На Украине война с Россией и сложности в процессе реформирования государства заслоняют собой незаметный на первый взгляд кризис: демографический коллапс.

«Пока проблем с персоналом у нас нет. Лето, студенты не учатся и могут у нас подработать. Сложнее станет осенью, когда они вернутся в вузы», — говорит официантка из пиццерии на площади Мицкевича, находящейся в историческом центре Ивано-Франковска (до войны — Станиславов).

Ресторан пользуется популярностью, это одно из шести работающих по франшизе заведений компании, которую в 2014 году основал Леонид Остальцев — доброволец, а сейчас ветеран идущей вот уже семь лет войны с Россией в Донбассе. Он принимал участие в самых ожесточенных столкновениях: от боя за Саур-Могилу до боев в районе Дебальцева. До войны он работал в пиццерии, а после возвращения с фронта создал марку «Пицца Ветерано» и добился финансового успеха (к сожалению, это редкий случай в ветеранских кругах).

Отсутствие рабочих рук — проблема не новая. Когда я был в Ивано-Франковске в октябре 2017 года, на многих витринах висели объявления, приглашающие на работу официантов, поваров или посудомойщиков. Тогда, как и сейчас, многие из них работали в Польше. Большинство там и остались.

За горсть гривен?

По случаю 30-й годовщины обретения Украиной независимости в Киеве организовали Всеукраинский форум «Украина 30». Представители властей, в том числе президент Владимир Зеленский, министры, руководители ключевых государственных учреждений, активисты, эксперты, ученые и представители международных организаций обсуждают основные вопросы, связанные с развитием страны. Такого рода подведение итогов последних лет призвано помочь обрисовать планы на будущее. Планируется провести 30 встреч, уже удалось, в частности, затронуть проблематику безопасности, внедрения цифровых технологий, верховенства права и освобождения экономики от влияния олигархов. В июле на повестке дня оказалась тема «рабочая сила», имеющая важнейшее значение в контексте сегодняшней и будущей ситуации страны, но практически отсутствующая в текущей публичной дискуссии.

Алексей Чернышов, министр развития общин и территорий Украины, отметил, что за границей, согласно статистическим данным, работает сейчас почти три миллиона украинцев. Он полагает, что решение об эмиграции люди принимают на основании размера заработка: если средняя зарплата в западных областях страны превысит нынешний уровень в 15 тысяч гривен (примерно 41 тысяча рублей, — прим.пер.) и дойдет до отметки в 18 тысяч, «вопрос с трудовой миграцией будет решен», поскольку «человек должен жить на родине, с семьей, развиваться в профессиональном и личном плане».

Мнение министра о том, что украинцы откажутся от отъезда, когда у них в кошельке появится на несколько сотен гривен больше, ведь человек «должен» оставаться в своей стране, это даже не попытка выдать желаемое за действительное, а свидетельство оторванности от реальности и игнорирования ключевой проблемы Украины, то есть сокращения численности населения. С министром на Форуме полемизировала известная специалистка, демограф Элла Либанова: «Люди уезжают потому, что они не связывают своей дальнейшей судьбы с этой страной. Они не видят того, что Украина может стать такой, как, например, Чехия или Польша».

Миграционная математика

Три миллиона человек, о которых говорил министр, это примерно 6% населения страны. Однако цифры весьма неточны и даются в опоре на данные последней (и, впрочем, единственной) украинской переписи, проводившейся 20 лет назад. Тогда численность населения оценивалась в 48,5 миллионов человек.

Между тем в одной только Польше работают 1,5 миллиона украинцев, и их становится у нас все больше. В последние годы они массово уезжали также в Германию, Италию, Испанию, Чехию и прежде всего в Россию. Элла Либанова полагает, что сейчас за рубежом могут трудиться 5 миллионов украинцев. И хотя миграция в значительной степени имеет циркуляционный характер, то есть люди возвращаются домой, а потом уезжают снова, исследования показывают, что желание осесть за границей навсегда возникает у них все чаще. Готовящиеся в Польше новые законы лишь облегчат процесс принятия такого решения.

Потерь не компенсирует ни официальный, ни неофициальный приток мигрантов на Украину: в этом году квота иммиграции, установленная Киевом, составляет чуть менее 10 тысяч человек, а большинство прибывающих на Днепр выходцев из Азии не собираются долго там оставаться, планируя рано или поздно отправиться на Запад.

