Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
В случае нападения Британия не сможет себя защитить, признает Spectator. ВВС неспособны противостоять современным воздушным угрозам, катастрофически нех хватает артиллерийских орудий. Армия страны продолжает сокращаться, а каждый третий мужчина в стране признает, что не готов воевать за Британию.
Когда Киру Стармеру сказали, что обещаний увеличить военные расходы до 3% ВВП в период работы следующего состава парламента недостаточно для финансирования его программы по укреплению вооруженных сил, которая изложена в стратегическом обзоре по обороне, он обхватил голову руками и резко заявил: "Ну почему вы со мной так поступаете? Я же думал, что все учтено!"
Об этом поразительном образе лидера на грани срыва много говорили в прошедшие выходные на Мюнхенской конференции по безопасности. Об этом мне рассказали три высокопоставленных руководителя из оборонного ведомства. Уберем в сторону жалость к самому себе, и мы увидим весьма показательную картину.
Стратегический обзор по обороне был составлен бывшим министром обороны лейбористов Джорджем Робертсоном, отставным генералом сэром Ричардом Бэрронсом и советницей Джорджа Буша и Дональда Трампа Фионой Хилл. В нем был изложен десятилетний план по приведению вооруженных сил в состояние "готовности к войне". Но в финансировании на ближайшие два года неизменно должны были появиться пробелы, потому что новые деньги поступят позже. "В докладе об этом говорилось предельно ясно", — сказал высокопоставленный деятель лейбористов.
Но Стармер как будто ничего не знал об этом, когда руководство военного ведомства предупредило в ноябре министра обороны Джона Хили и премьера, что в бюджете образовалась дыра в 28 миллиардов фунтов стерлингов. Один британец в Мюнхене объявил Стармера "манекеном" и сказал: "Он живет в пузыре блаженного неведения, где ему говорят, что он очень хорош в вопросах внешней политики".
Стармер поставил цель: к апрелю 2027 года тратить на оборону 2,5% ВВП, после всеобщих выборов увеличить расходы до 3%, а затем до 3,5%. Еще полтора процента он намеревался тратить на военную инфраструктуру. В итоге должно было получиться 5% — как раз столько, сколько Дональд Трамп требует от членов НАТО.
Но военно-промышленный план, который должен был выйти в ноябре с изложением того, как будут распределены средства между тремя видами вооруженных сил, и каков будет порядок создания систем вооружений, не завершен. Генерал сэр Ник Картер, командовавший штабом обороны в период с 2018 по 2021 год, говорит, что Мюнхен стал "первым крупным европейским мероприятием, на котором мне было немного неловко от того, что я британец, так как у меня не было ощущения, что мы действуем быстро и решительно, как должны".
Уберите из бюджета силы ядерного сдерживания с "Трайдентами", на которые уходит четверть расходов министерства обороны и треть расходов из статьи закупок вооружений, и окажется, что Британия тратит на оборону всего 1,75% ВВП, то есть, примерно столько же, сколько Испания и Португалия. Соединенное Королевство близко к тому, чтобы опуститься на 21-е место в НАТО по показателю расходов на неядерные силы в процентах от ВВП. Когда-то мы были вторыми.
Японцы жалуются, что Британия не выделила средства на проект создания истребителя-невидимки, получивший название "Глобальная программа боевой авиации", над которой работают Соединенное Королевство, Япония и Италия. "Японцы думали, что проблемы будет создавать Италия, — говорит один отставной военачальник, — а теперь они называют нас призрачным союзником".
Выступая в Мюнхене, Стармер сказал: "Мы должны наращивать свою военную мощь… Что касается оборонных расходов, то нам надо действовать быстрее". Но никаких конкретных обязательств он на себя не взял. Джеймса Ландейла из "Би-Би-Си" проинформировали о том, что в 2029 году (это будет год выборов) военные расходы достигнут 3%, однако канцлер казначейства Рэйчел Ривз отказалась искать дополнительные средства.
