Макао – Один из самых знаменитых гангстеров Макао сейчас, вероятно, чувствует себя Рип ван Винклем (персонаж новеллы Вашингтона Ирвинга, проспавший 20 лет, - прим. перев.).

Когда 57-летний Вань Кхуок-кхей (Wan Kuok-koi), более известный как «Сломанный зуб», вышел 1 декабря из тюрьмы, проведя за решеткой почти 14 лет, он оказался в совершенно другом городе. На улицах больше не пылают автомобили, зато новые шоссе заполнены машинами «бентли» с двойными макао-китайскими номерами. Сонной и провинциальной колониальной заводи больше нет – ее сменила одна из мировых игорных столиц, выручка казино которой более чем в пять раз превышает выручку казино Лас-Вегаса. Чуть больше, чем за десятилетие, Макао успокоился, стал намного чище и невероятно разбогател. На этом фоне бывший главарь «14K» – самой большой и грозной «триады» Макао – уже два месяца, прошедшие с тех пор, как он вышел на свободы, предпочитает держаться тихо. Пообещав, что он «ни в коем случае» не будет нарушать спокойствие в Макао, «Сломанный зуб», по-видимому, решил скрыться. Местные СМИ сообщают, что, по слухам, он на несколько месяцев уехал в Таиланд или в Гонконг, и что этого потребовали от него китайские власти.

А в 1998 году, за месяц до ареста, Вань заявил: «Тому, кто плохо со мной поступит, не будет спасения. Я его не убью. Я заставлю его совершить путешествие в другой мир». Теперь он говорит, что просто хочет стать законопослушным гражданином, и что месть он оставил в прошлом. «Я не хочу нарушать стабильность Макао и ни в коем случае не буду этого делать. Я хочу, чтобы меня оставили в покое», - скромно сообщил Вань гонконгской англоязычной газете South China Morning Post.

Читайте также: Китай - точно такая же автократия с серьезными экономическими проблемами, как и Россия

Подобное поведение совсем не похоже на его былое фанфаронство, зато вполне соответствует духу времени. В 1998 году Вань был королем преступного мира Макао. Это был бурный период перед концом колониального владычества Португалии. Подобно Багси Сигелу в Лос-Анджелесе 1940-х годов «Сломанный зуб» славился жестокостью, безжалостностью и амбициями, доходящими до мании величия. Свое прозвище он заработал в молодости, повредив зубы в автокатастрофе (позднее он поставил на них коронки). За время его карьеры в «триаде» его дважды ранили пулями и один раз – мясницким ножом, после чего два пальца на его руке остались навсегда парализованными. В 1990-х он ездил на пурпурном «ламборджини» и хвастался, что однажды проиграл больше миллиона долларов за раз. В интервью, данном в 1998 году Newsweek, он заявил, что в его триаде состоят 10 000 человек. Когда его арестовывали за гангстерское ростовщичество и отмывание денег, он, по слухам, смотрел свой автобиографический фильм «Казино» (не имеет отношения к одноименному фильму Роберта де Ниро), воспевающий его уголовные подвиги.

Годы перед передачей Макао Китаю были отмечены ростом насилия. Банды сражались друг с другом, надеясь получить после ухода португальцев как можно большую долю пирога. Пик столкновений, унесший жизни 42 человек, пришелся на 1999 год – год передачи Макао Китаю. «Триада» «Сломанного зуба» жгла машины и предположительно убила близь казино Lisboa португальского чиновника, отвечавшего за контроль над игорными заведениями. В принадлежавшем Ваню диско-клубе Heavy Club с потолка свешивался облаченный в полицейскую форму манекен с петлей на шее.

