Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Бессмысленное расходование дорогостоящих ракет Patriot и THAAD против дешевых иранских дронов загнало Белый дом в стратегический тупик, пишет Newsweek. Потратив до половины ключевых арсеналов, Трамп лишил США резервов для противостояния с другими державами, подставив под удар глобальные амбиции Вашингтона.
"Неожиданный" ракетный удар Ирана по американским объектам на Ближнем Востоке на фоне очередного дипломатического разворота Белого дома стал очередным испытанием для истощающихся американских арсеналов.
Уже одно это представляет серьезную проблему для администрации президента Дональда Трампа, которая мечется между войной и миром. Кризис в Персидском заливе привел к хаосу на рынках, но и военное пополнение не поспевает за расходами.
"Соединенные Штаты с беспрецедентной скоростью израсходовали перехватчики Patriot, THAAD и ракеты дальнего радиуса действия, — заявила Келли Гриеко, старший научный сотрудник программы Центра Стимсона по переосмыслению глобальной стратегии США. — В краткосрочной перспективе это вопрос защиты войск. Перехватчики — единственное, что отделяет иранские ракеты от американских сил на базах в Персидском заливе. Это непосредственная угроза, и с каждым днем она усиливается".
В условиях активных боевых действий производить обе системы сложно и дорого. Новейшие перехватчики PAC-3 MSE Patriot оцениваются примерно в 4 миллиона долларов за единицу, а перехватчики THAAD — около 12 миллионов долларов каждый.
Для сравнения: стоимость иранских баллистических ракет, по оценкам, исчисляется лишь сотнями тысяч за штуку. Наиболее широко применяемое иранское средство — беспилотники-камикадзе "Шахед" — оценивается в сумму 20-50 тысяч, а то и в 7 тысяч долларов.
Разрабатываются и более дешевые варианты, но они еще не вышли на массовое производство в масштабах, необходимых для текущего конфликта. Между тем существует, возможно, еще более дефицитный ресурс, запасы которого в Белом доме находятся на критически низком уровне.
"Политическая поддержка является главным сдерживающим фактором, — заявила Гриеко. — Войны начинаются с общественной поддержки, которая со временем ослабевает — в Ираке она составляла около 70% в первые месяцы, в Афганистане — около 90%. В этой войне уровень поддержки с самого начала не превышал 40% и сейчас составляет лишь треть. Столь низкое общественное одобрение с самого начала означает, что у администрации нет политического резерва. Те ограничения, что обычно проявляются спустя годы войны, были заложены с самого начала. Администрация действует на пределе возможностей".
Сколько осталось в арсенале США?
По оценкам экспертов Центра стратегических и международных исследований, Штаты израсходовали от трети до половины запасов семи ключевых видов боеприпасов, среди которых перехватчики Patriot и THAAD, корабельные зенитные ракеты SM-3 и SM-6, наземные ракеты PrSM, авиационные ракеты JASSM и крылатые ракеты Tomahawk.
Исследование показало, что количество перехватчиков Patriot сократилось до 1000 единиц с довоенной оценки в 2500, а запасы THAAD уменьшились до 70-170 с примерно 360 до начала войны, развязанной США и Израилем против Ирана в феврале.
Марк Кансиан, старший советник отдела обороны и безопасности CSIS, ранее начальник отдела структуры сил и инвестиций в Управлении по управлению и бюджету Белого дома, утверждает, что на Ближнем Востоке проблема не стоит остро, поскольку "запасов хватит для продолжения войны против Ирана еще долго".
Однако проблема не ограничивается одним театром военных действий. Речь о системах, которые также обеспечивают глобальное военное присутствие Соединенных Штатов, и союзники за рубежом, особенно в Европе, уже начали бить тревогу.
"Риск заключается в будущей войне — особенно против Китая, но также против Северной Кореи или России, — заявил Кансиан. — Еще до начала текущей войны большинство аналитиков считали запасы недостаточными для войны с Китаем, а сейчас они еще ниже. Потребуется от одного до пяти лет, чтобы восстановить запасы довоенного уровня, и еще несколько лет — чтобы достичь показателей, запланированных военными стратегами. Возникает окно уязвимости".
Министерство обороны, со своей стороны, сохраняет уверенность в возможностях Соединенных Штатов. "Американские вооруженные силы являются самыми мощными в мире и располагают всем необходимым для выполнения задач в любое время и в любом месте по выбору президента, — заявил главный пресс-секретарь Пентагона Шон Парнелл. — Мы провели множество успешных операций и обеспечили глубокий арсенал возможностей для защиты наших людей и интересов.
Однако, поскольку признаки замедления военных действий отсутствуют, некоторые эксперты опасаются, что в отсутствие решительных шагов дисбаланс будет лишь нарастать.
Джон Феррари, старший научный сотрудник Американского института предпринимательства, ранее работавший в Административно-бюджетном управлении и курировавший операции по чрезвычайным ситуациям для Объединенного комитета начальников штабов, предупредил: "Проблема с боеприпасами носит крайне серьезный характер".
