Период времени в один год между провалом немецкого летнего наступления в июле 1943 года и разгромом немецкой группы армий «Центр» в июне 1944 года относится к числу тех глав Второй мировой войны, которым уделяется мало внимания. Возможно, это связано с поразительными диспропорциями, оказавшими влияние на этот период войны на Восточном фронте. Бесславному немецкому отступлению можно противопоставить славные победы Красной Армии, потери которой, несмотря на подавляющее преимущество, были в пять или даже в 10 раз больше, чем у противника.

«Красная Армия все еще продолжала воевать, используя явно неэффективные методы, но ей помогало то, что она имела возможность бросать в бой огромные массы людей и таким образом, несмотря на собственные потери, подавлять противника», –  так объясняет этот феномен историк Карл-Хайнц Фризер (Karl-Heinz Frieser). Тем не менее, в то время речь шла о «противоборстве, которое по своей интенсивности превосходило сражения Первой мировой войны».

Чудовищный накал боевых действий того периода нашел свое отражение в документах 7-й пехотной дивизии Вермахта, большая часть которых сохранилась в Военном архиве Федерального архива во Фрайбурге. Это крупное соединение, принадлежавшее к элитным частям Вермахта, после тяжелых потерь в 1942 году было вновь доукомплектовано личным составом и вооружением. После этого 7-я пехотная дивизия принимала участие в операции «Цитадель» под Курском, а затем была задействована в ходе тяжелых оборонительных боев под Орлом. После этого она продолжила отступление на запад, которое, за исключением северного участка фронта, стало основным направлением движения Вермахта.

Подбитый немецкий танк Pz VI "Tiger I"

Читайте также: Масштабная тактика «выжженной земли»

Парк грузовых автомобилей 7-й пехотной дивизии был порядком изношен, и поэтому снабжение все больше осуществлялось с использованием гужевого транспорта. Из-за непрекращавшихся боев потери среди животных были очень большими. Водители немногих остававшихся на ходу автомобилей вынуждены были проводить за рулем по 17 часов в день, сообщал дивизионный квартирмейстер. Хотя «масштабные мероприятия по эвакуации» позволяли иметь достаточное количество продовольствия, ощущалась нехватка боеприпасов, артиллерии и противотанковых вооружений.

Солдаты «страдали от недосыпания, они были обессилены, неухожены – при нехватке вооружений они должны были принимать участие в тяжелых боях», – подчеркивается в докладе. Потери среди фронтовых офицеров и опытных унтер-офицеров снижали боеспособность дивизии, чему способствовал также «сильно снизившийся уровень подготовки» немногочисленного резерва.

Чтобы иметь укомплектованные и боеспособные части, были отдан приказ предпринять «самые активные меры по поиску призывников». Но это означало, что взводы и батальоны представляли собой лишь «разношерстные подразделения», в которые входили солдаты, «почти не умевшие обращаться со своим оружием и частично вооруженные советским трофейным оружием».

Два приказа относительно положения дел в области вооружений говорят сами за себя: «Трофейные боеприпасы так же ценны, как и трофейное оружие, и поэтому с ними надо бережно обращаться», – подчеркивается в одном из приказов. В другом приказе солдат призывают к тому, чтобы они не использовали каски убитых солдат для украшения их могил. Каски, подчеркивается в приказе, являются «ценным сырьевым материалом», который следует направлять на «пункты сбора металлолома».

Также по теме: Сталинские танки шли в атаку в стиле
«камикадзе»

Гигантские потери Красной Армии


И общее положение было столь же сложным, о чем свидетельствуют некоторые факты: к концу августа 1943 года Вермахт потерял в районе Курска 170 тысяч солдат, 760 танков и 524 самолета. Потери Красной Армии в тот же период составили 1,68 миллиона солдат, 6 тысяч танков и 4 200 самолетов.

Тем не менее, в состав советских вооруженных сил к концу года входили уже 163 стрелковых и 220 танковых соединений, а численный состав увеличился до 6 миллионов человек. Несмотря на потери в районе Курска, Красная Армия, по данным разведывательного отдела Иностранные армии Востока (Fremde Heere Ost), в октябре 1943 года располагала почти 10-ю тысячами танков. Что касается самолетов, то аналитики Вермахта не обнаружили никаких «существенных сокращений их общего количества». К этому следует добавить значительные поставки по ленд-лизу из Соединенных Штатов.

Русские солдаты сопровождают немецких военнопленных


В то время как советская военная промышленность продолжала наращивать свой потенциал, немецкий рейх испытывал в этом отношении определенные сложности.  Производство вооружений было увеличено, однако никто не надеялся на то, что Германия сможет выиграть соревнование в этой области с союзниками по антигитлеровской коалиции. Вопреки «громогласным заявлениям относительно «тотальной войны», все усилия, направленные на создание ориентированной на потребности фронта системы «эксплуатации людей», оказались в той или иной мере неудачными, – отмечает историк Бернд Вегнер (Bernd Wegner) в многотомном труде под названием «Немецкий рейх и Вторая мировая война» (Das Deutsche Reich und der Zweite Weltkrieg).

Читайте также: Последний триумф Гитлера над Красной Армией

20 километров на одну дивизию

После высадки союзников на Сицилии и в ожидании вторжения во Франции многочисленные и хорошо оснащенные танковые дивизии были переведены на запад, и на самом главном фронте войны из почти 4-х миллионов (при общей численности в 6,8 миллиона человек) оставалось всего 2,6 миллиона солдат. Это означало, что одна дивизия в то время вынуждена была защищать линию фронта протяженностью около 20-ти километров, хотя численный ее состав временами не превышал уровня батальона. Для сравнения: в июле 1918 года на Западном фронте на одну дивизию приходилось не более 3,5 километров линии фронта.

Обессиленные в физическом и моральном отношении соединения Восточного фронта отступали на запад. С заметной регулярностью они вынуждены были занимать все новые, плохо подготовленные позиции, которые Красная Армия, несмотря на все недостатки в тактике, в течение короткого периода времени разрушала. Для подобного попятного движения действовали, к примеру, такие приказы: «На достигнутых линиях сопротивления следует перейти к решительным оборонительным действиям»;  «следует исходить из возможности дальнейшего перемещения на запад и новых наступлений врага».

Когда 7-я пехотная дивизия достигла, наконец, берегов Днепра, она представляла собой «всего лишь тень былого гордого блеска». В ее составе оставались обескровленные батальоны, ее статус был понижен до уровня «боевой группы», не исключалось и ее полное расформирование. Для того, чтобы получить возможность направить больше солдат на фронт, и без того малочисленные снабженческие подразделения были радикальным образом сокращены. Что касается Сталина и его генералов, то они, напротив, понимали, что теперь они в состоянии разгромить немцев.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.