"НАТО нужна боевая техника и войска, которые смогут действовать с первого дня конфликта", — говорит военный советник Лейбористской партии. По мнению Картера, сухопутным войскам удастся собрать не более 10 тысяч человек в составе боевых подразделений, а ВМС сможет выставить не более 10 боевых кораблей. Один эсминец Типа 45 на восемь лет застрял в порту. "Сухопутные войска не были такими малочисленными со времен Кромвеля", — говорит Картер. У королевских ВВС 140 боевых самолетов, что в 10 раз меньше, чем в годы холодной войны, и всего две эскадрильи самолетов-перехватчиков ПВО. В докладе за 2024 год говорится, что "они в настоящее время неспособны противостоять разнообразным воздушным угрозам", среди которых баллистические ракеты и беспилотники, какие Россия использует на Украине.
Контраст с европейцами начинает вызывать неловкость. К 2030 году в составе сухопутных войск будет 148 танков "Челленджер 3", однако в настоящее время у них больше штабов оперативных командований, чем артиллерийских орудий, поскольку Лондон отдал 19 гаубиц Украине, а заменил их всего 14 орудиями. В отличие от Британии, у Польши скоро будет 980 танков и 685 самоходных артиллерийских установок. Финляндия может мобилизовать 300 тысяч человек, а регулярная армия Британии и резерв в совокупности насчитывают всего 90 тысяч человек.
Бывший заместитель начальника штаба обороны маршал авиации Эдвард Стрингер в январе написал доклад для аналитического центра Policy Exchange, в котором указал на "разрыв между словом и делом", то есть, между риторикой и реальностью. "Вооруженные силы большинства стран НАТО в настоящее время заметно увеличиваются, а армия Британии продолжает сокращаться", — отметил он. Сейчас Стрингер говорит: "Это похоже на витрину роскошного универмага в Рождество. В ней выставлено множество красивых товаров, но если зайти внутрь, то мы увидим, что полки к полудню уже стоят пустые, и заполнить их нечем, так как нет производства".
Участники Мюнхенской конференции говорят, что Стармеру пришлось действовать, так как администрация Трампа обеспокоена, полагая, что Британия в ближайшие два года будет вынуждена пойти на сокращения. Один бывший министр признается: "Я говорил с двумя членами кабинета Трампа, и они по сути дела утверждают следующее: "Вы, парни, относитесь к этому несерьезно"".
Руководитель аппарата премьера Морган Максуини свою последнюю неделю пребывания на Даунинг-стрит посвятил уговорам Стармера, чтобы тот выделил больше средств на оборону. "Морган ухватился за идею о том, что американцы будут крайне встревожены, если в ближайшее время произойдет сокращение военного бюджета, — рассказал бывший министр кабинета. — По мнению Максуини, у Кира Стармера есть только один способ сохранить должность премьер-министра: стать сторонником укрепления безопасности".
Премьер-министр подвергается мощному давлению, от него требуют отменить решение Ривз. Он прекрасно понимает, что о Хили, а также о бывшем командующем особой лодочной службой и министре вооруженных сил Эле Карнсе, пять раз побывавшем в Афганистане, говорят как о его возможных преемниках. "Джон Хили, которого называют потенциальным премьер-министром и компромиссной фигурой, передаст рычаги влияния военному ведомству в критический момент, — сказал присутствовавший в Мюнхене британец. — Другие же говорят, что Хили необходимо действовать, так как на его должность претендует Эл Карнс".
Между тем, нынешний глава штаба обороны маршал авиации сэр Ричард Найтон, которого один советник называет "гением программ вооружения", а другой высокопоставленный офицер говорит о нем как о человеке, "никогда не бывавшем вблизи хотя бы одной военной операции", тянет время. На слушаниях в спецкомитете Найтон пренебрежительно отозвался о стратегическом обзоре по обороне как о "документе со стороны".
Заметно раздраженный Робертсон на это отвечает так: "Мы делали его вместе с министерством. Это правительственный доклад, и они к нему привязаны. Премьер-министр утвердил этот доклад и все содержащиеся там 62 рекомендации". Через пару недель Робертсон, Бэрронс и Хилл отправятся в министерство обороны, чтобы проверить его исполнение. Робертсон, который также является председателем комитета палаты лордов по внутренним делам и обороне, говорит: "Раз в два месяца мы будем изучать рекомендации и ход работы по реализации положений доклада. Мы будем следить за этим".
Робертсон согласен с оценкой бывшего министра обороны от партии тори Бена Уоллеса, который сказал, что армия "ослаблена". Уоллес обвиняет лейбористов в том, что они "повторяют все те дурные поступки и действия, которые я так упорно пытался предотвратить, а именно помпезные, но не обеспеченные средствами обязательства Даунинг-стрит 10 и трюки министерства финансов, такие как приостановка программы вооружений".