Продолжающееся сокращение населения

Размер населения Украины уменьшается, причем стремительно, вот уже почти 30 лет. Согласно последней советской переписи 1989 года, в УССР проживало 51,7 миллиона человек. В первые годы после появления независимой Украины эта цифра даже немного увеличилась благодаря притоку украинцев с постсоветского пространства. Однако с 1993 года, когда численность населения достигла 52 миллионов человек, она начала сокращаться. По сведениям, собранным областными статистическими отделами, к 2020 году она сократилась примерно на 20%, то есть жителей стало на 10 миллионов меньше.

Оккупированный Крым (примерно 2,5 миллиона человек) в этих данных не учитывается, в отличие от тех частей Донецкой и Луганской областей, которые с 2014 года находятся под контролем пророссийских сепаратистов (а фактически России, которая раздает свои паспорта). Оценки, касающиеся неподконтрольных Украине территорий, по всей видимости, не слишком точны, но убыль населения наблюдается во всех частях страны, в том числе в центральной (исключение представляет только сам Киев). Хуже всего дела обстоят в Кировоградской и Сумской областях, где население уменьшилось на четверть, а также в Черниговской области, где оно уменьшилось почти на треть. Граничащие с Польшей Волынская, Львовская и Ивано-Франковская область лишились в среднем 7% жителей, что тоже немало.

Пропасть увеличивается

Выдвинуть предположение, что депопуляция может быть еще более масштабной, позволяет проведенная в 2019 году так называемая перепись Дмитрия Дубилета. «Так называемая» она потому, что анкетеры не ходили тогда по домам, а жителям не предложили подать данные самостоятельно: были использованы лишь цифры из разнообразных баз, в том числе принадлежащих мобильным операторам. Тем не менее из этих подсчетов следовало, что на Украине (без оккупированного Крыма и Донбасса) осталось всего 37,2 миллиона жителей.

Трудовая миграция — это, конечно, не единственная причина стремительной убыли населения. Ключевую роль играет также низкая рождаемость. В 2021 году она едва превысила отметку в 1,5 ребенка на женщину, а для стабильного роста ей следует быть почти в два раза больше. В итоге получается, что каждый год на Украине умирает примерно вдвое больше людей, чем рождается. Пропасть углубляется: в последнее полугодие на 100 умерших приходилось всего 38 новорожденных.

Возможно, демографическая катастрофа стала одной из причин, по которым очередные правительства уже более 20 лет откладывают проведение новой переписи. Ее результаты стали бы, несомненно, «красной карточкой», на которую отреагировали бы избиратели. И хотя отрицательный демографический баланс — проблема, с которой столкнулись многие страны Европы, на Днепре она приобрела уже пугающие масштабы.

Польский случай

Социальная активность многих жителей подчинена стремлению покинуть Украину. Это заметно в том числе на западе страны, где все большую популярность приобретает польский язык. Детей отдают в польские школы с первых классов, чтобы те позже присоединились к работающим в Польше родителям или продолжили обучение в польских вузах.

Во многих государственных школах родители выбирают польский в качестве второго иностранного языка после обязательного английского. «Профессия полониста на Украине стала более престижной, чем в Польше, на отсутствие работы они пожаловаться не могут», — рассказывает Кристина Лесив — полонистка из Ивано-Франковска. Она окончила филологический факультет местного университета, а сейчас работает в языковой школе, а также дает частные уроки.

К изучению польского языка располагает не только экономическая ситуация, но и пандемия. Более популярными и доступными стали онлайн-курсы. Станислава Троцюк, владелица львовской языковой школы «КанАпка», говорит, что «дистанционно хотят заниматься все больше людей, причем не только с Западной Украины, но также из Киева, Запорожья или с востока страны. Основной мотив один: уехать в Польшу работать, учиться или воссоединиться с находящимися там родственниками». В языковые школы обращаются в том числе польские компании, которые ищут на Украине врачей. Желающих уехать отправляют на курсы медицинского польского для начинающих уже на родине.

Все менее многочисленное меньшинство

Национальные меньшинства не только не выделяются на фоне этих негативных демографических тенденций, но и подпитывают их. Это касается в том числе поляков. Специальных исследований не проводилось, но есть ощущение, что граждане Украины с польскими корнями все чаще покидают страну. Школы и церковные приходы пустеют, свободные места занимают украинцы, старающиеся любыми способами приобщиться к польскому народу, а потом… уехать.

