20 июля исполнилось 75 лет с того момента, как группа немецких офицеров с Клаусом фон Штауффенбергом (Claus von Stauffenberg) во главе попытались убить Адольфа Гитлера. В Германии личность Штауффенберга очень много обсуждают и по сей день. Правые популисты в последние годы пытаются использовать его поступок в своих целях.

Я стою перед небольшим замком, окруженным старыми пышными деревьями и мелким, почти заросшим рвом.

Красивым сочетанием камня и фахверков замок напоминает о 12 веке, а расположен он в маленькой деревушке Ирмельсхаузен на севере Баварии. 

На одной половине замка живет человек, с которым мне сейчас предстоит встретиться. Его полное имя — Карл Шенк Граф фон Штауффенберг (Karl Schenk Graf von Stauffenberg).

Если имя показалось вам знакомым, то это потому, что он внук полковника Клауса Шенка Графа фон Штауффенберга — человека, который пытался убить Гитлера. 

Вечный внук

Карл фон Штауффенберг рассказывает, что перед важными годовщинами к нему часто приходит довольно много народу.

В этот раз, например, мы двое уселись на диван в одном из залов его квартиры-замка.

От камина по большому помещению расходится приятное тепло. На руках у хозяина устроилась собака. 

«Как и большинство немцев, о дедушке я знаю в основном из школьного учебника истории. Кроме того, мне о нем кое-что рассказывали папа и бабушка», — говорит Карл фон Штауффенберг. 

«Если у тебя такой дедушка, это значит, что на тебя никогда не будут смотреть как на отдельную личность. Ты всегда в первую очередь остаешься его внуком».

Поэтому, по словам фон Штауффенберга, он не может спрятаться или отстраниться от общественных дебатов. Порой это сильно осложняет его жизнь.

«Фамилия фон Штауффенберг обязывает, от меня ждут, что я буду высказываться по поводу вопросов, касающихся моего дедушки и что я буду определенным образом себя вести».

Правые популисты нашли для себя фон Штауффенберга 

В последнее время Карлу фон Штауффенбергу (и другим членам семьи) в первую очередь приходится защищать своего знаменитого дедушку от правых популистов.

Дело в том, что члены правопопулистской партии «Альтернатива для Германии» сегодня стремятся идентифицировать себя с тем же национал-консервативным духом протеста, который в свое время представлял Клаус фон Штауффенберг. 

Они с удовольствием хватаются за возвеличивающие Германию антилиберальные и антипарламентаристские взгляды, которых в свое время несмотря ни на что придерживался фон Штауффенберг и другие офицеры сопротивления.

Чествуя людей, которые пытались лишить Гитлера жизни, они в то же время пытаются дистанцироваться от идеологии нацизма.

Поэтому молодого члена «Альтернативы для Германии», который в прошлом году назвал фон Штауффенберга предателем, быстро исключили из партии.

«Они пытаются в своих целях использовать личность человека, который не жил в наше время и не имел нашего опыта демократии.

Конечно, он был национал-консерватором. Это было в духе времени, так его воспитали, но это вовсе не значит, что он придерживался бы такой же позиции, живи он сегодня. Уж точно все было бы не так, как это пытается представить "Альтернатива для Германии".

Поэтому я считаю, что члены "Альтернативы для Германии" наносят много вреда, пытаясь так использовать его личность и поступок», — говорит Карл фон Штауффенберг. 

Где было принято решение

Мы едем из одного замка в другой. Путь лежит из баварского Ирмельсхаузена в Лаутлинген, что к югу от Штутгарта в соседней земле Баден-Вюртемберг.

Здесь находится Штауффенберг-Шлосс — замок, который раньше принадлежал семье Штауффенбергов, а теперь стал музеем.

Клаус фон Штауффенберг в юности много времени проводил в этом замке, и именно здесь, вероятно, в свое время он принял окончательное решение. 

«Летом 1943 года фон Штауффенберг был в этом замке, поправляясь после серьезного ранения, полученного в бою в Северной Африке. 

Можно предположить, что именно тогда он решил присоединиться к сопротивлению», — рассказывает историк Дорис Астрид Мут (Doris Astrid Muth), которая организовала выставку. 

Среди прочего она ссылается на труд, который Клаус фон Штауффенберг в то время написал вместе со своим братом Бертольдом. 

В нем братья пытались в общих чертах обозначить, как Германия могла бы выглядеть без Гитлера и нацистов.

Военное сопротивление

Будучи в Лаутлингене фон Штауффенберг также обеспечил себе возможность обосноваться в правительственном квартале в Берлине, где он мог напрямую связаться с генералом Фридрихом Олбрихтом (Friedrich Olbricht), участвовавшем в движении сопротивления Гитлеру.

Под предводительством генерал-майора Хеннинга фон Трескова (Henning von Tresckow) группа офицеров еще в 1942 году начала завязывать контакты с гражданским сопротивлением режиму.

Сам Тресков уже несколько лет подряд поддерживал связь с другими критиками режима. 

Первую попытку убить Гитлера офицеры предприняли еще в марте 1943 года, тайно пронеся взрывное устройство на борт его самолета.

