Таких, как Юлия Цветкова, в Комсомольске-на-Амуре немного. Этот российский город находится в 8 000 километрах и семи часовых поясах к востоку от Москвы, и полгода он занесем снегом и льдом. Он славится больше судостроением и авиастроением, чем правами ЛГБТ и феминизмом, но это не помешало Цветковой прославиться на обоих фронтах направлениях. «Активистов здесь практически нет, и большинство пытается уехать, — говорит она по телефону. — Но я еще не все сделала».

Последние три года 27-летняя девушка руководила молодежным театром, где ставила пьесы о гендерных стереотипах, организовывала онлайн-группы по феминизму и половому воспитанию и публиковала в соцсетях рисунки, которые, по ее мнению, продвигают права меньшинств и женщин. Её активность сделала ее мишенью для властей. В июле, примерно через неделю после того, как Кремль пропихнул конституционные поправки, где, помимо прочего брак определяется как союз мужчины и женщины, Цветкову оштрафовали во второй раз — по пресловутому закону о «гей-пропаганде». За красочные иллюстрации с однополыми парами и их детьми ей пришлось заплатить 75 000 рублей (1 000 долларов).

Кроме того, Цветковой предъявлены обвинения в «распространении порнографии». В прошлом ноябре она опубликовала в своем блоге страницу из книжки «Монологи вагины» с иллюстрациями гениталий, чтобы преодолеть стыд вокруг женского тела. «Я смеялась, мой адвокат смеялся, мои друзья тоже. Любому понятно, что никакая это не порнография», — говорит она. Однако она провела четыре месяца под домашним арестом, и прокуратура не оставляет попыток возбудить против нее дело. Если ее признают виновной, — а этим в России заканчиваются 99% уголовных дел, — ей грозит тюрьма сроком до шести лет. Цветкова стала символом сопротивления российским властям, которые насаждают «традиционные ценности», и вопреки всем попыткам Кремля заклеймить ее позором, получила беспрецедентную поддержку знаменитостей, художников и журналистов со всей России и из за рубежа.

Скоро протест Цветковой и массы других российских ЛГБТ-активистов может увенчаться успехом. Через две недели после изменений в конституцию правительство предложило законопроект о запрете однополых браков и прекращении юридического признания трансгендеров. Многие активисты ожидали, что знаменательный закон, чьим соавтором выступила консервативный депутат Елена Мизулина, будет принят осенью. Но 16 ноября Госдума отозвала законопроект на доработку, и теперь его могут полностью отменить.

Светлана Захарова, пресс-секретарь санкт-петербурского Альянса гетеросексуалов и ЛГБТ за равноправие, говорит, что не знает точно, почему закон был отозван, но подчеркивает, что ЛГБТ-сообществу и его союзникам в России удалось объединиться против него «как никогда раньше». «Наша совместная работа помогла отклонить законопроект», — говорит она. Мизулина потеряла поддержку из-за «огромного общественного возмущения гомофобией и трансфобией законопроекта, — говорит Джонни Джибладзе, координатор санкт-петербургской правозащитной группы ЛГБТ „Выход". — Похоже, какое-то время мы еще подышим».

Но победа в этой битве еще не значит, что война выиграна. Отношение к ЛГБТ-сообществу в России по-прежнему крайне враждебное. По данным российской ЛГБТ-сети за 2019 год, 12% представителей секс-меньшинств сообщили, что подвергались физическим нападениям, а 56% — психологическому насилию. Активистов ЛГБТ арестовывают, избивают и убивают. «Если вы живете спокойно, ничего не требуете от правительства, не светитесь публично как ЛГБТ, правительство не будет вас преследовать», — говорит заместитель директора празвозащитной организации «Хьюман райтс уотч» (Human Rights Watch в Европе) в Европе и Средней Азии Таня Локшина. Отмена законопроекта вряд ли изменит ситуацию. «Не то чтобы до законопроекта все было хорошо, а если его примут, все сразу станет плохо, — объясняет Цветкова. — Мы сейчас вроде как в переходном моменте: принять окружающее или бросить ему вызов».

Российская культура нетерпимости

За последние 20 лет президент России Владимир Путин при поддержке консервативной православной церкви принял закон, призванный защитить «традиционные ценности». Однако по словам активистов, он насадил культуру враждебности к ЛГБТ-сообществу. Россия — одна из наименее дружественных к сексуальным меньшинствам стран Европы, опережая в «Радужном рейтинге» (Rainbow Index 2019) брюссельской правозащитной группы Ilga-Europe лишь Армению, Азербайджан и Турцию. В 2012 году власти Москвы запретили проведение прайдов на весь ближайший век.

Годом позже Путин принял закон о так называемой «гей-пропаганде», — он запретил так называемую пропаганду гомосексуализма среди несовершеннолетних. Наказания не слишком суровые, но они осложнили работу активистов и доступ ЛГБТ-молодежи к службам поддержки. Александр Кондаков из Центра независимых социальных исследований в Санкт-Петербурге, говорит: «Нельзя отрицать, что дискриминационный закон и ненавистническая риторика вокруг усугубили рост насилия в отношении ЛГБТ».

Потом был законопроект уже этого года. Активисты считают, что это эскалация, направленная, помимо прочего, на права трансгендеров. Локшина считает, что это был «болезненный удар» по российскому транссообществу. Активисты говорят, что предложенное в законопроекте юридическое непризнание, — запрет трансгендерам менять пол в свидетельстве о рождении, — приведет к дальнейшей маргинализации и еще большей дискриминации и без того уязвимой группы.

36-летний Алексей Лис, активист и трансгендер из Санкт-Петербурга, говорит: «Если полиция остановит меня, спросит удостоверение личности и увидит женское фото, меня промучают, а то и побьют». 23-летняя москвичка Рейнера Велес, тоже активистка и трансгендер, считает, что юридическое признание — «важный шаг по интеграции трансгендеров в общество» с точки зрения трудоустройства и доступа к медицинским услугам без страха дискриминации.

