Здравомыслящие люди, заинтересованные в здравой американской внешней и оборонной политике должны приветствовать решение Сената ратифицировать новый Договор СНВ. Готовность администрации успокоить обеспокоенность республиканцев по поводу противоракетной обороны и модернизации стареющих ядерных сил значительно укрепила изначально скромное соглашение. В ответ на принятие республиканцами сравнительно небольших сокращений ядерных вооружений, президент Обама подписался в поддержку противоракетной обороны, как никогда раньше, и пообещал более 80 миллиардов долларов на модернизацию ядерного арсенала. Республиканцы должны быть счастливы этой сделке.

И хотя двухпартийную систему не всегда можно назвать достоинством, в данном случае она несет положительные результаты в реальном мире. Другие государства должны знать, когда возникают сомнения, что американская политическая система может взять себя в руки и принять решение. Заметьте, сколь многие из союзников Америки выступили до голосование в поддержку ратификации. Дело было не только в достоинствах договора. Это была скрытая мольба к Соединенным Штатам продемонстрировать немного внутреннего единства, являющегося необходимым основанием для мирового лидерства. Осознание того, что Вашингтон может завязать себя в партийный узел по поводу такого пустяка, оказалось неприятным для тех, кто вновь нуждается в сильных и дееспособных Соединенных Штатах. Даже ненавидящие Обаму республиканцы должны помнить, что у нас только один президент, и что в наших государственных интересах, чтобы по всему миру в нем видели человека, способного выступать и действовать при широкой поддержке. В этом случае, он заслужил эту поддержку, постаравшись рассеять легитимные опасения другой партии.

Коалиция интернационалистов, ратифицировавшая этот договор, будет решающей в отстаивании интересов США в ближайшие годы: в делах с Ираном; в Китае; в ходе продолжающейся войны в Афганистане; в процессе стабилизации Ирака; в ратификации соглашений о свободной торговле с Южной Кореей, Колумбией и Панамой; и в поддержании адекватных оборонных и внешнеполитических бюджетов. При наличии правильного президентского руководства, этот мускулистый интернационализм должен, как это было в прошлом, стать центром тяжести для американской внешней политики.

Те, кто обеспокоен политикой «перезагрузки», которую администрация проводит с Россией, тоже должны радоваться ратификации договора. Отношения с Москвой вот-вот станут более затруднительными. Частично это потому, что часть легкой наживы – включая этот договор – уже была получена. Проблемы, лежащие впереди, окажутся более тяжелой проверкой для перезагрузки: что делать с продолжающейся незаконной оккупацией Грузии, проводимой Россией; как поступать со все более авторитарным поведением российских властей внутри страны, включая жестокое обращение с диссидентами и уничтожение всех демократических институтов. Кроме того, Москва вряд ли проявит энтузиазм по поводу нового раунда более жестких санкций против Ирана. Если бы договор потерпел поражение, в любых провалах и неудачах по этим вопросам винили бы республиканцев. Ратификация нового Догвора СНВ означает, что ответственность падет, куда следует: на Москву и на ограничения самой перезагрузки.

Республиканцы и демократы, которых заботят эти вопросы, должны начать думать о том, как заставить Москву и администрацию Обамы отвечать за свои поступки. Какие стратегические гарантии следует предоставить восточноевропейским союзникам, которые по-прежнему нервничают по поводу намерений Москвы? Как мы можем помочь Грузии сохранять свою независимость и начать процесс возвращения суверенитета над оккупированными Россией территориями? Какое законодательство может оказаться полезным с целью давления на российское правительство, чтобы заставить его ослабить репрессии и дать демократическим институтам немного свободного пространства?

Существуют также и соображения, простирающиеся за пределы американско-российских отношений. Республиканцы продемонстрировали свою обеспокоенность отношением администрации Обамы к противоракетной обороне. Ладно, хорошо. Но разве они требовали дополнительного финансирования для программ ПРО с той же решимостью, с которой они требовали дополнительного финансирования для ядерной модернизации? Республиканцы совершенно верно утверждают, что в тот момент, когда кажется, что распространение ядерного оружия вот-вот выйдет из-под контроля, противоракетная оборона нужнее, чем когда-либо. Но это должно стать больше, чем темой для разговора. Сможет ли следующий, более республиканский Конгресс подкрепить свои слова делами?

Эти вопросы всегда были важнее, чем сокращение нескольких сотен боеголовок. Многие наблюдатели считают, что борьба за новый Договор СНВ была исключительно политической. Теперь, когда эта борьба осталась позади, давайте надеяться, что президент и его оппоненты докажут обратное.