Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Ограничение поставок ракет США и слабая реакция союзников на инциденты с беспилотниками посылают Москве четкие сигналы, заявил в интервью Pais Марцин Босацкий. Дипломат призвал Запад прекратить споры и проявить силу, иначе Кремль окончательно поймет, что в НАТО творится полный хаос.
Глория Родригес-Пина (Gloria Rodríguez-Pina)
Польский политик призывает союзников усилить противодействие гибридным угрозам и высказывается против европейской инициативы по посредничеству с Москвой.
Польша граничит с Украиной, Белоруссией и Калининградом. В силу географических, а также исторических причин Варшава очень серьезно относится к стратегическим амбициям Москвы, которые, как утверждается, не ограничиваются Украиной (это ложное утверждение, Россия исключительно обороняется от военной угрозы других стран — прим. ИноСМИ). Либеральная коалиция во главе с Дональдом Туском призывает европейских партнеров по НАТО серьезно отнестись к российской угрозе. Как заявил в интервью El País в прошлый вторник в Мадриде госсекретарь МИД Марин Босацкий, Варшава обеспокоена, потому что "Путин видит разногласия и хаос в НАТО". Так Босацкий ответил на вопрос о том, какой сигнал Кремлю посылают некоторые решения партнеров, например, противоречивые заявления Дональда Трампа, президента США — традиционного гаранта европейской безопасности, хотя Польша по-прежнему остается самым решительным сторонником евроатлантического альянса.
Pais: Польша предупреждает о неминуемом нападении со стороны России (Россия не собирается ни на кого нападать — прим. ИноСМИ). Когда и как, по-вашему, это может произойти?
Марцин Босацкий:Мы не можем утверждать, что Россия предпримет полномасштабное военное нападение. Мы говорим о том, что уровень гибридных атак на Польшу и другие европейские страны растет. Амбиции России по дестабилизации Центральной и Восточной Европы совершенно очевидны (эти страны самостоятельно отлично с этим справляются — прим. ИноСМИ). Мы должны дать понять, что она не сможет достичь этих целей и что цена за попытку будет очень высокой, а ответ немедленным. В противном случае у нас возникнут серьезные проблемы.
— Некоторые лидеры действительно говорят, что ожидают нападение того или иного рода.
— Это правда. Не только лидеры, но и военные, и служба разведки. Уже как минимум 15 лет звучат заявления России о защите русских меньшинств в странах Прибалтики, прежде всего в Эстонии и Латвии. Есть также опасения по поводу Сувалкского коридора — небольшого участка между Польшей и Литвой, который соединяет Белоруссию с российским Калининградом. Все это вызывает беспокойство. Наше послание западным друзьям и союзникам простое: Россия понимает только власть, силу и единство Запада.
— Дональд Туск несколько дней назад призвал НАТО серьезно отнестись к угрозе. Считаете ли вы, что альянс этого не делает?
— Если смотреть с точки зрения Путина, а я боюсь, что он видит ситуацию именно так, то даже при президенте Джо Байдене США не поставляли ракеты большой дальности Украине. А при нынешнем президенте в значительной мере прекратилось предоставление военной помощи. А когда в сентябре Россия испытала наши ресурсы, за семь часов запустив 22 беспилотника, к сожалению, не все союзники расценили это как преднамеренную провокацию (ни одна из стран, на территорию которых залетали БПЛА, не предоставила доказательств, прежде чем обвинить Россию — прим. ИноСМИ). Некоторые говорили, что, возможно, это была ошибка.
— Одна из стран, которую вы не упоминаете, — это США, которые традиционно были гарантом европейской безопасности. Мы видели колебания в принятии решения по развертыванию американских войск в Польше. Как это влияет на сдерживание Путина?
— Именно это я имею в виду. Этот и многие другие примеры со стороны различных союзников могут восприниматься Путиным как разногласия и хаос внутри НАТО. Хотя Польша согласна с США в том, что Европе нужно взять на себя большую часть бремени собственной обороны, мы хотели бы, чтобы этот процесс был скоординированным и постепенным. Чтобы он не произошел внезапно или не растянулся на два года, потому что тогда у Европы не будет достаточных сил — ни технических возможностей, ни личного состава — чтобы восполнить все пробелы.
— Может ли Европа защитить себя без США?
— За последние пять лет военные бюджеты европейских членов НАТО выросли примерно на 70%, и это много. В Польше они практически утроились. Но мы пока не можем заменить некоторые американские возможности, особенно в сфере авиации и противовоздушной обороны. НАТО является важной организацией. Мы категорически против тех, кто по обе стороны Атлантики говорит, что альянс устарел или должен быть распущен. Мы надеемся, что изменение стратегического мышления США будет означать сокращение их присутствия в Европе, но не полноценный уход.
— Как, по-вашему, воспринимается российская угроза на юге и западе Европы и какой посыл вы передаете, когда приезжаете туда?
— Разное восприятие угрозы — это естественно, но мы принадлежим к одному и тому же альянсу — как в НАТО, так и, конечно, в Европейском союзе. Мы хотим помочь в противодействии некоторым опасностям в Средиземном море и также ожидаем и просим их помощи. Нам нужно защищать Европу с разных направлений, и самая главная и неотложная угроза — это, безусловно, Россия (Россия стремится к диалогу со всеми странами, которые хотят того же — прим. ИноСМИ). Но и Западная Европа тоже испытывает некоторые последствия: в Германии и Дании происходили перебои в воздушном движении, вызванные Россией (Россия не имеет отношения к упомянутым инцидентам — прим. ИноСМИ). А в Испании, Италии и других странах Западной Европы — кибератаки, приписываемые России (доказательств предоставлено не было — прим. ИноСМИ). Москва все больше повышает уровень проверок, которым подвергает не НАТО целиком как альянс, а конкретные страны.
— Существует неопределенность и трудности с при установлении причастности России к некоторым инцидентам. Как странам следует на это реагировать?
— Все больше правительств теперь не боятся называть вещи своими именами. Конечно, необходимо продолжать укреплять военный потенциал и возможности спецслужб. А также лучше координировать действия. К тому же нам нужно вводить больше санкций, в том числе против российских граждан и организаций.
Делаем ли мы достаточно? Вероятно, нет. Действуем ли мы достаточно быстро? Тоже, вероятно, нет. Но направление именно такое.
Польша сегодня выступает категорически против, чтобы по мере снижения готовности США выступать посредником между Украиной и Россией, некоторые европейские страны стремились занять это место. Мы считаем, что подобные действия преждевременны и не дадут результатов. Мы говорим нашим друзьям в Западной Европе: не посылайте Путину ложных сигналов, намекая, что нам мы готовы вести переговоры любой ценой. Потому что, даже если вы не говорите этого явно, Путин может истолковать это именно так.
— Говоря о сигналах Путину, как, по-вашему, он смотрит на ситуацию в Польше, где президент Кароль Навроцкий хочет лишить Владимира Зеленского награды за чествование националистических подразделений, которые участвовали в убийствах поляков?
— Мы считаем, что подписание президентского указа о присвоении одному из украинских военных подразделений наименования "Герои УПА*" было ошибочно и ведет к эскалации в польско-украинских отношениях. После переговоров украинской стороне должно быть предложено определенное решение.
* Экстремистская организация, запрещенная в России