Недавно высокопоставленные офицеры рассказали депутатам парламента на званом обеде, что Британия окажется практически беззащитной в случае военного нападения России с севера, в районе Оркнейских или Шетландских островов. Авианосная ударная группа во главе с "Принцем Уэльским" уйдет на Крайний Север патрулировать воды вокруг Гренландии, чтобы задобрить Трампа и подать предупредительный сигнал Путину. Около двух тысяч морских пехотинцев будут отправлены в Заполярье сдерживать "российскую агрессию".
Союзники говорят, что Стармер понимает, каковы ставки. "Он признает, что существует реальная угроза стране, — говорит Робертсон. — Это факт, что нас безжалостно атакуют — кибератаки, диверсии". Однако премьер-министра также обвиняют в том, что он ослабляет силы специального назначения, потакая правозащитному лобби законом, в соответствии с которым людей из спецназа и разведчиков могут привлечь к суду спустя годы после того, как они принимали молниеносные решения на поле боя.
Бывший министр безопасности Том Тугендхат, служивший в Афганистане вместе со спецназовцами, говорит: "Похоже, правительство настроено против солдат, офицеров разведки и всех тех, кто действует в неясных условиях боевой обстановки. Американцы и прочие союзники все чаще обращаются к нам за помощью в получении специальных навыков, какими обладают спецназовцы и разведчики, а правительство сомневается в наших достоинствах". Тугендхат продолжает: "Даже европейские партнеры, как и мы связанные по рукам и ногам Европейской конвенцией по правам человека, приходят в изумление, видя, что мы не желаем использовать власть государства для поддержки тех, кого посылаем обеспечивать нашу безопасность".
Другая критика в адрес Стармера заключается в том, что он не сумел убедить общество в существовании угрозы. Недавний опрос YouGov показал, что всего 25% избирателей готовы поддержать повышение налогов с целью получения средств на увеличение военных расходов. И всего 24% поддерживают сокращение расходов на другие государственные услуги. Каждый третий молодой человек говорит, что ни в коем случае не станет сражаться за свою страну. Найтон в понедельник предпринял некую попытку в этом направлении, когда совместно с главой немецкого оборонного ведомства генералом Карстеном Бройером призвал общество признать "нравственные" доводы в пользу перевооружения.
Такие призывы звучали бы более убедительно, если бы министерство обороны навело у себя порядок. Хили достоин восхищения и вполне серьезен. Вступив в должность, он поддержал новую структуру в рамках военной реформы. Один орган разрабатывает политику, один составляет планы военных действий, а Группа национальных директоров по вооружению заказывает необходимую боевую технику и оружие, чтобы все три вида вооруженных сил могли сражаться вместе. Вместо этого оборонный инвестиционный план растворился в "обычной межведомственной перепалке", как выразился Стрингер, а руководители из военного ведомства зациклились на собственных списках пожеланий.
Стрингер объясняет это так: "Если вы спросите таксиста, на чем бы он хотел ездить, тот ответит, что на "Феррари". Но если вы директор таксопарка, вы купите партию "Шкод" или "Тойот", потому что они надежные, а запчасти дешевые. Все командующие видами вооруженных сил хотят получить "Феррари". Они очень не хотят выглядеть хуже соседей из американских ВВС и сухопутных войск". По его словам, из-за такого отношения деньги тратятся впустую на уникальные и дорогостоящие проекты безо всякой координации. "Если у тебя ресторан, ты не позволишь трем шефам покупать все, что они захотят, — продолжает Стрингер. — Потому что в итоге ты получишь фуагра и артишоки, в то время как тебе нужна картошка".
Картер и Стрингер в один голос заявляют, что Британия должна сосредоточить свои усилия на искусственном интеллекте, который будет командовать на поле боя в будущем. "Если мы это не сделаем, в нашей национальной обороноспособности появятся реальные прорехи, — говорит Картер. — Мы не можем отдать это на внешний подряд другой стране".
Если Стармер выживет как премьер и сохранит репутацию государственного деятеля в целости и сохранности, он уже не сможет отдавать процесс принятия решений на откуп министерству финансов. Если он не заставит Ривз найти деньги, тогда за голову схватятся наши вооруженные силы.
