Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Война на Ближнем Востоке укрепит альянс России и Китая, пишет BZ. Это еще больше обострит конфронтацию между Востоком и Западом. В этом случае лишь вопросом времени становится столкновение армий враждующих полушарий мира напрямую, предупреждает автор статьи.
Доминик Питцкер (Dominik Pietzcker)
Нападение США на Иран ознаменовало начало нового этапа: отход от "прокси-войн" к прямой конфронтации — с серьезными последствиями для Китая, России и Европы.
Уже военная операция России на Украине стала для Европы переломным моментом в оборонной политике. Массированный удар ВВС США по Ирану же ознаменовал завершение периода "прокси-войн".Президент Дональд Трамп демонстрирует миру, а прежде всего своему сопернику Китаю, технологические и военные возможности своей страны. Тем, кто ощущает на себе всю мощь американской военной силы, остается лишь несколько вариантов действий.
От Ирана до Украины: передний план, задний план
Не бывает войны без экономических интересов. Участие американских вооруженных сил в войне против иранских мулл на первый взгляд представляет собой военную операцию по устранению давнего противника. На протяжении десятилетий иранские власти настраивают народ против Америки, называя ее "сатаной". Риторика мулл носит параноидальный, воинственный и разрушительный характер. Тегеран никогда не ограничивался одними лишь словами.
Корпус стражей исламской революции Ирана не только финансирует террористические группировки ХАМАС и "Хезболла", йеменских повстанцев-хуситов, а также шиитские ополчения в Ираке и Сирии, но и оказывает им кадровую, логистическую и материальную поддержку. Кроме того, патологическая ненависть иранского руководства к Израилю — одна из главных причин отсутствия стабильности во всем регионе. Тот, кто постоянно угрожает другому государству уничтожением, не может быть ничем иным, как злостным и неуправляемым агрессором.
На первый взгляд, скоординированные авиаудары Соединенных Штатов и Израиля по Ирану представляют собой акцию освобождения и самозащиты. Жестокое и бесчеловечное деспотическое правление мулл стремительно уходит в прошлое, поскольку оно уже давно утратило свою легитимность из-за угнетения собственного населения.
Однако Соединенные Штаты еще ни разу не вели войну исключительно по гуманитарным соображениям. Иран имеет для США огромное экономическое и исключительное геостратегическое значение. Огромные запасы нефти и газа страны сегодня поставляются в основном в Китай. Физический доступ к природным ресурсам Ирана обеспечил бы США мощный рычаг давления на соперника, жаждущего сырья, — Китай. После того как богатую нефтью Венесуэлу насильно вырвали из сферы влияния Китая, теперь Иран рискует надолго прекратить поставки сырья в Поднебесную.
Если Соединенные Штаты добьются реальной смены режима в Иране, они вряд ли упустят возможность заполучить самый важный стратегический трофей: военный контроль над Ормузским проливом. По этому стратегически важному проливу пролегают все морские пути Аравийского полуострова. Он незаменим, прежде всего, для международных флотов танкеров. Тот, кто контролирует Ормузский пролив, управляет поставками нефти по всему миру. Почти пятая часть мирового спроса на нефть проходит через этот пролив, и большая часть грузов направляется в Китай — а куда же еще.
В случае успеха военная кампания в Иране обеспечит Соединенным Штатам значительное расширение экономических и стратегических возможностей. Прямой доступ к ценным нефтяным и газовым ресурсам весьма привлекателен с экономической точки зрения. Однако, прежде всего, новое руководство Ирана значительно укрепило бы позиции Америки во всем регионе. Сфера влияния США в Евразии стала бы еще шире, чем во времена холодной войны. Такое развитие событий, безусловно, не в интересах России и Китая, которые, как известно, поддерживают дружественные отношения с Ираном.
Изменчивый порядок
Кстати, о России. В мире, переживающем переломный момент, всегда возможны новые альянсы. Роль Москвы как надежного экспортера сырья становится все более важной в новых условиях. Удастся ли Кремлю добиться более высоких цен у своих торговых партнеров? Готов ли Китай пойти на уступки российской стороне, если другие, крайне необходимые источники сырья, окажутся на исходе?
В ситуации на Ближнем Востоке, исход которой пока неясен — в зависимости от географического положения его также называют "Западной Азией", — у России неожиданно появляются совершенно новые варианты действий. Альянс Москвы и Пекина может значительно укрепиться и еще больше обострить классическую конфронтацию между Востоком и Западом. В этом случае лишь вопрос времени, когда армии враждующих полушарий мира столкнутся напрямую, будь то в Южно-Китайском море или где-то еще на евразийском континенте. Желающие вести так называемые "войны по доверенности" по украинскому образцу постепенно заканчиваются.
Однако и сближение России и США ни в коем случае не исключено. Возможная политическая сдержанность России по отношению к Китаю была бы, однако, связана с высокой ценой, которую, в свою очередь, пришлось бы заплатить Украине в виде уступки территорий. Сближение между Москвой и Вашингтоном еще сильнее изменило бы и без того нарушенное геополитическое равновесие в пользу Америки. В таком смысле этот вариант интересен только одной стороне. Россия же могла бы извлечь из этого максимальную политическую выгоду — территориальные уступки со стороны Украины и повторное открытие европейских и американских рынков. В этом сценарии Китай оказался бы в полном отчаянии. С американской точки зрения именно в этом и заключается желанная цель.
Европа не играет никакой роли
Конечно, все это лишь гипотетические сценарии. Ни геополитические обозреватели, ни стратегические игроки — к счастью — не могут предсказывать будущее. В любом случае, принятие решений на интуитивном уровне, без учета их последствий, характерно для нового стиля международной политики в мире без правил. Последствия все равно никто не может реально оценить.
Но какой бы ни была политическая реальность на Ближнем Востоке, одно ясно уже сегодня: европейцы не будут играть в ней никакой роли или, в лучшем случае, сыграют второстепенную. В конце концов, на мировой арене нужны и зрители, которые будут аплодировать, освистывать и многословно комментировать происходящее. Мир действует, а Европа разглагольствует. Старому Свету трудно привыкнуть к этой недостойной роли. Однако она соответствует текущему уровню континента в области политики, экономики и культуры.
