Когда "холодная война" вступила в свой завершающий год, советский руководитель Михаил Горбачев спросил советника по национальной безопасности из Белого Дома Колина Пауэлла (Colin L. Powell): "Что вы будете делать теперь, потеряв самого главного своего врага?"

Вот уже четыре американские администрации бьются над ответом на этот вопрос, о котором Пауэлл вспоминает в своей изданной в 1995 году автобиографии "My American Journey" ("Мое американское путешествие").

В последние два десятилетия Соединенные Штаты Америки наносят удары и получают их от самых разных врагов, начиная с Саддама Хусейна и кончая Усамой Бен Ладеном. Но порой американские руководители и американский народ не в состоянии правильно измерить существующие угрозы. Они преувеличивают незначительные внешние раздражающие факторы, превращая их в ужасные страшилки, и в то же время не могут опознать более серьезные угрозы национальной безопасности США.

Когда пала Берлинская стена, "Соединенные Штаты утратили организационный принцип своей внешней политики", заключавшийся в сдерживании и устрашении Советского Союза, говорит глава Совета по международным отношениям (Council on Foreign Relations) Ричард Хаасс (Richard Haass).

"У нас было два десятилетия дебатов, неразберихи, порой непоследовательности, иногда успехов и перенапряжения сил", - заявил Хаасс, который является настоящим ветераном двух американских администраций - Джорджа Буша-старшего, при котором распалась советская империя, и его сына.

По мнению Хаасса, некоторые проблемы, например, проблема Ирака при Саддаме, были чрезмерно раздуты. И в то же время, слишком мало внимания уделялось таким вопросам, как изменения климата, которые грозят дестабилизацией многих стран и появлением миллионов беженцев от засухи и подъема уровня моря.

"Еще до окончания текущего столетия глобальное потепление, распространение оружия массового уничтожения и болезни могут превратиться в главные вызовы нашей эпохи, - сказал он, - вполне возможно, что определяющей чертой 21-го века будут глобальные проблемы, а не соперничество великих держав".

Брент Скоукрофт (Brent Scowcroft), который в администрации Буша-старшего был начальником Хаасса, занимая должность советника по национальной безопасности, согласен с тем, что "с окончанием "холодной войны" возник период стратегической пассивности. И это вполне естественно, потому что мы оставили позади огромную опасность совершения серьезной ошибки, которая могла привести к ядерной войне и всеобщему уничтожению - нас, наших врагов и, возможно, всего мира. По сравнению с этим все угрозы на нашей планете казались ничтожными".

По словам Скоукрофта, американцы очень медленно осознают угрозы, и начинают признавать их лишь тогда, когда они приобретают острый характер. Им очень трудно заниматься решением проблем, которые невозможно преодолеть одной стране, действующей в одиночку или с несколькими близкими союзниками.

"У нас ушло много времени на то, чтобы приспособиться к новым реалиям, осознать тот факт, что в мире, который жил за завесой "холодной войны", очень многое происходит и меняется, - рассказал недавно Скоукрофт репортерам и редакторам из Washington Times, - в мире возникает так много проблем, для решения которых необходимо международное сотрудничество - это и климатические изменения, и энергетические проблемы - что вся существующая система национальных государств подвергается серьезным испытаниям".

По словам Скоукрофта, последствия глобализации, особенно та скорость, с которой сегодня по всему миру распространяется информация, схожи с последствиями индустриализации, начавшейся 250 лет назад. "Индустриализация создала суверенные национальные государства, - сказал он, - а глобализация разрушает то, что может сделать для себя такое государство-нация".

Стивен Хэдли (Stephen J. Hadley), занимавший пост советника по национальной безопасности в администрации Буша-младшего, говорит, что у Соединенных Штатов ушло слишком много времени, чтобы понять и осознать угрозы, созданные терроризмом и распространением ядерного оружия после окончания "холодной войны".

"В 90-е годы мы ушли на отдых; вместо поиска новых врагов мы делали прямо противоположное", это если говорить о наших военных и разведывательных бюджетах, сказал он.

"Мы слишком долго не могли понять, что "Аль-Каида" ведет с нами войну, мы очень медленно реагировали на Ирак. Это был период "конца истории", конца угроз, конца идеологии. Когда людей спрашивали, каким будет следующий "-изм", никто не мог ничего предложить. Мы были слишком благодушными".

Однако после терактов 11 сентября 2001 года "мы поняли, что терроризм реален, что он по-прежнему существует", говорит Хэдли.

По его словам, советская угроза и терроризм "похожи, потому что  их приводит в действие идеология". Но терроризм "создает угрозу не существованию нашей страны, он создает угрозу существованию нашего образа жизни".

Хорошо известно, как младший Буш заявлял государствам и народам, что им придется делать выбор - поддерживать Соединенные Штаты или выступать против них. Известно также, что он не проводил значительных различий между группировками боевиков. Однако, как говорит Хаасс, действительность намного сложнее.

"Мы живем в мире, где многие страны попадают в промежуточную категорию между надежными союзниками и заклятыми врагами", где Соединенные Штаты выступают против своих противников, таких как Северная Корея и Иран, и одновременно пытаются вести с ними переговоры, отмечает он.

Администрация Обамы пытается наладить контакт с такими врагами, но пока без особого успеха. Она также пытается восстановить отношения с Россией, которая в период правления последней администрации Буша стала более враждебной, и укрепить связи с Китаем, который одновременно является и важным экономическим партнером США, и их потенциальным военным противником.

Но та стратегическая неопределённость, которая сложилась с окончанием "холодной войны", создает серьезные проблемы - и не только для политиков, принимающих решения и вырабатывающих курс.

"У американцев есть такая черта - демонизировать врага, - говорит бывший аналитик из американской разведки Джеймс Черч (James Church) (это его литературный псевдоним), написавший целую серию шпионских романов, действие которых происходит в Северной Корее, - после распада Советского Союза нам пришлось искать менее страшных демонов".