На фоне того, как администрация Обамы заключает политические сделки и выкручивает руки, чтобы Сенат провел соглашение с Россией о сокращении ядерных вооружений до ноябрьских выборов, никто, кажется, не заметил, что Вашингтон идет на все уступки, а Москва — ни на одну.

Находясь под растущим давлением из Белого дома, председатель сенатского комитета по иностранной политике (Senate Foreign Relations Committee) и старший сенатор от штата Массачусетс Джон Ф. Керри John (F. Kerry) прилагал все усилия, чтобы его комитет как можно скорее утвердил это соглашение. Ожидалось, что это голосование состоится на прошлой неделе, но теперь оно отложено до окончания августовских каникул  конгресса. Бывший советник Ричарда Никсона Дмитрий Симес (Dimitri Simes) высказал в статье, написанной им вместе с Довом Закхеймом (Dov Zakheim) в прошлом месяце, такое мнение: «Чрезмерная спешка сенатора Керри — который, кажется, по крайней мере отчасти, мотивирован теми самыми политическими стимулами, которые он порицает, в том числе надеждой на собственную победу, победу администрации и общественный успех — является ненужной и неуместной. Крупнейший в мире совещательный орган заслуживает несколько большего количества времени».

Есть три основных причины на то, чтобы Сенат замедлил ратификацию нового Договора СНВ.

Во-первых, как объявил в конце прошлого месяца Госдепартамент, Соединенные Штаты полагают, что Россия не до конца выполняет свои обязательства по предыдущему Договору СНВ. Обнародованный доклад не вдается в подробности недавних нарушений, отмечая, однако, что в прошлом Россия уклонялась от инспектирования отдельных боеголовок.

Во-вторых, русским на сей раз и не понадобится мошенничать — об этом полностью позаботилась дипломатическая команда президента Обамы. Кажется, что все уступки в процессе переговоров исходили исключительно от США. Договор устанавливает, что число стратегических ядерных боеголовок в каждой из стран не должно превышать 1500, но российское информационное агентство «РИА Новости» констатирует, что лазейки позволяют России иметь 2100 боеголовок. Кроме того, снимается контроль над тактическими боеголовками, а их у России в 10 раз больше, чем у США, и они могут быть направлены против наших союзников. Также, договор требует, чтобы США пожертвовали пусковыми установками межконтинентальных баллистических ракет — согласно новым ограничениям их должно быть 700, тогда как у нас их 850 — но у русских их уже менее 700, таким образом, им не придется жертвовать ни чем.

В отличие от предыдущего, новый  Договор СНВ также подвигает США и Россию к тому, чтобы размещать на каждой из ракет сразу по нескольку боеголовок. Как отмечает ведущий специалист по контролю над вооружениями Кит Пэйн, русские занимаются разработкой новых ракет с несколькими боеголовками, способных достигнуть Соединенных Штатов, тогда как администрация Обамы движется в противоположном направлении.

Вот еще худший момент. Договор рассматривает стратегический бомбардировщик, вне  зависимости от количества перевозимых им боеприпасов, как одну единицу боевой техники. К тому же, русские ведут разработки нового тяжелого бомбардировщика, тогда как нашим B-52 почти 60 лет и замена их не планируется.

И, наконец, даже если бы не было никаких сомнений, что Кремль станет исправно выполнять своих обязательства, российские и американские чиновники расходятся во мнениях, как скажется принятие нового Договора СНВ на противоракетной обороне. Выступая в июне перед сенатской комиссией, министр обороны США Роберт М. Гейтс заявил: «По вопросам противоракетной обороны никакого консенсуса нет. Русские ненавидят этот вопрос. Ненавидят еще с конца 1960 года».

Русские утверждают, что увязка наступательных и оборонительных вооружений в преамбуле договора имеет юридически обязывающую силу. Они сделали заявление, что откажутся от договора, если США качественно или количественно усовершенствуют свои системы противоракетной обороны. Представители американских властей говорят, что преамбула ни к чему не обязывает и что американские планы противоракетной обороны соглашение не затрагивает.

Но договор является договором только в том случае, если обе стороны имеют одинаковое видение его значения.

США должны сесть с русскими за стол переговоров и установить, что «качественное» и что есть «количественное». Никто не знает, как русские оценят размещение улучшенных американских систем защиты в Европе. Но, учитывая их противостояние  предыдущим планам сделать это — даже при том, что размещение ПРО не представляло никакой угрозы их ядерным средствам устрашения — вероятность, что в будущем что-то изменится, невелика. Многие эксперты полагают, что администрация Обамы решила пересмотреть создание третьего позиционного района ПРО в Европе, запланированного президентом Джорджем Бушем, из-за возражений России.

Администрация может сильно отсрочить разработку и размещение более продвинутых систем ПРО, если это подвергнет опасности участие России в договоре. Едва ли это могло произойти более несвоевременно. Как сообщало в мае Разведывательное управление Министерства обороны США (Defense Intelligence Agency), уже через пять лет Иран может получить в свое распоряжение ракету, способную ударить по США.

Если США и Россия намереваются продолжить процесс ядерного разоружения без нового Договора — который, судя по всему, подписан не будет — они могут приступать.

Если администрация Обамы не сможет твердо пообещать сенату, что США займутся модернизацией своих ядерных сил и создадут функциональный комплекс, в котором сочетались бы системы наступательных, оборонительных, ядерных и обычных вооружений, для защиты США и союзников, Сенат не должен ратифицировать новый Договор СНВ. Его принятие ослабило бы обороноспособность Америки, тогда как угрозы, направленные на нее, только растут.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.