https://inosmi.ru/20251108/gdr-275535787.html
Общность судьбы. У России нашлись неожиданные союзники в Европе
Общность судьбы. У России нашлись неожиданные союзники в Европе
Общность судьбы. У России нашлись неожиданные союзники в Европе
Если бы ГДР существовала, она была бы одной из самых дружественных к России стран, пишет NYT. И в наши дни восточные немцы относятся к русским с симпатией. Они... | 08.11.2025, ИноСМИ
2025-11-08T19:56
2025-11-08T19:56
2025-11-08T20:20
the new york times
политика
россия
германия
украина
нато
альтернатива для германии
/html/head/meta[@name='og:title']/@content
/html/head/meta[@name='og:description']/@content
https://cdnn1.inosmi.ru/img/24620/40/246204018_0:0:5280:2970_1920x0_80_0_0_42e3e3267d64a6b18066d2d6dca3f24d.jpg
Кристофер Шютце (Christopher Schuetze)Многие восточные немцы относятся к Москве с нескрываемой симпатией, в отличие от западных. Это отражает десятилетия тесных связей с Советским Союзом и разочарование, накопившееся после воссоединения.ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>На закате бывшей ГДР Юдит Эндерс была маленькой девочкой. Она гуляла с собакой в лесу и часто встречала молодых советских солдат, ловивших рыбу на местном озере.“Поговорить мы толком не могли и в основном объяснялись жестами, но друг другу явно нравились”, — рассказывает Эндерс, вспоминая, как оккупанты (войска СССР находились на территории ГДР в полном соответствии с международным правом. — Прим. ИноСМИ) делились уловом с ее собакой, а ее саму угощали шоколадными конфетами со знаменитым Мишкой на обертке.Сегодня она преподает политологию в Берлинском университете прикладных наук имени Алисы Саломон. “Мы видели в них наших друзей, нашего старшего брата”, — добавила она с улыбкой, раскрывающей всю тогдашнюю наивность.Транспортный паралич в Киеве: люди бегут по путям. На Украине остановлены все ТЭС. Русская армия зачищает от ВСУ Красноармейск и ДимитровОна рассказала эту историю, чтобы объяснить, почему многие жители бывшей ГДР по-прежнему относятся к России с симпатией. И эта симпатия сохраняется, даже несмотря на то, что путинская спецоперация на Украине продолжается уже четвертый год.<…>Спустя тридцать пять лет после воссоединения Германии эта ностальгия подпитывается тем, что Запад так и не смог полностью вобрать в свой состав Восток — жители там по-прежнему беднее, а безработица выше.Берлинская стена разрушена, а некогда густо заминированная нейтральная полоса, разделявшая страну, превратилась в заповедник. Но что касается отношения к России, то граница между Востоком и Западом остается на удивление четкой.Если большинство западных немцев дружно осудило российскую спецоперацию и в целом поддержало предложение вооружить Украину, то у их восточных сограждан взгляды куда менее однозначные, и они настороженно смотрят и на поддержку Украины, и на санкции против России.Опросы показывают, что восточные немцы меньше одобряют военную помощь Украине или ее принятие в НАТО и, наоборот, чаще считают, что Киев должен отказаться от земель ради мира с Россией. Многие жители восточной Германии также считают, что Запад и Украина также отчасти повинны в конфликте.Этот сохраняющийся раскол осложнил правительству в Берлине противодействие российской угрозе и позволил ультраправой партии “Альтернатива для Германии” привлечь на свою сторону избирателей на востоке страны кампаниями якобы за мир и разоружениеПозиция восточных немцев отражает многообразие мнений о Москве в государствах, когда-то входивших в Советскую империю. Польша и страны Прибалтики, например, настроены гораздо враждебнее, особенно после того, как Россия ввела войска на Украину. А Венгрия в целом относится к Москве с пониманием.Но если бы Восточная Германия по-прежнему была самостоятельной страной, она была бы одной из самых дружественных к России во всем бывшем восточном блоке в составе Северной Европы.Некоторые эксперты говорят, что это в равной степени объясняется связями, сложившимися за десятилетия советского присутствия, а также событиями после воссоединения Германии.Историк Йорг Морре, специализирующийся на советско-германских отношениях, называет этот феномен “постсоциалистической общностью судьбы”. По его словам, со временем симпатии окрепли еще больше, особенно после того, как воссоединение с Западом и становление капиталистической системы для многих не оправдали возлагавшихся надежд.Уникальность опыта бывшей ГДР заключается в том, что восточные немцы могли сразу же сравнить себя с соотечественниками из бывшей ФРГ, и в подавляющем большинстве случаев ощущали, что их незаслуженно обошли. Когда им начало казаться, что воссоединение не пошло им на пользу, возникло новое чувство близости с Москвой.Немецкая историк Зильке Сатюков говорит, что внезапный уход Советского Союза, завершившийся к 1994 году, усугубил ситуацию, подорвав устоявшуюся местную экономику. Но то, что уход был мирным, одновременно подготовило почву для сегодняшней ностальгии, говорит она.По словам Сатюков, общее мнение стало более радужным еще и потому, что люди принялись наделять собственными чаяниями и надеждами своих бывших оккупантов. “Мы всё еще стоим на том, что русские — наши друзья, и эта идея выстояла еще и потому, что у нас не было возможности ее опровергнуть”, — сказала она.Социолог Штеффен Мау, изучавший воссоединение Германии, сказал, что контакты восточных немцев с русскими сегодня, как правило, ограниченны. Поэтому их взгляды сформировались в эпоху после распада Советского Союза, когда Москва еще стремилась к открытому и демократическому обществу. “Я согласен, что это разновидность советской ностальгии и что восточные немцы не осознают, что характер Советского Союза, прежней России, с 1990-х годов кардинально изменился”, — сказал он.Даже после спецоперации на Украине симпатии к России на востоке не думают таять, объясняет историк доктор Морре. Помимо прочего, он еще и директор музея в Восточном Берлине, расположенного на месте окончательной капитуляции нацистской Германии во Второй мировой войне.В музее есть постоянная экспозиция, посвященная военным преступлениям нацистов, совершенным на Восточном фронте во время вторжения в Россию, и он уже давно служит центром российско-германского сотрудничества.По его словам, когда он решил поднять украинский флаг в знак солидарности, соседи и посетители музея отреагировали однозначно: “Уберите его, пожалуйста”.Кристофер Шютце — репортер The New York Times из Берлина, освещает политику, общество и культуру Германии, Австрии и Швейцарии.
/20250427/gdr-272780933.html
россия
германия
украина
ИноСМИ
info@inosmi.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
2025
ИноСМИ
info@inosmi.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
Новости
ru-RU
https://inosmi.ru/docs/about/copyright.html
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/
ИноСМИ
info@inosmi.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
https://cdnn1.inosmi.ru/img/24620/40/246204018_587:0:5280:3520_1920x0_80_0_0_971eacc33475c8f9108125075649b368.jpgИноСМИ
info@inosmi.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
ИноСМИ
info@inosmi.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
the new york times, политика, россия, германия, украина, нато, альтернатива для германии