Многие представители ЛГБТ и их союзники сочли, что законопроект — это чересчур. Российские активисты ЛГБТ сопротивлялись: устраивали кампании, в том числе движение #ProtectRussianTransLives в социальных сетях, и запустили петицию, которая собрала почти 23 000 подписей. Десятки врачей-специалистов по смене пола тоже осудили этот шаг. В своем обращении к законодателям врачи предупредили, что законопроект «разрушит» процесс полного гендерного перехода, прекратив юридическое признание трансгендеров. Они подчеркнули, что существующая уже несколько десятилетий практика «чрезвычайно важна» для «социализации» трансгендеров. Запрет, предупредили они, лишь «усугубит» гендерную дисфорию.

Акцию протеста поддержали видные общественные деятели — драматург Валерий Печейкин, оппозиционный политик Дмитрий Гудков, депутат и телеведущая Оксана Пушкина. В пику своим коллегам по путинской партии «Единая Россия» Пушкина назвала закон «совершенно безумным» в интервью телеканалу «Дождь» — одному из немногих независимых телеканалов страны. Цитируя статью 19 российской конституции, которая гарантирует равные права и свободы всем гражданам, она подчеркнула, что «сексуальная ориентация не может быть основанием для ограничения гражданских прав». После этого несколько активистов ЛГБТ написали Пушкиной открытые письма с объяснениями, как законопроект скажется на их жизни.

Российское правительство само загнало себя в угол, говорит Локшина. «Чем жестче действует правительство, тем яростнее сопротивляются ЛГБТ-активисты», — объясняет она. Одним из величайших достижений за 20 лет правозащитной работы она считает «нормализацию» в России движения за права ЛГБТ. «Семь или восемь лет назад ЛГБТ-активисты не рассматривались как часть правозащитного сообщества. Нормализация произошла из-за репрессий», — говорит она.

Справедливость для Юлии

Яркий тому пример — поддержка Цветковой и критика «порнографического» дела. Ее во всеуслышание поддержал целый ряд знаменитостей — в том числе телеведущая и экс-кандидат в президенты Ксения Собчак, актриса Рената Литвинова и ветеран телевещания Владимир Познер. Они призвали власти защитить активистку от угроз анонимной гомофобской сети «Пила», которая публикует имена и контакты ЛГБТ-активистов и призывает к расправе над ними. Так, в июле 2019 года была убита ЛГБТ-активистка Елена Григорьева — после того, как ее данные появились на сайте «Пилы».

Между тем оппозиция крепнет. В июне более 500 россиян по всей стране устроили одиночные пикеты в поддержку Цветковой. Полиция отреагировала агрессивно, задержав 40 демонстрантов в Москве и Санкт-Петербурге. В том же месяце более 50 СМИ организовали забастовку «Медиастрайк для Юли» с требованием прекратить «порнографическое» дело. Писатели, журналисты, актеры, сетевые авторитеты и блогеры публиковали статьи (в том числе в в журнале Vogue) с хэштегами #ЗаЮлю и #СвободуЮлииЦветковой. Наконец, около 248 000 человек подписали онлайн-петицию с призывом закрыть дело.

До недавнего времени поддержку ЛГБТ выражали лишь считанные общественные деятели, говорит Захарова. «Это показывает, что общество меняется. Оно не такое гомофобское, как считают наши официальные лица и церковные иерархи», — говорит она. Российская общественность по-прежнему глубоко расколота по вопросу о правах ЛГБТ, но его поддержка сообществу, судя по всему, растет. Как показал в 2019 году опрос независимого «Левада-центра», 47% россиян поддерживают равные права для ЛГБТ-сообщества, — и это самый высокий уровень за 14 лет исследований (при этом 43% по-прежнему против). Эта тенденция особенно ярко проявилась среди 16-18-летних, из которых 81% сообщили о «дружелюбном или спокойном отношении» к ЛГБТ-сообществу (при этом 33% признались, что у них есть знакомые ЛГБТ — по сравнению с 42% и 8% среди всего населения). «Вся надежда на молодых», — говорит Захарова.

Хотя ничто не предвещает, что правящая партия Путина станет менее враждебной по отношению к ЛГБТ, похоже, что сдвиг во взглядах демократической оппозиции все же произошел. В 2009 году самый известный оппозиционный деятель России Алексей Навальный заявил, что геи могут «резвиться» на оцепленном стадионе, а не на гей-параде на улицах Москвы. Однако в ходе своей кампании на пост мэра Москвы в 2013 году и президентское кресло в 2017 году он предложил разрешить региональные референдумы по однополым бракам. А совсем недавно, в июне, он обвинил правительство в «полном безумии», когда прокремлевская медиагруппа «Патриот» опубликовала гомофобскую политическую рекламу. Телеведущая Собчак в 2011 году сомневалась в необходимости однополых браков. «Я просто не понимаю, почему это явление следует называть браком», — говорила она. Но как кандидат в президенты в 2018 году она включила в свою политическую платформу однополые гражданские союзы и отмену закона о «гей-пропаганде».

Отмена законопроекта стала важной вехой для российского ЛГБТ-сообщества, но это лишь один бой. «Это далеко не конец, — говорит Цветкова. — Гомофобия в России — повседневная реальность». Борьба с ней требует ежедневной работы ЛГБТ-групп по всей стране, готовности общественности осуждать неравенство и усилий юристов-правозащитников, — чтобы защитить активистов вроде Цветковой от судебного преследования. У многих сложилось ощущение, что перемены, за которые они так давно борются, наконец-то витают в воздухе.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.