Неделю назад глава Тернопольской области Владимир Труш заявил, что больницы области обеспечены всем необходимым для оказания помощь пациентам с COVID-19. Однако врачи и общественные активисты настаивают на обратном. На днях они обнародовали открытое обращение к президенту Владимиру Зеленскому, местные жители обвинили руководителя ОГА во лжи относительно материально-технического обеспечения больницы в упомянутом районе. Активисты заявляют, что небольшой городок может превратиться в «украинский Ухань», если срочно не обратить на него внимание. 

Второго апреля в интервью для «Громадського» («Общественного») председатель профсоюза врачей местной больницы Виталий Трищук рассказал, что первыми откликнулись на нужды медиков волонтеры: они обеспечили медицинский персонал очками, защитными костюмами, шапочками, перчатками. Помощи государства катастрофически не хватает, несмотря на то, что местная власть превратила больницу в сплошной инфекционный госпиталь.

Местные медики рассказывают: в начале распространения инфекции они оказывали помощь инфицированным практически голыми руками. Инфекционное отделение монастыриской больницы было закрыто еще в 2016 году, поэтому условий для работы с такими больными не было. Но теперь, по решению областной власти, районная больница превращена в сплошной инфекционный госпиталь. Со слов областного руководства, она обеспечена всем необходимым для приема больных COVID-19. Источником массовых заражений, как говорят жители района, был местный священник, который девятого марта на одном из захоронений заразил значительное количество людей. По информации полиции, в течение марта священнослужитель контактировал более чем с пятьюстами людьми. Все они потенциально могут быть заражены. Сейчас правоохранители занимаются установлением всех этих лиц и контролируют соблюдение ими режима самоизоляции.

Среди тех, кто сейчас нуждается в помощи и городской голова города Монастыриска Андрей Старух. Несколько дней назад ПЦР-тест обнаружил у руководителя города заражение вирусом.

В интервью «Главкому» мэр рассказал о своем самочувствии, ситуации в городе, и объяснил, почему произошло заражение десятков местных медицинских работников.

Главком: Как случилось, что вы заболели Covid-19, как себя чувствуете сейчас?

Андрей Старух: У меня стабильное самочувствие. Особо тяжелых симптомов, которые описывают врачи при этой болезни, у меня нет. Единственное, чувствую сильную усталость. Сегодня (2 апреля — «Главком») у меня немного повысилась температура. Сколько дней болею, сказать трудно. Нахожусь дома второй день.

— Вы принимаете какие-то лекарства? Что прописали врачи?

— А какие можно принимать лекарства, если они еще не изобретены?

— Врачи говорят, что лечат симптомы.

— Если тяжелых симптомов нет, то не лечат ничем.

«Люди не волновались, пока не начали показывать Италию»

— Почему вспышка заболеваемости Covid-19 произошла именно в вашем городе?

— Совпало несколько факторов. Мы — городок на Западной Украине, община сформирована в довольно бедном и депрессивном регионе. Соответственно, у нас много трудовых мигрантов, а это ключевой фактор распространения болезни. Вторым фактором является тот факт, что не все понимают важность соблюдения протоколов безопасности. До тех пор, пока не наступила беда, пока не начали показывать Италию и пока знакомые не начали массово болеть, люди этими вопросами не занимались. А, после того как все случилось, резко сократилось количество посетителей любых заведений. Сначала приходили (в городской совет) вернувшись с заработков за какой-то справкой, которая сейчас не особо требуется. Или говорили, что нужно оформить документы на землю, чтобы время не терять. Разные моменты были. Я не хочу говорить, что только вернувшиеся из-за границы работники являются причиной вспышки, но мы понимаем, что это заболевание имеет иностранное происхождение.

— Почему люди так легкомысленно отнеслись к проблеме? Возможно, не хватало информации о коронавирусе?

— Это вопрос нигилизма. Это пример с прокурором, знающим закон, но берущим взятки. Нечто подобное и в нашем случае.

— На своей странице в фейсбуке вы написали, что закрылась единственная газовая заправка в городе. Охарактеризовали это как «паническую реакцию» на массовые заражения (позже мэр убрал из своего сообщения словосочетание «паническая реакция»). Была ли решена эта проблема?

— Я дал поручение своему заместителю связаться со службой, которая защищает права потребителей. Он (заместитель), кстати, сейчас тоже на карантине, потому что так же инфицирован. Мы его (владельца заправки) не можем заставить работать, мы ему не можем и препятствовать. Пытаемся решить вопрос путем переговов. Других законных методов я не знаю.

— Вчера появилось открытое письмо общины Монастыриска к президенту, в котором люди предостерегают, что ваш город может превратиться в «украинский Ухань». Вы разделяете это беспокойство?

