Для встречи Нового, 30-го года 60-летнего цикла по лунному календарю, в пригородах американского Лос-Анджелеса организованы праздничные мероприятия: народные гуляния, праздничное веселье, театрализованные представления, всего и не перечислить.

 

В штате Калифорния, где число этнических китайцев превышает один миллион, празднования Нового года по Восточному календарю всегда проходили с  размахом. Рано утром в первый день наступившего года из магазинчиков в китайских кварталах оглушительно звучат гонги и барабаны. Львы в разноцветных атласных попонах, конечно же, уже здесь, они лихо отбивают такт в унисон со звонкими ритмичными ударами барабанов, выступая вперед, чтобы задорно поздравить с наступлением Нового года. И если владелец лавки не всучит им пухлый красный конверт, выступление грозит затянуться надолго. Улицы тонут в одобрительном гуле и аплодисментах прохожих. Подобные сцены и настроения словно переносят их участников в эпоху фильма «Однажды в Китае».

 

Эмигранты крепко придерживаются сохранения обрядов в их исконной форме, и этнические китайцы, встречая традиционный Новый год на чужбине, следуют некоторым древним обычаям.

 

Американские китайцы, отмечая Праздник Весны, невольно поддерживают историческую память о предках. Например, танец льва: в США существуют множество китайских команд, исполняющих этот традиционный танец, однако едва ли не все они носят название «Пробудившийся лев», а во время выступлений специальный человек высоко держит полотнище с названием родного города каждой из команд. В далеких краях вот уже более ста лет, новый год ли это, свадебное торжество, удачный запуск бизнеса или праздничное шествие, все проходит шумно и весело, совсем как в родных местах, и ярким напоминанием о Китае из бесконечных грез служат два этих иероглифа – «Пробудившийся лев». 

 

В течение последних трех десятков лет по мере мирного развития Китая и взлета его экономики, гордость, достоинство и чувство собственной значимости постепенно стали привычным ощущением зарубежных китайцев. Так, празднование американскими китайцами Нового года по лунному календарю привлекает все большее внимание других национальных меньшинств, превращаясь в общий веселый праздник. Сегодня у китайского Нового года на Западном побережье США есть уже более чем 130-летняя марка – команда парада Золотого Дракона в Чайна-тауне Лос-Анджелеса.  Группы, играющие на европейских ударных и духовых инструментах, уже давно нередкие гости новогодних торжеств, среди детей в традиционных круглых шапочках и алых национальных костюмах не только дети иммигрантов. 

 

Америка – страна иммигрантов и одной ее отличительной чертой является именно разнообразие праздников, но по скорости распространения традиций через ряд национальностей на другие этнические группы нет равных китайскому Новому году, подобное явление происходит в истории впервые. Повышение статуса Китая на международной арене, увеличение доли эмигрантов из стран Азии, уважение, заработанное успехами китайцев на интеллектуальной ниве, несомненно, все это стало источником растущей привлекательности китайского Нового года.

 

Несколько дней назад в историческом городке Пасадена в округе Лос-Анджелеса я поинтересовался у нескольких участников новогодних гуляний, почему после всего обилия праздников еще остаются силы на китайский Праздник Весны? «Праздники приносят радость, а ее никогда не бывает слишком много», — поделился американец средних лет. А вот что ответила его дочь, школьница в китайском традиционном уборе: «Мне хочется узнать, под знаком какого животного пройдет этот год».

 

Слова отца и дочери не могли не напомнить мне высказывание моего университетского преподавателя: привлекательность иностранной литературы заключается в ее способности донести до читателя всю ценность мировой культуры, в том, что она дает возможность взглянуть на мир с новой для этого народа стороны. В сущности, не имеет значения, китайцы отмечают западные праздники или иностранцы встречают Новый год по восточному календарю, всех одинаково восхищает культура других стран, вместе со стремлением к праздничному веселью и атмосфере, люди ищут то, чего нет в родной традиции. В глазах маленького иностранца Новый год по лунному календарю означает смену животного-покровителя года, что же тогда значит этот праздник для взрослого, умудренного опытом человека? По отношению к каждому народу, обладающему культурным самосознанием, похоже, что истинное значение возврата к национальным праздникам и демонстрации своих обычаев миру состоит в том, чтобы познакомить людей с традиционными праздниками, сделать их одним из полюбившихся занятий.

 

Я убежден, что иностранцев, принимающих участие в торжествах по поводу китайского Нового года и понимающих наши традиции будет все больше и больше!