Напуганный диктор в вечернем выпуске новостей на канале TVP1 предостерегает, что еще один день осады посольства России может повлечь за собой опасные последствия. Через мгновение мы видим на экране посольство и тысячи демонстрантов, требующих от Газпрома снизить цены. В следующем кадре репортеры пытаются разговаривать с демонстрантами, собравшимися у канцелярии премьера. Те требуют перекрыть российским дипломатам свет, газ и воду.

По стране катится волна многотысячных протестов, вызванных появившейся в СМИ информацией, что Польша платит за российский газ невероятные деньги. Счета за отопление разоряют домашние хозяйства и добивают польские химические заводы. В прошлом году Газпром потребовал от Польши 575 долларов за 1000 кубометров газа. Германия платит за тот же газ 379 долларов. Польша находится ближе, так что даже стоимость пересылки по газопроводу, который вице-премьер Вальдемар Павляк (Waldemar Pawlak) отдал России, должна быть ниже. Голландия и Франция, в свою очередь, платят за 1000 м³ примерно 380 долларов.

Волна общественного возмущения приобретает такие размеры, что после выпуска новостей выступает премьер Дональд Туск (Donald Tusk). Он, как обычно, обещает, что примет меры в отношении тех, кто отвечал за подписание невыгодного контракта, и что Польша попытается пересмотреть газовый договор с Россией. Это выступление еще сильнее злит граждан, потому что договор был подписан вице-премьером, и именно коалиция парламентского большинства, хвастаясь нормализацией отношений с Москвой, заключила самый неудачный в истории газовый контракт.

Читайте также: Могут ли лях и москаль любить друг друга?

Новости дня от министерства правды


Все вышеописанное — это, разумеется, political fiction. Подобные демонстрации в Польше невозможны. Такое смогли позволить себе болгары, которые тоже платили за голубое топливо Газпрома больше 500 долларов. Там протесты возмущенных огромными счетами за отопление граждан привели к отставке правительства. А поляки платят и плачут, с растущим интересом присматриваясь к рекламе складов угля. Американский сланцевый газ, который в шесть раз дешевле российского, заставил россиян снизить цену на 15%. В США 1000 м³ голубого топлива стоит в среднем 100 долларов, а в Польше со скидкой Газпрома — 790.

Церемония пуска газа на Бованенковском нефтегазоконденсатном месторождении


Почему поляки так спокойно относятся к дороговизне отопления? Ответ банально прост: у нас нет ни малейшего влияния на формирование общественного мнения. За исключением нескольких газет и ежедневников, одной теле- и одной радиостанции, все остальные СМИ занимаются формированием мнения граждан по указке властных (нередко иностранных) центров. А они с утра до вечера впрыскивают в мозг зрителей, слушателей и читателей информационный яд. Стрельба в американской школе, ураган в Тихом океане, репортаж о ребенке, больном раком: таковы основные темы новостных выпусков. Как будто в Польше работает оруэлловское министерство правды, где на журналистских должностях трудятся полицейские.

Подавляющее число граждан не знает, что у нас самые высокие цены на газ, а это отражается на стоимости жизни в стране. Журналисты не занимаются такой ерундой, ведь нельзя подвергать риску польско-российские отношения и эпатировать скандальными газовыми ценами. А экспертский блог Sześniak.pl очень кстати сообщает, что все это — расплата за поддержку оранжевой революции и раздувание некоторыми журналистами антироссийских настроений.

Польская общественность подверглась лоботомии, которую провела масштабная сеть агентов влияния. Ценовой диктат Газпрома в отношении Польши — это лишь один из этапов этой операции. Успехи агентов влияния увенчало то, что наступило после смоленской катастрофы: почти 70 процентов поляков поддались масштабной манипуляции. Чтобы распространить российскую версию катастрофы, агенты влияния вступили в борьбу не на жизнь, а на смерть.

Также по теме: Газпром дал Польше передышку

Опаснее шпионов

Как известно, агент влияния — это человек, который продвигает интересы иностранного государства в формировании общественного мнения. Это могут быть не только звезды СМИ и журналисты, в российской разведке особое значение традиционно имеют известные творческие люди, актеры, режиссеры. Среднестатистический обыватель не ассоциирует их высказывания с функциями агентов влияния. Впрочем, похоже это выглядит и с известными учеными и профессорами, чье мнение оказывается удивительным образом созвучно интересам восточного соседа. Россия тратит сейчас на финансирование агентов влияния 80% бюджета разведки, и только 20 идет на обычных шпионов.