Родившийся на Украине священник Мирослав Лех, настоятель прихода святого Варфоломея в Дрогобыче, рассказывает: «Я приехал в город 13 лет назад, тогда у меня было 450 прихожан-поляков. За это время 100 молодых людей из польских семей уехали в Польшу учиться, почти никто не вернулся. 150 прихожан скончались. Сейчас осталось 350-400 человек, новые люди, приходящие в костел — это преимущественно украинцы, которые выбирают Римско-католическую церковь. Большинство прихожан — люди, состоящие в смешанных польско-украинских браках.

В свою очередь, в Польском центре культуры и образования имени профессора Мечислава Кромпца (Mieczysław Krąpiec) в Тернополе говорят, что уменьшается как количество польских организаций, так и число молодых людей с польскими корнями, изучающих польский язык. Уезжать за границу помогает в том числе Карта поляка.

«После Второй мировой войны первое, второе и третье поколение ездило в Польшу, но возвращалось, четвертое тоже ездит, но не возвращается», — рассказывают там. При этом учить польский начинает все больше украинцев: «Когда началась война с Россией, а ЕС отменил визы для украинских граждан, у нас выстроилась такая очередь из желающих учиться, что мы задумались об аренде более просторного помещения».

Поляков на Украине становится все меньше не только из-за миграции, но и из-за ассимиляции. Серьезной проблемой лидеров польского меньшинства стал поиск преемников, которые продолжат вести работу на низовом уровне и не уедут. Это сложная задача. С одной стороны, воплощается в жизнь мечта довоенных украинских националистов: поляки покидают Украину, а западная часть страны становится более однородной в национальном плане. С другой стороны, популярность польского языка возрастает, а вместе с поляками страну массово покидают украинцы, что должно казаться современным националистам кошмаром.

Венгерский пример

Сколько на Украине поляков? Согласно переписи 2001 года, их было 144 тысячи, но сейчас эти данные устарели. Определенные ориентиры может дать венгерский пример. Следует, однако, сделать одну оговорку: если поляки живут рассредоточено на западе Украины, в Подолье, а также в Житомирской области (в 1925-1935 годах там даже существовал созданный советскими властями Мархлевский польский национальный район), то венгерская община, численность которой составляет примерно 150 тысяч человек, сложнее поддается ассимиляции по культурным и географическим причинам: венгры обитают практически только в Закарпатье.

Что же говорит нам венгерский пример? Согласно данным исследования «Сумма-2017», которое проводила Венгерская академия наук, за последние 20 лет число этнических венгров в этом регионе уменьшилось со 152 тысяч до 131 тысячи. «Ученые, стремясь преуменьшить убыль, отнесли к венграм в том числе говорящих на венгерском цыган, которые идентифицируют себя с Венгрией, а их 6 тысяч человек», — рассказывает Дмитрий Тужаньский из Ужгорода, руководящий Институтом центральноевропейской стратегии. «Венгерское сообщество в Закарпатье уменьшилось в первую очередь из-за эмиграции в Венгрию», — добавляет он.

В ловушке

Диагноз профессора Эллы Либановой, говорящей о недостаточной привлекательности проекта «независимая Украина» в глазах многих граждан этой страны, подтверждают будничные наблюдения. В такси по дороге в львовский аэропорт к беседе на польском подключился таксист. Оказалось, что он работал в польской Познани установщиком дверей. На вопрос, собирается ли он снова поехать в нашу страну он ответил коротко: «Здесь никаких перспектив нет».

То, что оказывается спасением для польской экономики, то есть приобретение работников, способных легко интегрироваться, для украинской может обернуться в будущем драмой. В прошлом году какие-то доходы задекларировали лишь 11 миллионов украинцев, еще 11 миллионов не задекларировали никаких доходов, а оставшиеся 11 миллионов — это пенсионеры, пенсии которых зависят от официальных поступлений работающих граждан.

Все три категории пользуются системой здравоохранения и образования, инфраструктурой и так далее, но с точки зрения бюджета государства представители первой платят за представителей двух остальных. При такой структуре занятости государство не может в долгосрочной перспективе оставаться эффективным и современным, а таким образом выступать привлекательным местом для жизни. И так демографическая ловушка захлопывается.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.