Заместитель министра иностранных дел России Сергей Рябков, отвечающий за отношения  между Москвой и Соединенными Штатами, на прошлой неделе дал интересные оценки по таким вопросам как Иран, Афганистан и контроль вооружений, выступая в Вашингтоне в Никсоновском центре.

Он задал тон дискуссии, заявив, что план президента Обамы по «перезагрузке» отношений между Москвой и Вашингтоном «уже свершился». «Мы добились ощутимых результатов, и добьемся еще большего в будущем», - сказал Рябков.

Касаясь Ирана, Рябков указал на «беспрецедентное» сотрудничество, упомянув о поддержке Москвой резолюции ООН по данному вопросу, включая введение санкций против иранского режима.

Он указывал на это неоднократно, заявляя, что у его страны есть разногласия с Соединенными Штатами по поводу санкций. «Один [США] верит в санкции, другой [Россия] – нет». По его словам, санкции «лишь приносят страдания всем тем странам и народам, против которых они применяются».

А односторонние санкции США не дают ожидаемых результатов, отметил он. Этот шаг лишь «усиливает нагрузку на международное сообщество».

Россия не ведет сепаратные переговоры с Тегераном по ядерной проблеме, заявил Рябков, хотя Москва проводит двусторонние дискуссии с иранцами. «Мы говорим с ними откровенно, как и они с нами, и это не всегда простая и легкая дискуссия; но мы не видим альтернативы диалогу».

Он назвал хорошими последние предложения Ирану со стороны группы 5+1 (Британия, Китай, Франция, Россия и Соединённые Штаты - плюс Германия), но добавил: «Мы можем в итоге провести обсуждение такого рода [об иранской программе обогащения], но это преждевременно». Ему должна предшествовать пошаговая дорожная карта, сказал Рябков.

По словам замминистра, Афганистан это еще одна область, в которой Соединенные Штаты  и Россия работают вместе. Назвав это сотрудничество «историей успеха», он отметил, что Вашингтон и Москва сотрудничают в таких вопросах, как маршруты снабжения, перевозки, обучение и даже экономическая помощь афганскому правительству.

Россия полностью разделяет новую стратегию, сказал Рябков, поддерживая идею национального примирения в Афганистане. Вместе с тем, он отметил: «Мы определенно не приемлем то, что называют ре-талибанизацией».

Москва не хочет оказывать поддержку никаким радикальным исламским движениям, поскольку такие группировки доставляют ей немало хлопот и дома.

Особую озабоченность у России вызывает угроза производства наркотиков в Афганистане. Силы НАТО, заявил Рябков, должны прилагать больше усилий по ликвидации производства, по воспрещению перевозки из районов производства наркотиков на дорогах, а также по уничтожению химических реагентов, используемых для переработки маковой соломки в героин и морфий.

«Того, что мы делаем совместно и коллективно, явно недостаточно», - сказал он.

Отвечая на вопрос по поводу будущего военного присутствия США в Афганистане и странах, находящихся на границах России, таких как Киргизия, Рябков заявил, что когда ситуация с угрозами изменится, необходимость в американском присутствии отпадет. Вместе с тем, он отметил, что в Афганистане все обстоит иначе, ибо там иностранное присутствие, например, база США в Баграме, будет необходимо до тех пор, пока Афганистан не сможет сам себя защитить.

Одна из сфер ответственности Рябкова это безопасность. В этом качестве он только что принимал участие в заседании Рабочей группы по международной безопасности и контролю над вооружениями Российско-Американской двусторонней президентской комиссии, созданной в 2009 году Обамой и российским президентом Дмитрием Медведевым.

Законодательные органы двух стран только что утвердили новый договор о сокращении стратегических вооружений; и стороны уже приступили к обсуждению сложных вопросов о том, что делать дальше, отметил заместитель министра.

Если американские руководители все внимание сосредоточили на договоре, предусматривающем сокращение не только стратегического, но и оперативно-тактического ядерного оружия, то Рябков заявил, что в первую очередь необходимо обратиться к контролю обычных вооружений в Европе и договориться о некоей предсказуемости в отношении вооруженных сил на континенте. По его словам, договоренность о соотношении вооруженных сил в Европе, где у России намного меньше войск и военной техники, имеет прямое отношение к будущему ядерного разоружения.

Рябков говорил о трудностях, связанных с поиском правильной «платформы» для заключения будущих соглашений, заявив, что здесь необходимо принимать во внимание космическое оружие, неядерные стратегические вооружения, другие ядерные государства и противоракетную оборону.

Он объяснил причины озабоченности Москвы в отношении противоракетной обороны, которая привлекла к себе огромное внимание во время дебатов в американском Сенате по договору СНВ. Уже несколько  лет, сказал Рябков, Соединенные Штаты  и Россия обсуждают вопрос о проведении совместной оценки ракетно-ядерных угроз. Он сделал вывод о том, что сделать это невозможно. Камнем преткновения здесь является  вопрос о том, будут ли элементы американской ПРО «со временем использоваться таким образом, чтобы влиять на ядерный потенциал Российской Федерации», заявил Рябков. США всегда говорят, что не будут, однако российский ответ звучит иначе: наверное, будут, причем таким образом, что это «подвергнет опасности наши ядерные силы».

Ситуация складывается иначе, когда речь заходит о сотрудничестве в обороне от оперативно-тактических ракет. Рабочая группа президентской комиссии обсуждала данный вопрос на своем недавнем заседании, сказал российский дипломат.

Говоря о «перезагрузке» администрации Обамы, Рябков отметил: «Мы считаем, что нынешняя администрация … очень откровенно излагает нам свои собственные взгляды». Это относится и к обсуждению вопросов внутренней политики России.

«Мы не избегаем трудных разговоров на эти темы … и несмотря на  эти и прочие разногласия, мы имеем все возможности для их урегулирования, чтобы они не мешали развитию наших отношений».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.