При демократии все могут высказывать свое мнение, и даже если оно расходится с интересами государства, никого не предают остракизму. При тоталитарных или полутоталитарных режимах, как, например, в России, власть легко избавляется от агентов влияния, но классическая демократия в отношении них практически бессильна. (Даже такие страны, где власть четко постулирует государственные интересы и поощряет патриотичное поведение граждан, как в США). В Польше, как известно, об интересах государства и патриотизме говорит только внесистемная оппозиция или националисты. Чеслав Кишчак (Czesław Kiszczak), как никто другой знакомый со спецификой действий коммунистических служб безопасности и ГРУ, сказал в свое время, что агент влияния опаснее обычного шпиона. Кражу государственных тайн и технологий можно как-то пресечь и наказать, а агент влияния, разлагающий тысячи умов, подобен раковой опухоли, которая поражает здоровые ткани. Чаще всего это люди, которые пользуются значительным авторитетом и признанием в обществе. Типичный продукт агентуры влияния - система моральных гуру. (Я называю их «оральными», потому что моралью здесь и не пахнет.) Выдвижением в авторитеты много лет подряд занимаются телеканал TVN и Gazeta Wyborcza, создавшие конвейер по обработке умов соотечественников. Механизм этот выглядит как примитивная копия религиозной системы. Поскольку большинство потребителей не могут под наплывом информации сформировать собственное мнение, агенты влияния предлагают им готовые мнения авторитета. А если в напряженной ситуации отечественных тузов становится недостаточно, в ход идут заграничные. Тогда страдающие постколониальным комплексом слушатели узнают, что Збигнев Бжезинский категорически исключил теракт из возможных причин катастрофы 10 апреля 2010 года. Этого выдающегося создателя неверных политологических анализов, американца польского происхождения, никто не подозревает в служении интересам России. Одновременно появляется мнение записного полонофила — британского историка Нормана Дэвиса (Norman Davies), который внезапно оказывается экспертом по авиакатастрофам и тоже исключает вариант покушения. [...]

Читайте также: Россияне пугают экологической катастрофой, опасаясь краха Газпрома

Запоздалая самокритика

Российская агентура влияния не отличилась особой тонкостью, вырубая в СМИ версию смоленской катастрофы по образу, созданному Межгосударственным авиационным комитетом. От пьяного генерала Бласика (Andrzej Błasik), который заставил пилотов пойти на посадку под Смоленском, до бронированной березы. [...] Если российская версия трагедии будет опровергнута (что рано или поздно произойдет), агенты влияния обратятся в прах. Конечно, кто-то попытается спастись и перейдет на сторону так называемой «смоленской секты», а восточные работодатели им это простят. Я уже вижу самокритичное выступление главаря этой компании Адама М. (имеется в виду главный редактор Gazeta Wyborcza, — прим.пер.) со товарищи. Его обвинят в шпиономании, как часто делает агентура влияния в отношении тех, кто ее разоблачает. По правде говоря, мне не хочется слушать продажных агентов, которые будут рассказывать, как их обманули Путин и российские власти. Мне не хочется читать мемуары бывшего премьер-министра с рассказами о шантаже России и объяснениями, почему Газпром — преступная организация. Конечно, все это произойдет после смерти Владимира Путина. Новый Хрущев уже наверняка начал собирать документы для доклада о преступлениях путинизма.

Добыча сланцевого газа


На двух работах

Много лет назад Майкл Кауфман (Michael Kaufman), показывая мне редакцию New York Times, остановился у портретов лауреатов Пулитцеровской премии. «Знаешь, многие из них работали не только журналистами», — с горечью констатировал он. Во главе с Уолтером Дюранти (Walter Duranty), который взял интервью у Сталина и присылал прекрасные репортажи из Советского Союза. Сейчас мы все знаем, что он был советским агентом влияния, получавшим щедрое вознаграждение.

Также по теме: Чем опасна сланцевая революция

Сейчас ту же роль играет Жерар Депердье, восхищенный путинской демократией, и множество известных западных журналистов, включая наших «оральных авторитетов» и увенчанных многочисленными наградами звезд журналистики.

Российская агентура влияния произвела невероятное опустошение во многих странах Запада. Самые выдающиеся артисты и режиссеры поддерживали финансировавшееся СССР движение против войны во Вьетнаме. Прискорбно, но многие авторитетные люди считали, что будет лучше, если там воцарится коммунизм, чем несовершенная демократия. Петр Скужиньский (Piotr Skórzyński) в своей книге «Война миров» описывал, как молодые американцы в 70-х воспринимали «Архипелаг ГУЛАГ» Александра Солженицына. Один американец предложил своим дочерям-студенткам за прочтение книги 100 долларов. Девушки отказались, так как слышали от университетских товарищей, что это реакционная пропаганда. «Война миров» Скужиньского — это ужасающий образ опустошения умов, произведенного советскими инженерами душ. Поляки, будучи жителями недавней российской колонии, демонстрируют на этом фоне относительную устойчивость перед индоктринацией агентуры влияния.

Есть ли способ защититься от этой заразы? Да, о нем писал в одном из своих фельетонов Антоний Слонимский (Antoni Słonimski). Один читатель спросил, что ему думать о творчестве режиссера, которого Слонимский то хвалил, то критиковал за одно и то же. «Уважаемый читатель, вам нужно думать», — ответил писатель. И это единственный способ защитить себя от манипуляций СМИ.

Марек Круль — публицист, бывший главный редактор еженедельника Wprost.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.