Вероятно, из-за проблем с детонатором устройство не сработало, и то же самое повторилось несколькими днями позже, когда фюрера по плану должен был убить смертник. 

После этих неудачных попыток, наконец, начал формироваться план по убийству Гитлера в его главной ставке «Вольфшанце» («Волчье логово») в Восточной Пруссии. Вскоре стало ясно, что за это задание возьмется Штауффенберг. 

Действовал как солдат — или? 

Генерал фон Тресков, командовавший штабом на Восточном фронте, уже зимой 1941-1942 года во время боев под Москвой, вероятно, понял, к чему все идет, а уж после битвы под Сталинградом, состоявшейся следующей зимой, для всех было фактом, что на восточном фронте немцам катастрофы не избежать.

В Северной Африке, где фон Штауффенберг в апреле 1943 года потерял глаз, руку и два пальца на другой руке, ситуация была не сильно лучше. 

Всего через несколько недель после того, как Штауффенберга эвакуировали в Германию, в Ливии капитулировали последние немецкие и итальянские войска.

«Как и многие другие офицеры в сопротивлении, фон Штауффенберг изначально не был мятежником, он стал им только после того, как Германии изменила удача в войне», — рассказывает историк Мут.

Конечно, он не был членом нацистской партии, но, как и большинство солдат, он ничего не имел против того, что нацисты наращивали вооружения вопреки Версальскому договору. 

«Он решил выступить против Гитлера и нацистов прежде всего, чтобы спасти Германию, убив фюрера и попытавшись заключить мир с антигитлеровской коалицией.

Другие возможные мотивы, например, гуманистические или моральные, нужно рассматривать на фоне этого», — продолжает Мут. 

Сейчас занять какую-то позицию по поводу мотивов Штауффенберга очень сложно. 

Не осталось никаких непосредственных письменных источников, которые могли бы дать больше информации о его решении сначала вступить в сопротивление, а позднее убить Гитлера.

«Моего дедушку часто обвиняют в том, что он не был демократом и начал действовать только из-за тогдашнего военного положения Германии», — говорит Карл фон Штауффенберг.

По его словам, Клаус фон Штауффенберг был в первую очередь солдатом и офицером, и в этой роли оставался аполитичным. 

«В то время единственной задачей солдата было слушаться приказов, и в этом смысле странно пытаться применять к нему нынешние представления о демократии.

Но учитывая то, что рассказывала мне моя бабушка, я все-таки думаю, что из-за своей сильной веры он действовал по зову совести. Я уверен, он знал, что происходит с евреями и всеми инакомыслящими», — продолжает фон Штауффенберг. 

Короткий судебный процесс над всеми причастными

То, что происходило с противниками нацистов, случилось и с Клаусом фон Штауффенбергом — в тот же день, что и покушение на Гитлера в его штабе.

В полночь его и троих других офицеров, в том числе генерала Олбрихта, отправили на расстрел.

Покушение фон Штауффенберга провалилось, после чего начался полный хаос и неразбериха, помешавшие членам сопротивления по плану привести в исполнение «Операцию Валькирия» (Unternehmen Walküre). В ходе этой операции предполагалось с помощью так называемой армии резерва захватить контроль над Германией. 

Взрывное устройство, которое Штауффенберг принес в барак, где был Гитлер, конечно, взорвалось в 12.42, как и было задумано, но когда после взрыва по плану были перекрыты все пути сообщения и связи, члены сопротивления в Берлине уже больше не получали никаких новостей. 

Было неясно, действительно ли погиб Гитлер, поэтому те, кто был в правительственном квартале ничего не предпринимали до тех пор, пока фон Штауффенберг сам не приземлился в Берлине через несколько часов после покушения.

Члены сопротивления все больше теряли контроль над ситуацией, и когда по радио, к тому же, все-таки смогли объявить, что Гитлер жив, все планы сопротивления пошли под откос.

Примерно в 11 часов вечера заговорщиков в Берлине схватили солдаты охранного батальона и после быстрого судебного процесса их приговорили к смерти. 

Гитлер, получивший незначительные ранения, уже после обеда смог принять у себя в штабе итальянского диктатора Муссолини.

Гитлер несильно пострадал из-за взрыва потому, что портфель, в котором была взрывчатка, передвинули за мощную тумбу стола, после того как Штауффенберг вышел из казармы.

Кроме того, мощность взрыва оказалась меньше, так как встречу, во время которой должно было произойти покушение, перенесли из бункера в казарму, где из-за жары были открыты все окна.

Ночью 21 июля по радио передали речь Гитлера, который заявлял, что все заговорщики будут безжалостно уничтожены.

Месть семьям

Неудачное покушение 20 июля 1944 года имело катастрофические последствия для большинства причастных к его организации. 

Фон Штауффенберга и Олбрихта расстреляли в тот же вечер, а генералу Людвигу Беку (Ludwig Beck), который был противником режима еще с 1938 года, дали возможность совершить самоубийство. 

В ходе расследований и чисток, которые проводились до конца войны, то есть до мая 1945 года, были задержаны несколько тысяч человек. Считается, что из них казнили более сотни.

