 — прим. перев.), отношения могут измениться или вообще прерваться. Реальность такова, что, хотя Россия может рассматривать себя как равную, однако НАСА и ее коммерческие партнеры своими главными конкурентами в космосе будут видеть Китай и китайские компании.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.