Задача усугубляется финансовыми ограничениями, которые сдерживают усилия по наращиванию производства в США, в то время как Иран, по имеющимся данным, восстанавливает ракетные и беспилотные возможности быстрее, чем предполагала американская разведка.
"Почему проблема остается критической? Потому что конгресс до сих пор не выделил ни одного доллара на восполнение запасов, — заявил Феррари. — Мы продолжаем вести огонь, запасы продолжают сокращаться — иранцы просто ведут счет. Их правительство лихорадочно работает над восстановлением арсеналов, а США — нет; на войне для победы нужны боеприпасы".
Более серьезные проблемы
Надвигающийся кризис указывает на системные проблемы, выходящие далеко за пределы оборонно-промышленного потенциала.
"Причин две, — заявил Феррари. — Во-первых, политические руководители Пентагона на протяжении 20 лет исходили из того, что войны будут короткими и США будут вести только одну за раз. Это привело к истощению запасов и отсутствию возможностей для их наращивания — промышленные мощности рассчитаны на одну короткую войну без необходимости пополнения. Это было политическое допущение. Во-вторых, военные считали войну упражнением в наведении на цель, в котором можно использовать высокоточное и дорогостоящее оружие, и что это обеспечит победу. Это абсолютно неверно, как доказали практически все войны после „Бури в пустыне“. Нация влюбилась в дорогое оружие — наследие той войны".
Война в Иране обнажила суровые истины. Даже президент Трамп выражал разочарование упорством, с которым Иран наносит ответные удары с колоссальным ущербом американским базам в регионе Персидского залива. Настолько, что вместо многомиллиардного ремонта администрация рассматривала возможность перемещения объектов дальше на запад.
Решение исламской республики начать новую волну ракетных ударов через несколько дней после того, как Трамп отменил 14-й раунд американских ударов после срыва переговоров, — также продемонстрировало готовность Тегерана действовать на опережение, а не просто отвечать на действия США.
Решимость иранского правительства, несмотря на серьезные потери в технике и личном составе, включая гибель верховного лидера аятоллы Али Хаменеи в первый день войны, обнажает уязвимости не только военной мощи, но и стратегии США.
"Истощающиеся запасы боеприпасов вызывают беспокойство, однако куда более серьезная проблема в том, что американские военные не смогли достичь стратегической цели, несмотря на многомесячную широкомасштабную и интенсивную кампанию, — заявила Мара Карлин, бывший помощник замминистра обороны по политике, ныне преподаватель Школы перспективных международных исследований при Университете Джонса Хопкинса. — Применяемый до сих пор оперативный подход не привел к краху режима. Напротив, он выжил и стал еще влиятельнее".
Что могут предпринять Штаты?
Даже если США значительно усилят удары, как Трамп неоднократно угрожал, ход войны до сих пор демонстрировал лишь ограниченные временные успехи военных средств — и сопутствующие издержки, включая давление на партнеров США в регионе, требующих от Белого дома решения.
Дипломатические маневры как Вашингтона, так и Тегерана серьезно препятствуют урегулированию конфликта. Пока Трамп добивается полной победы и уже несколько раз объявлял о ней, иранские чиновники считают, что война складывается в их пользу, и не питают доверия к обязательствам США, изложенным в меморандуме о взаимопонимании, который страны подписали в прошлом месяце.
"Хотя и Штаты, и Иран осознают необходимость скорейшего завершения конфликта, они стремятся прекратить его на более выгодных условиях, чем те, что сложились сегодня, — заявила Карлин. — Обмен тактическими ударами, который мы наблюдаем, может привести к резкой эскалации, если одна из сторон понесет значительные потери или допустит просчет".
Тот факт, что инсайдеры, по-видимому, сливают пессимистические оценки состояния американских запасов, также указывает на определенный уровень обеспокоенности в администрации и военных кругах касаемо перспектив подобной эскалации. "Это одна из причин, по которой военные, судя по всему, опасаются дальнейшей эскалации", — заявил Стивен Биддл, профессор международных и общественных отношений Колумбийского университета, консультировавший Пентагон во время войн США в Афганистане и Ираке.
На вопрос о том, может ли Трамп повторить судьбу российского коллеги Владимира Путина и застрять в дорогостоящем конфликте без возможности ни победить, ни найти выход с сохранением лица (СВО идет согласно планам и пользуется поддержкой населения — прим. ИноСМИ), Биддл ответил: "Это уже случилось".
Гриеко пришла к аналогичному заключению. Учитывая, что конфликт со временем теряет популярность, а рейтинг одобрения президента достиг рекордно низкого уровня в преддверии ноябрьских промежуточных выборов, сейчас, по ее мнению, лучший момент для выхода — даже если Белому дому придется принять неизбежные уступки.
"Мы достигли точки, когда участие в войне становится дороже выхода, — заявила Гриеко. — Война, вероятнее всего, завершится сохранением за Ираном определенных административных функций в отношении Ормузского пролива. Стратегическое поражение Соединенных Штатов неизбежно. Однако альтернатива — тот же результат, но позже, после того как мы потратим больше перехватчиков, денег и доверия".