Режим также воспользовался поводом и схватил людей, которые не были напрямую замешаны в заговоре, но считались врагами.

Тяжелые последствия имело покушение и для членов семей непосредственных участников заговора. Их родственников отправили в тюрьмы или концлагеря.

Многих детей забрали у родителей и отправили в детские дома. Так произошло и с отцом Карла фон Штауффенберга.

Детей собирались переучить, дать им другие имена и совершенно новую идентичность.

Работа против экстремизма

Из-за наследия дедушки Карл фон Штауффенберг начал работать против различных форм экстремизма.

Помимо того, что он сейчас входит в либеральную Свободную демократическую партию Германии, несколько лет назад он также организовал собственную антиэкстремистскую ассоциацию.

«Я заметил, что у нас нет ни одной организации, которая выступала бы против всех форм экстремизма, поэтому я решил создать свою собственную».

«В наши задачи входит борьба и против правого, и против левого экстремизма, а также против исламизма и христианского фундаментализма», — рассказывает фон Штауффенберг. 

Годовщину 20 июля он считает подходящим моментом, чтобы остановиться и поразмыслить, как можно бороться во имя добра демократическими методами.

«Заговор 20 июля, без сомнения, стал самой громкой попыткой остановить Гитлера, но в то же время мой дедушка был лишь маленьким кирпичиком того сопротивления, которое тогда существовало несмотря ни на что. Например, для меня брат и сестра Шолль (Scholl) были не меньшими героями, чем мой дедушка».

«Меня часто спрашивают, горжусь ли я своим дедушкой. Честно говоря, я бы предпочел иметь совершенно обычного дедушку, с которым у меня была бы возможность познакомиться лично», — говорит Карл фон Штауффенберг.

Что происходило во время покушения на Гитлера в конце июля 1944 года

«Операция Валькирия» была попыткой группы офицеров убить Адольфа Гитлера, совершить переворот и свергнуть нацистский режим. Покушение было совершено в ставке Гитлера «Волчье логово» неподалеку от Растенбурга в Восточной Пруссии (сегодня это польский город Кентшин).

Это был самый хорошо подготовленный теракт против Гитлера (всего их было 39) и единственная реальная попытка переворота за те 12 лет, что нацисты были у власти. В ней участвовало относительно немного людей — от 200 до 300 человек. Несмотря на то, что у Германии летом 1944 года было примерно восемь миллионов военнослужащих, лишь горстка генералов и адмиралов страны участвовала в этом заговоре. 

36-летний полковник Клаус Шенк фон Штауффенберг добровольно взялся устроить этот теракт, который должен был произойти примерно в полдень 20 июля во время собрания в гитлеровском «Волчьем логове». Помимо Гитлера во встрече принимали участие 20 человек, большинство из которых были высокопоставленными офицерами. Фон Штауффенберг активировал бомбу с часовым механизмом, находившуюся в портфеле, который он поставил как можно ближе к Гитлеру, после чего незаметно покинул казарму. 

Бомба взорвалась и убила четырех человек, однако Гитлера от взрыва защитил тяжелый дубовый стол, поэтому он отделался незначительными ранениями. Но фон Штауффенберг, который видел взрыв с расстояния в пару сотен метров, был убежден, что фюрер мертв. Он сразу же полетел в Берлин, где остальные заговорщики собирались осуществить сам переворот.

В Берлине все были растеряны — туда уже дошла информация, что Гитлер выжил, и нацистское руководство успело предпринять ответные меры. У участников заговора не было никакого плана «Б» на случай, если Гитлер выживет. Переворот провалился. Вечером многих заговорщиков задержали. Фон Штауффенберг и некоторые другие предстали перед военно-полевым судом и были расстреляны вскоре после полуночи.

В ту же ночь Гитлер произнес по радио речь, рассказав, что «небольшая группа бессовестных офицеров» пыталась его убить, но он остался цел и невредим. Гитлер сравнил этот инцидент с ситуацией во время Первой мировой войны, когда Германия уже на пороге победы получила «предательский удар в спину», а свое чудесное спасение назвал «знамением Провидения», которое пожелало, чтобы он и дальше был лидером Рейха. Также он пообещал покончить со всеми виновными. 

В следующие несколько недель гестапо задержало почти 7000 человек. Примерно 200 из них приговорил к смерти так называемый народный суд, и они были казнены — часто путем повешения на веревках, закрепленных на мясных крюках. Верховного главнокомандующего Западного фронта Эрвина Роммеля (Erwin Rommel), который знал о заговоре, вынудили совершить самоубийство.

Даже после падения нацизма многие из выживших продолжали носить ярлык предателей. Лишь в 2004 году опрос показал, что большинство немцев считает, что сопротивление против нацизма «сыграло важную роль в развитии политической культуры страны».

В берлинском здании, где несколько участников июльского заговора устраивали свой штаб, в 1980 году открылся Музей немецкого сопротивления (Gedenkstätte Deutscher Widerstand), мемориал и информационный центр, посвященный разным формам протеста против нацистского режима. Улица, где находится это здание, с 1955 года называется улицей Штауффенберга (Stauffenbergstraße).

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.