Макао в Китае: осколок европейской культуры на "Жемчужной" реке


Также по теме: Российские прокуроры выигрывают в деле о казино

При Португалии, неохотно занимавшейся делами колоний, в городе царила сонная атмосфера. С экономикой тоже не все было в порядке – сочетание бандитского насилия и азиатского финансового кризиса заставили внутренний валовой продукт Макао сократиться за 1998 год на 6,8%. Португалия, в 1970-х годах активно занявшаяся деколонизацией, неоднократно пыталась вернуть Макао Китаю, однако до 1999 года Пекин отказывался принимать суверенитет над городом. На момент передачи ключевую роль в экономике Макао играла текстильная индустрия, а сравнительно небольшой игорный сектор целиком контролировался Стэнли Хо (Stanley Ho). Этот человек, которого в Макао считают своего рода плутоватым и эксцентричным патриархом – чем-то средним между Говардом Хьюзом (Howard Hughes) и Дональдом Трампом (Donald Trump), - по слухам, получил стартовый капитал, чтобы начать собственный бизнес, в награду за то, что в одиночку победил пиратов, напавших на корабль его работодателя во время Второй мировой войны.

Контраст между прошлым и современностью заметнее всего на примере Lisboa – одного из самых старых и знаменитых казино в городе, принадлежащего Хо. В свое время там часто можно было встретить «Сломанного зуба». Принято считать, что Ваню принадлежала доля в VIP-зале казино, стоимость которой составляла 50 миллионов долларов. В одном из номеров гостиницы при Lisboa его и арестовали в 1998 году. Тогда казино – неряшливое строение, похожее на разноцветную луковицу, – охранял батальон полицейских с автоматами. Теперь автоматы исчезли, у казино появилась огромная блестящая пристройка в виде золотого цветка лотоса, а в его вестибюле толпятся туристы стремящиеся сфотографироваться у пряничного домика в натуральную величину. (Оборотная сторона бизнеса, впрочем, никуда не делась – в цокольном этаже под Lisboa между рестораном и фруктовым ларьком по-прежнему прохаживаются проститутки.)

Читайте также: Казино в Грузии


В 2002 году правительство Макао нарушило монополию Хо на азартные игры и открыло сектор для иностранных бизнесменов, которые получили шесть лицензий на открытие казино. В их число вошли лас-вегасский магнат Стив Уинн (Steve Wynn) и финансирующий республиканцев глава Las Vegas Sands Шелдон Адельсон (Sheldon Adelson). Хо сохраняет ключевые позиции – ему принадлежат 17 из 34 казино Макао. Пекин, стремясь укрепить экономику после поразившей Китай в 2003 году эпидемии атипичной пневмонии, также ослабил ограничения, препятствовавшие туристам из континентального Китая посещать Макао. Тем не менее, успех Макао совсем не выглядел гарантированным.

В то время перспективы города по-прежнему оставались настолько неясными, что глава крупнейшей в мире игорной компании Caesars Entertainment Corporation Гэри Лавман (Gary Loveman) решил не заниматься Макао. Позднее он называл это решение своей худшей ошибкой. В 1998 году Макао посетили 800 000 туристов из континентального Китая, а в 2011 году – уже 16 миллионовhttp://www.macauhub.com.mo/en/2012/01/11/macau-receives-28-million-visitors-in-2011/. Будучи единственной китайской территорией, на которой легально действуют казино, Макао стал неотразимо привлекательной приманкой как для нуворишей, так и для среднего класса. В 2012 году выручка игорных заведений достигла 38 миллиардов долларов. Однако едва ли не самой поразительной переменой, случившейся после передачи бывшей колонии Китаю, стал спад свирепствовавшего в ней насилия. Вернув себе суверенитет над Макао, Китай сразу же разместил в городе гарнизон из солдат Народно-освободительной армии. За год количество насильственных преступлений уменьшилось на 46%. Частично это было связано с арестом «Сломанного зуба» и с присутствием китайских военных. Однако немалую роль сыграл и тот факт, что для «триад» стало выгоднее помогать поддерживать мир.

Также по теме: В чем секрет устойчивости китайской цивилизации?


«Триады» получили свою долю, взяв под контроль индустрию «джанкетов» - то есть завоз в Макао играющих по высоким ставкам туристов и сбор долгов для казино. «Джанкеты» также позволяют состоятельным игрокам обходить ограничение на вывоз денег из Китая, составляющее 50 000 долларов в год, – клиент, фактически, платит деньги с китайской стороны границы, и получает их «в долг» в Макао, чтобы играть на них в казино. Очевидно, что эта схема также удобна для отмывания денег. Бывший глава гонконгского Бюро уголовных расследований Стив Викерс (Steve Vickers) утверждает, что не знает ни одного «китайского “джанкет-оператора”, который не был бы связан с “триадами”».

