Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
У Америки были все шансы быстро выиграть войну с Ираном, но она ими не воспользовалась, пишет UnHerd. По мнению автора статьи, причина — неготовность общества даже к самым незначительным боевым потерям. О том, что цели нападения на другую страну большинству американцев непонятны, он умалчивает.
В начале войны Иран готовил большой ракетный удар — уничтожить Израиль и американские объекты от Эрбиля на севере Ирака до Катара (при всем уважении, у автора статьи вряд ли были точные сведения на этот счет, — прим. ИноСМИ). В распоряжении Тегерана было около 2500 баллистических ракет весом от 15 до 26 тонн, а также множество дронов. Но американская и израильская авиация успешно эти замыслы упредила. После этого у США был наготове второй акт войны с Ираном. И с трудом верилось, что тот в итоге выйдет сухим из воды, да еще и с выгодой для себя. Как теперь, возможно, и случится.
США могли гарантировать победу даже после того, как режим пережил гибель всех своих лидеров в первую же ночь войны. Верховный лидер Хаменеи пал вместе с министром обороны, начальником штаба, главой Стражей исламской революции и другими. Затем США начали беспрепятственные бомбардировки ракетных заводов, складов ракет, пусковых установок и штабов Стражей революции в Тегеране, Мешхеде и малых городах.
Итак, первый акт закончился быстро. Что до второго, то США развернули тысячи морпехов и десантников 82-й дивизии в Катаре и на соседних базах. Но ничего не произошло. Тегеран тогда напоминал Берлин после смерти Гитлера: отряды СС остались единственной властью, еще способной вешать любого, кто хотел остановить бой, но без какого-либо плана по избежанию неминуемого разгрома. В 1945 году последние очаги СС добил вход советских войск — как американские солдаты зачистили последние нацистские гнезда в Баварии (притянутое за уши сравнение иранских властей с нацистами – дешевый пропагандистский прием, – прим. ИноСМИ).
Никто и не ждал, что американская армия двинется на Тегеран от ближайшего порта Бендер-Аббас по единственному шоссе через раскинувшиеся на 1300 км горы и пустыни, чтобы сунуться в десятимиллионный город, вышвырнуть оттуда КСИР и заставить ополчение "Басидж" со страху переодеться в гражданское. Это обернулось бы безвыходной ситуацией с массой случайных потерь среди американцев даже без организованного и упорного сопротивления.
Однако прибытие тысяч морпехов и десантников предлагало куда более реалистичный, несравненно более быстрый и, что важно, гораздо более безопасный путь к победе. И когда я, в качестве оборонного подрядчика, услышал об этой переброске (наряду с куда более разрекламированной воздушной кампанией), то решил: цель ясна и проистекает из самой географии Персидского залива. Для Пентагона это место отнюдь не терра инкогнита — залив и его вечно уязвимые танкеры не дают покоя военным уже много десятков лет.
Все, кому интересно, знают: ширина Персидского залива — от 290 км напротив Бахрейна до 56 км в Ормузском проливе. Но судоходные фарватеры гораздо у́же.
Для американских морпехов и десантников 82-й дивизии главную роль играют острова в заливе. С них реально обеспечить безопасный проход дружественных танкеров: отрезать иранские отряды с противокорабельными ракетами от островов, срывать все попытки установки мин и выявлять прочие угрозы с помощью вертолетных патрулей. В отличие от нынешней американской схемы (военный эскорт для танкеров), взятие островов решает самую суть проблемы.
Одни острова лежат ближе к Ирану, другие дальше, но все их можно отрезать от сухопутных сил. Поддержка с воздуха в избытке доступна с базы Аль-Удейд в Катаре и других точек. Сколько-нибудь крупный здесь только один остров, Кешм, — 1520 кв. км, почти вдвое больше Манхэттена (790 кв. км). Остальные куда меньше.
Для предотвращения новых ударов по мировой экономике следует обеспечить безопасность экспорта нефти и газа для всех — от Ирака и Кувейта на севере до саудовской Рас-Таннуры и Катара (Эмираты вне опасности: у них есть терминал Фуджейра в Индийском океане). Если острова превратить в базы для высокомобильных американских подразделений, те вполне могут обеспечить безопасность экспорта.
Что до прекращения иранского вывоза нефти — это уже свершившийся факт. Основной нефтяной терминал страны на острове Харк выведен из строя, а ВМС США пресекают любые попытки транспортировки танкерами.
Остановки нефтяных доходов Ирана достаточно, чтобы день ото дня ослаблять страну. Иран вступил в войну с ничтожными валютными резервами — для девяностомиллионной страны их было смехотворно мало. От традиционного экспорта правительство получало жалкие крохи твердой валюты. Торговцы коврами, фисташками, шафраном и гранатовым соком не возвращают валюту на родину, а тратят на люксовый импорт. Экономика Ирана разорена. Риал рухнул до 1,3 млн за доллар. При такой инфляции многим остаются хлеб с водой.
Китайцы поддерживают Иран политически, но сантименты им не свойственны: без оплаты они не поставят ни компоненты ракетного топлива, ни что-либо еще. Уцелевшие главари "Хезболлы", может, и сентиментальны, но их люди живут на зарплату — без денег придется искать новое место. Лидеры хуситов тоже, возможно, сентиментальны, но в йеменской нищете деньги на покупку муки им нужны позарез. <…>
Иными словами, без экспорта нефти мощь режима будет таять день ото дня.
При таком раскладе — почему они бездействуют? Почему отборные войска простаивают? Боюсь, причина в "постгероическом синдроме", то есть исторически небывалом, но ныне повсеместном отказе принимать риск потерь, пусть даже совсем малых и оправданных насущными интересами. Дело не в идеологии, а в резком падении рождаемости. Когда женщины рожали троих и более детей, одного можно было потерять на войне, но семья выживала. Теперь же мало кто рожает двоих, тем более троих. Средняя рождаемость в США — всего 1,6, это намного ниже уровня воспроизводства (2,1). А гибель ребенка на фронте ведет к пресечению рода.
Отсюда и резкое падение политической терпимости к боевым потерям. 9 ноября 2022 года президент Макрон свернул операцию "Бархан". Более 5000 французских солдат долго прикрывали огромные территории пяти бывших колоний в Сахеле, но Макрон испугался, что кто-то из них может погибнуть. <…>
Для Соединенных Штатов постгероический синдром означает следующее: если, скажем, тысяча американских военных погибнет при окончательном разгроме крайне опасных правителей Ирана, наградой для президента Трампа может стать быстрый импичмент при поддержке части республиканцев. Если это и есть причина простоя морпехов и десантников США, то пришло время обратиться к контрактникам, которым не страшны ни выборы, ни импичмент.
