Ликвидация лидера Аль-Каиды Усамы бин Ладена предоставила России и Соединенным Штатам редкую возможность сойтись во мнениях по важному вопросу. В последнее время эти две страны находятся в противоположных концах ринга, так как Россия обвиняет Соединенные Штаты и НАТО в том, что в Ливии они вышли за пределы резолюции Совета безопасности ООН 1973. Некоторые в Москве напрямую говорят о злоупотреблении мандатом. Тем не менее, смерть самого разыскиваемого террориста в мире продемонстрировала, что у России и Америки по-прежнему есть общие интересы.

Москве явно польстил тот факт, что президент Дмитрий Медведев вошел в избранную группу мировых лидеров, которых президент США Барак Обама уведомил о новости до того, как сообщить о ней по телевидению. Кремль ответил на это заявлением, в котором подчеркнул, что Россия также непосредственно сталкивалась с террористической деятельностью Аль-Каиды, и выразил готовность укреплять международное сотрудничество в области борьбы с терроризмом. В конце месяца Медведев с Обамой смогут обсудить конкретные вопросы взаимодействия двух стран в кулуарах саммита «Большой восьмерки» во французском Довиле.

Со смертью бин Ладена усилится давление на администрацию Обамы, которой придется ускорять разработку стратегии выхода из войны в Афганистане. (The Washington Post пишет, ссылаясь на «высокопоставленного представителя администрации», что «смерть бин Ладена означает начало эндшпиля в Афганистане».) Неотъемлемой частью этой стратегии, вероятно, будут переговоры с талибами.

Для России в Афганистане многое стоит на кону, поэтому она должна тщательно следить за развитием ситуации. Очевидно, что Москве никогда не нравилось присутствие в Афганистане значительного американского контингента. Одновременно, Кремль опасается, что поспешный вывод американских войск может привести к установлению в Кабуле радикального исламистского режима, что, в свою очередь, дестабилизирует страны Средней Азии и породит волны радикализации на южных границах России. К тому же Россию тревожит постоянный приток наркотиков из Афганистана.

Москва считает, что, согласившись на транзит в Афганистан техники и снаряжения НАТО через свое воздушное пространство, она заслужила право голоса в вопросе о будущем Афганистана. Поэтому почти наверняка в Довиле также будет обсуждаться та роль, которую Россия могла бы сыграть в «достижении урегулирования путем переговоров» в Афганистане.

Тайная операция, в результате которой был убит бин Ладен, без сомнения, станет главным достижением директора ЦРУ Леона Панетты (Leon Panetta). Почти все в Вашингтоне считают двухлетнее пребывание Панетты во главе управления в целом успешным, хотя в основном его успехи ограничились повышением морального духа личного состава ЦРУ и упрощением обмена разведывательной информацией между различными службами безопасности. Критики Панетты на это могли бы возразить, что он провалил реформу управления, которая должна была позволить разведке лучше справляться с новыми угрозами безопасности страны. Но кто сейчас будет слушать критиков?

Кроме того, критиковать деятельность Панетты в качестве директора ЦРУ уже поздно. Президент Обама решил, что он должен сменить Роберта Гейтса (Robert Gates) на посту министра обороны, и – с учетом последних новостей – можно не сомневаться в том, что Сенат утвердит это решение.

На первый взгляд, Россия может не обращать внимания на этот кадровый ход. Хотя в вопросах национальной безопасности Панетта обладает ограниченным опытом, он способный чиновник, хорошо разбирающийся в вашингтонской политике. Что еще важнее, Панетта хорошо разбирается в бюджетных вопросах, и президент Обама хочет, чтобы он провел через Конгресс масштабное сокращение военных расходов (на 400 миллиардов долларов за 12 лет), которое Обама включил в свой план по борьбе с бюджетным дефицитом.

Кончено любое сокращение американских военных расходов Россия будет только приветствовать, однако она еще может пожалеть об уходе Гейтса. Гейтс – республиканец, входивший в администрацию Джорджа Буша-младшего, и он больше двух лет «прикрывал» Обамы по вопросам национальной безопасности, налаживая взаимодействие с республиканцами в Конгрессе. Без него администрация не смогла бы «продать» сенаторам новый договор о СНВ. Есть все основания полагать, что изрядная часть сенатских республиканцев поддержала договор только благодаря личным заверениям Гейтса в том, что он соответствует национальным интересам США.

Панетта, будучи уважаемой фигурой, все-таки не пользуется таким доверием у республиканцев с Капитолийского холма. Встав у руля Пентагона, он не сможет оказать Обаме помощь, если надо будет провести через Сенат еще одно соглашение с Россией о контроле над вооружениями.

Москве также следует не упускать из виду усиление сторонников либерального интервенционизма во внешнеполитической команде Обамы. Американские СМИ неоднократно сообщали о том, что решение президента присоединиться к военной операции в Ливии активно лоббировали госсекретарь Хиллари Клинтон, представитель США при ООН Сьюзан Райс (Susan Rice) и сотрудник Совета национальной безопасности Саманта Пауэр (Samantha Power). Они убедили Обаму в том, что США обязаны вмешаться, чтобы предотвратить гуманитарную катастрофу в Бенгази. Стоит отметить, что Обама принял это решение, несмотря на возражения вице-президента Джо Байдена и Гейтса, считающихся сторонниками «реализма» во внешней политике.

Если Обама будет переизбран – что выглядит все более вероятным – и Клинтон уйдет в отставку в 2012 году, как она обещала, Райс будет естественной кандидатурой на пост госсекретаря, а у Пауэр появятся серьезные шансы перебраться в кресло Райс в ООН. В этом случае военные вмешательства во имя смутных моральных императивов могут стать для администрации Обамы новым образом действий.

Тогда новое похолодание в американо-российских отношениях, вызванное этой «основанной на ценностях» политикой, станет исключительно вопросом времени.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.