Христиане в Америке и Европе подвергаются гонениям. Это не безумное утверждение паникеров с правого фланга, а трезвое признание римского понтифика. Стоя на месте распятия Святого Петра и совершая богослужение в честь Святого Стефана в 2016 году, папа римский Франциск рассказал, как христиане на Западе стали подвергаться «вежливым гонениям», которые «отнимают у мужчин и женщин их свободу, а также их право на возражение, продиктованное убеждениями».

«Иисус назвал инициатора таких вежливых гонений. Это князь мира сего, — сказал Франциск. — А когда власть имущие хотят навязать правила поведения и законы, посягающие на достоинство сына Божьего, они подвергают их гонениям и идут против Творца. Это величайшая ересь».

О вежливых гонениях в последние месяцы много говорят и пишут. Мы слышали заявление сенатора Камалы Харрис (Kamala Harris), которая сказала, что членам христианского братства «Рыцари Колумба» надо запретить работать в судебной системе. Мы видели, как буйствующая толпа обрушилась в онлайне на студентов католической школы Ковингтона. Мы знаем, что декана юридического факультета Оклахомского университета Брайана Макколла (Brian McCall) сняли с должности за его «женоненавистнические» и «гомофобские» взгляды, хотя он всего лишь придерживается традиционных христианских идей о скромности и о природе брака. Британским читателям знакомо это явление: у них перед глазами пример Марка Морриса (Mark Morris), лишившегося места университетского священника из-за того, что он провел богослужение во искупление грехов участников гей-парада в Глазго.

Одной из самых любопытных особенностей вежливых гонений стало то, что многие христиане отказываются признавать эту реальность. Если кто-нибудь из христиан на Западе скажет, что церковь там подвергается преследованиям, обязательно найдется единоверец, который обвинит его в преувеличении. В этом заключается великое коварство вежливых гонений. Ими занимаются не жестокие тираны с мечами и в сандалиях, а зачастую сами христиане, желающие польстить и услужить нерелигиозному высокому начальству. Они снова и снова осуждают христиан, называя их озлобленными, бесчувственными и нетерпимыми. Короче говоря, невежливыми.

Антикатолицизм сегодня в значительной мере существует как ненависть католиков к самим себе. Подобно итальянцам и ирландцам, добившимся положения в обществе и теперь не желающим говорить о гангстерах типа Тони Сопрано и «Уайти» Балджера, католикам не нравятся напоминания о том, что они вопреки всему по-прежнему исповедуют старомодную веру. Для этих преуспевающих людей следование христианским учениям о сексе сродни занятию рэкетом, вымогательством или заказными убийствами. Они не просто стараются отмежеваться от таких католиков; они всеми силами стремятся заткнуть им рты и подавить их.

Когда сенатор Дайэнн Файнстайн (Dianne Feinstein) заявила судье Эми Кони Барретт (Amy Coney Barrett): «Догма громко живет внутри вас, и это вызывает тревогу», профессор права Кэтлин Кавени (Cathleen Kaveny) уже была готова написать на страницах «Вашингтон пост»: «Нет, Дайэнн Файнстайн не антикатолическая ханжа». Когда папа Франциск встретился с чиновницей Ким Дэвис (Kim Davis), отказавшейся участвовать в выдаче свидетельств об однополых браках, такие комментаторы, как священник Джеймс Мартин (James Martin), забеспокоились, заявив, что люди воспользуются этой встречей для продвижения своих целей. И неважно, что Дэвис отстаивала догмат веры католиков. Когда противники абортов собирают многотысячные толпы на Марш за жизнь, всегда найдутся католики, которые раскритикуют этот марш, потому что его участники не выдвигают более широкий круг требований.

Это было особенно заметно в истории с учениками католической школы Ковингтона. Когда их громко осудили, назвав расистами и женоненавистниками, потому что они присоединились к Маршу за жизнь и надели кепки с надписью в поддержку Трампа, епископ лексингтонский Джон Стоу (John Stowe) написал статью, в которой заявил, что ученики «неразборчиво решили поддержать» Трампа. Очевидно, он не посмотрел видео целиком, потому что там ученики из Ковингтона насмехаются над чернокожими иудеями за их расистские и гомофобские высказывания. Эти мальчики из Ковингтона отнюдь не ультраконсерваторы, хотя именно так некоторые воспаленные умы представляют себе всех сторонников Трампа.

Когда какое-то общественное мнение находится на подъеме, к его грубым и возмутительным проявлениям относятся терпимо. Вот почему журналистка Сара Чон (Sarah Jeong), написавшая «я получаю наслаждение, проявляя жестокость к белым старикам», смогла получить работу в «Нью-Йорк таймс». Антирасизм это идеология, находящаяся на подъеме, и поэтому людей, которые отстаивают ее в грубых выражениях, считают не в меру ретивыми, но по сути правыми. Когда какое-то общественное мнение не пользуется расположением, терпимо относятся лишь к самым вдумчивым и осторожным его выражениям. Можно сказать, что приемлемыми считают только те выражения, которые лишены ясности, силы и напора. Дозволено выдвигать тонкие аргументы об истинных целях секса, пользуясь терминологией Фомы Аквинского. Но ни в коем случае нельзя обсуждать эту тему в грубых выражениях типа тех, какими пользуется охотник Фил Робертсон (Phil Robertson) из телесериала «Утиная династия».

На практике это означает, что христианские доводы может выдвигать лишь класс избранных, мастерски освоивший манеру речи, которой пользуются гуманитарии с дипломами. А поскольку не освоившие манеры элиты христиане зачастую слабо знакомы с последней версией политкорректности, иногда их можно обвинить в некоторых вполне реальных оскорблениях.

Христианам надо хорошо подумать, прежде чем заниматься такой формой самоконтроля. Признавая, что утонченность и вежливость лучше грубости и хамства, а красноречие лучше вульгарности, они все-таки должны встать на сторону своих единоверцев, которые, искренне пытаясь защитить веру, подвергаются нападкам за случайные нарушения политкорректности. Все прочее равноценно соучастию в гонениях, которые являются своего рода классовой войной.

Христиане должны призывать друг друга к отстаиванию истинных христианских добродетелей веры, надежды и милосердия. Эти добродетели, когда их проповедуют мирно и спокойно, сами по себе излучают уважение, сострадание и отзывчивость. Когда мир ненавидит церковь (увы, так было всегда), вера, надежда и любовь порой кажутся грубыми, оскорбительными и жестокими. Ни один миролюбивый человек не может радоваться этому обстоятельству, но и отрицать это тоже невозможно.

Западным христианам не стоит жаловаться на судьбу перед лицом этих вежливых гонений. Мы знаем, что церковь всегда была гонима, и это практически стало ее отличительной чертой. Мы также знаем, что истинная опасность не в наказании, которому могут подвергнуться христиане, а в соблазне присоединиться к гонителям и начать травлю католиков, которые решили пострадать за Христа.

Папа Франциск напоминает нам, что вежливые гонения вполне реальны. Но эти угрозы даже близко не стоят с теми муками, которые испытывали наши братья по вере, умиравшие в Риме, на виселицах английского Тайберна и на ливийском побережье.

Мэтью Шмиц — старший редактор в First Things.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.