Хотя арест «Сломанного зуба» стал тяжелым ударом для его «триады» «14K», эта банда продолжает свою деятельность – как и многие прежние союзники Ваня. В августе шесть человек, предположительно имевших отношение к «триадам», напали с молотками и дубинками на Ын Мань-суна (Ng Man-sun) – одного из бывших злейших врагов «Сломанного зуба». А за неделю до выхода Ваня из тюрьмы полиция арестовала его бывшего ближайшего помощника за попытку убийства.

«Все понимают, что “триады” по-прежнему живы, - говорит португальский издатель Рикардо Пинто (Ricardo Pinto), в 1990-х годах работавший журналистом и освещавший деятельность “триад”. – Теперь они работают во многом в рамках закона, что, конечно, меняет отношение к их деятельности... Сейчас они стали больше похожи на нормальный бизнес. Они заключили мир с обществом и теперь действуют в Макао законными методами».

Всероссийский турнир по спортивному покеру


Читайте также: Деньги «русской мафии»

Это, разумеется, не означает, что они перестали совершать преступления. Согласно докладу Библиотеки конгресса о китайских преступных организациях, они продолжают играть важную роль в наркоторговле, проституции, финансовых мошенничествах, компьютерном пиратстве, гангстерском ростовщичестве и контрабанде людей по всему миру.

«“Джанкеты” разрешены, потому что они выгодны для казино, - считает профессор государственного управления в Университете Макао Билл Чхоу (Bill Chou). – Владельцев казино не интересует, как именно в их заведения будут привлекать выгодных клиентов, которые также часто оказываются бандитами из других стран и регионов». По его словам, «джанкеты» считаются более или менее легальным бизнесом, хотя в основном их все равно контролируют бандиты.

При этом вокруг игорной отрасли по-прежнему временами отмечаются насильственные преступления . В июле в одном из пятизвездочных отелей были зарезаны два игрока из континентального Китая, которые не смогли выплатить игорные долги. В том же месяце в жилом квартале забили насмерть китаянку с японским паспортом. Полиция Макао полагает, что оба эти преступления были связаны с триадами и с «джанкет-операторами». Пока убийства остаются нераскрытыми.

Для местных жителей не все изменения оказались положительными. Приток туристов и иностранных денег заставил цены на недвижимость возрасти с 2004 года больше, чем на 400%. Ухудшилась ситуация с дорожным движением и с окружающей средой. По словам горожан, правительство практически игнорирует их тревоги в погоне за стремительным экономическим ростом.

Также по теме: «Китайская модель» экономики - это миф

«Как и Китай, Макао стал одним из самых стяжательских мест в мире», - говорит социолог Хао Чжидун (Hao Zhidong), работающий в Университете Макао. Фактически, по его словам, сейчас многие тоскуют по португальскому правлению, несмотря на «Сломанного зуба» и многолетний разгул бандитизма. Люди говорят, что Макао стал слишком корыстным, излишне сфокусированным на игорном бизнесе и чересчур равнодушным к политическим требованиям горожан.

Хотя дни «Сломанного зуба» как главаря «триады», вероятно, закончились, вполне возможно, что, когда он вернется из изгнания, окажется, что сейчас ему будет не сложнее делать деньги в Макао, чем в 1990-х годах. Несмотря на то, что после ареста он потерял миллионы долларов из-за конфискации имущества, он вышел из тюрьмы, сохранив множество связей. В частности его брат Вань Кхуок-хун владеет доходным предприятием по поставке униформы для казино. Местная пресса даже сообщает, что, по слухам, бывшие союзники и соперники «Сломанного зуба» решили преподнести ему приветственный подарок на освобождение – за то, что он отложит в сторону пистолет, он получит долю в прибыльном бизнесе, связанном с «джанкетами». Таким образом, возможно, он ослабел, но от дел не отойдет.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.