— Это системная проблема. У нас государственная политика всегда сводилась к тому, что какое-то привилегированное меньшинство собирало ресурсы у большинства и выводило за границу в офшоры, однако того, что оставалось в бюджете хронически не хватало на медицину, образование. Если ты не можешь изолировать человека, приехавшего из-за границы ни методом убеждения, ни методом силы, то что делать? У полиции нет прав наказать человека, если у него не имеется предупреждения врача о том, что человек инфицирован. Вот я, например, особых симптомов, характерных для этой болезни, не чувствую. То есть я, являясь носителем болезни, если бы ходил по улицам, мог бы заражать людей.

— Общественные активисты и врачи из вашего города обвиняют председателя ОГА Владимира Труша в недостоверной информации по обеспечению районной больницы. Каким является это обеспечение на самом деле?

— Мы же в постсоветской стране живем. Понимаем, что равномерной нагрузки на больницу, 1-5 аппаратов искусственной вентиляции легких может хватить медицинскому учреждению. Но такого количества не хватает при пандемии. Поэтому формально мы вроде обеспечены, а фактически, с учетом текущей ситуации, наши потребности другие. Сегодня выдали пятьдесят специальных халатов. Сейчас больница ими обеспечена. Но на седьмой или пятый день работы больницы ситуация изменится. Конечно, предоставляет какую-то помощь и областная администрация. Но, наверное, надо было бы еще больше дать на наш город, учитывая особенность происходящей ситуации.

«Инфекционное отделение закрыли, санстанции в районе вообще нет»

— Руководитель управления здравоохранения Тернопольской облгосадминистрации Владимир Богайчук в интервью «Главкому» рассказал, что больницу Монастыриска изначально не планировали включать в состав тех, кто будет принимать больных с коронавирусом, но решение пришлось изменить из-за ситуации в районе. Общественные активисты и врачи в открытом обращении жалуются, что уже несколько лет инфекционное отделение больницы не функционирует. Не понятно в каких условиях находятся больные и как им будет оказываться помощь?

— Конечно, наше инфекционное отделение было закрыто. Наша больница находится не на содержании общины, она на содержании района. Видимо, из-за отсутствия средств, как я понимаю и было принято решение (закрыть инфекционное отделение). Потому что все расходы были отнесены на местный бюджет. На текущий момент существует недовыполнение всех (местных) бюджетов на четырнадцать процентов. Ассоциация городов Украины обнародовала следующую информацию. Скоро пойдет посевная, аграрии освобождены от арендной платы за землю… Как, за какие деньги содержать больницу, учителей, которые вынужденно находятся дома, технических работников, работников детских садов? Конечно, за средства из местного бюджета.

— Но если вашу больницу включили в перечень тех, которые способны оказать помощь коронавирусным больным, значит, финансирование существует?

— Инфекционное отделение существовало, но здание закрыли. В данный момент оно непригодно для приема больных. Госпиталь открыли на базе хирургии и реанимации. Просто поменяли табличку. Если данный факт считать открытием инфекционного отделения, то да, оно теперь у нас есть.

— Докладывали ли вы главе области о ситуации, которая сложилась в городе, в больнице. Как он реагирует на возмущение, которое выражают жители?

— Я же не активист, не могу позволять себе вольную трактовку чего-либо существующего в мире. Я два дня на самоизоляции. До этого я был на встрече штаба, созданного у нас. Принимал участие в обсуждениях ситуации на совещаниях, инициированных руководством области. Безусловно, говорили о проблемах, о нуждах. Глава области спрашивал, сколько у вас аппаратов искусственной вентиляции легких? Я отвечал, что четыре. А сколько тяжелых больных? Говорю, что два. Тогда он сказал, значит вам хватает этих аппаратов.

— О потребностях больницы и города вы говорили руководству области?

— Медицина у нас находится под управлением районного звена власти. Если уж район обратился к области, сказал о наших потребностях, то мы, как город, не должны же дублировать эти запросы. Денег в бюджете от количества запросов не прибавится.

— В вашем районе заболело больше всего врачей на Украине. Это произошло из-за отсутствия средств защиты у них, или от незнания правил поведения с пациентами, больными COVID-19?

— Существуют еще и другие варианты. Во-первых — это кумулятивный эффект. Был неправильный протокол. В тот момент врачи диагностировали один вид гриппа, считая, что другого вида гриппа быть не может (то есть другие заболевания, в том числе коронавирус не диагностировали). Врачи действовали методом исключения. Во-вторых, в начале не было достаточного количества средств индивидуальной защиты врачей. Были и другие проблемы. Например, «скорая» уехала на вызов, вернулась и ее водитель говорит: пусть мне кто-то продезинфицирует машину. А санстанции в районе вообще нет. Люди на следующий вызов не едут, настаивая на том, что автомобиль заражен и себя подвергать опасности не будут. Такой случай также имел место. В результате один из активистов помыл им машину.

«Мы с заместителем взяли этого умершего человека, опустили гроб, засыпали землей, помолились»

— История с первым умершим от COVID-19 на Тернопольщине была омрачена скандалом. Родные умершего пожилого мужчины обвинили врачей в некомпетентности, а также в отказе помочь им транспортировать тело умершего. Почему людям никто не помог?

— Относительно надлежащего или ненадлежащего лечения я не могу ничего сказать. Однако могу рассказать о погребении. Обычно, когда человек умирает, община каждого села организует погребение. Мы с моим заместителем приехали к человеку из уважения, чтобы отдать последний долг. Мы привезли четыре пары перчаток, маски, чтобы обеспечить какую-то защиту. Просто то, что было под руками. Поверьте, на тот момент ни один городской совет ничего подобного не имел в своих кабинетах, ведь ни один городской голова не держит на всякий случай 50 костюмов индивидуальной защиты. Что было возможным и доступным, то привезли. У нас были только хорошие резиновые строительные перчатки, индивидуальные маски, дезинфицирующие средства.

Священника не было, потому что он был на самоизоляции. Итак, приехал автобус, вышли родные покойного, зять и дочка, и оказалось, что некому хоронить. Поэтому мы с заместителем решили помочь, опустили гроб, засыпали землей, помолились. Понимаете, староста искал в городе людей, способных помочь. Однако все, боялись за свое здоровье, не понимая механизма распространения болезни, отказывались. От лопаты, которой засыпается земля еще никто не заболел, но все равно люди страховали себя. Кстати, наши активисты в городе, имеющие знания и опыт действия в данной ситуации, не оказали никакой помощи в погребении этим людям.

— В какой именно помощи город нуждается в данный момент?

— Например, аппараты искусственной вентиляции легких нужны больше всего. У нас не будет конкретной информации о том одновременно в больнице будет лежать пятьдесят человек или семь. Не хватает также одноразовых пробирок для тестов.

Еще такой момент: когда мы были первые и единственные, где фиксировали случаи заражения, лаборатория, получив от нас биоматериал предоставляла результат в тот же день. Теперь нужно ждать по 2-4 дня чтобы пришел результат, в виду того, что лаборатория загружена, а люди работают по несколько смен.

— На днях вам звонил мэр Киева Виталий Кличко. О чем с ним говорили, будет ли Киев оказывать помощь?

— Кличко звонил поинтересоваться состоянием моего здоровья. Он спросил, не нахожусь ли я или мои родные в тяжелом состоянии. Кличко является председателем Ассоциации городов Украины. Я задал ему несколько вопросов о том, как мы можем вести борьбу с пандемией, если нам урезают бюджет.

— Что он посоветовал?

— Он не может мне ничего посоветовать, потому что Киеву тоже урезали бюджет (речь идет о сокращении доходной части бюджета Киева в результате пандемии Covid-19, прежде всего, из-за решения Кабинета министров сократить государственные субвенции).

— По словам Главного государственного санитарного врача Виктора Ляшко, от минздрава к вам в район отправится проверка. Кто именно и когда приедет?

— Да, мы ее ждем. Уже звонили, спрашивали разрешения посадить вертолет на нашем городском стадионе. Других подробностей не знаю, потому что я на самоизоляции и не могу ни где присутствовать и принимать участие. (на брифинге 3 апреля Виктор Ляшко сообщил, что лично сегодня, 3 апреля он отправляется в Тернопольскую область — «Главком»).

— Какой режим действует у вас в городе?

— Нужно соблюдать социальное дистанцирование в полтора метра, магазины закрыты, в частности те, которые торгуют бытовыми средствами и одеждой. Магазины, торгующие продуктами питания, товарами первой необходимости, антисептическими средствами работают. Заведения общественного питания, садики и школы давно закрыты. Силами городского совета мы сделали разметки у банкоматов, чтобы люди вместе не стояли, а держали дистанцию, чтобы люди ходили в масках, многие ходят в перчатках.

— Церкви будут открыты на Пасху?

— Обряд будет осуществляться, но без массового присутствия верующих. Может быть в церкви разве что священник, дьяк или пономарь. Все. Священники обратились к людям с просьбой не ходить, мы все распространили их обращения, отдельно от себя дополнительно мы не обращались. Это тонкая материя, государство отделено от церкви. Здесь важна этика и самосознание, и она работает. Священники являются авторитетом для людей. Они же не светская власть, они авторитет не потеряли.

— Чего не хватает в аптеках Монастырского рпайона?

— Парацетамола, глицерина, спирта нет вообще. Дезинфицирующие растворы отсутствуют, но их где-то заказывают. Масок вообще есть, как одноразового, так и многоразового применения.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.