Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Сторонники сохранения Шотландии в составе Соединенного Королевства твердят, что северянам это выгодно: на каждого из них казначейство тратит больше денег, чем на жителя Англии, пишет The Spectator. Это взрывоопасная логика, способная развалить Великобританию.
Стивен Дейсли (Stephen Daisley)
Страна — это не система финансовых трансфертов. Она может быть чем угодно: свободной федерацией разных культур, вынужденным конституционным союзом или историческим компромиссом, — но не денежной сделкой. В дебете нет истории, а в кредите — лояльности. Народы объединяют общее наследие, вера, пережитые вместе испытания и общая цель, но не целевые субсидии и бюджетные выплаты.
Противники независимости Шотландии до сих пор не способны понять эту простую истину. Спустя двенадцать лет после референдума о независимости они по-прежнему ведут предвыборную кампанию, не предлагая избирателям ничего, кроме финансовых подачек. Правительство вновь взялось за привычное дело — как это бывает ежегодно, когда публикуется отчет о государственных расходах и доходах Шотландии (Gers Day), отражающий состояние ее финансов.
В этом году, согласно данным отчета, условный дефицит сократился на 600 миллионов фунтов стерлингов по сравнению с предыдущим годом и составил 25,3 миллиарда фунтов — "ничтожные" 10,9% ВВП, что по-прежнему более чем вдвое превышает дефицит Великобритании в целом. Однако это сокращение объясняется не экономическим ростом, а повышением налогов. Шотландские националисты, как правило, игнорируют данные о дефиците — многие из них считают, что цифры сфальсифицированы Вестминстером. Исключение составляют такие годы, как нынешний, когда улучшение финансовых показателей используется как доказательство того, что независимая Шотландия сможет процветать.
К сожалению, сторонники конституционного статус-кво попали в ту же ловушку, воспринимая отчет о государственных расходах и доходах Шотландии как своего рода проверку ее готовности к независимости. Поскольку цифры неизменно демонстрируют значительный дефицит Шотландии и более высокий уровень государственных расходов на душу населения по сравнению с Англией, противники независимости регулярно обращаются к данным отчета, стремясь доказать несостоятельность идеи отделения. В итоге эти показатели стали основой их аргументации в пользу сохранения Шотландии в составе Великобритании.
В материалах, сопровождавших публикацию документа, Министерство по делам Шотландии заявило, что тот факт, что на каждого шотландца приходится в среднем на 2 720 фунтов стерлингов больше государственных расходов, чем на жителя Великобритании в целом, "наглядно демонстрирует непосредственные финансовые выгоды, которые жители Шотландии получают благодаря тому, что являются частью сильного Соединенного Королевства". Однако это утверждение неизбежно вызывает встречный вопрос: в чем же тогда заключается финансовая выгода для жителей Англии от членства в Соединенном Королевстве? В Англии есть районы не менее бедные, чем некоторые районы Глазго, Ланаркшира или Файфа. Почему на их жителей не расходуется сопоставимый объем государственных средств?
Много говорится об асимметрии государственного устройства Великобритании, однако нигде она не проявляется так явно, как в вопросе бюджетного финансирования Холируда (официальная резиденция британских королей в Эдинбурге, в переносном значении — одно из обозначений Шотландии, — прим. ИноСМИ) со стороны казначейства. Шотландцам предлагают рассматривать свое дальнейшее пребывание в составе Великобритании как финансовый проект. А англичан упрекают, когда они применяют тот же подход и задаются вопросом, действительно ли сохранение Шотландии в составе Соединенного Королевства отвечает их интересам. В первом случае это считается разумной политикой, во втором — проявлением эгоизма и отсутствия патриотизма. У меня — эгоизм, у тебя — стоицизм.
Если аргумент в пользу сохранения единства Великобритании сводится исключительно к финансовой выгоде, то что произойдет, когда этой выгоды не станет? Например, если будущий реформаторский кабинет решит уравнять государственные расходы на душу населения по всей Великобритании и перераспределить средства в пользу Йоркшира и Манчестера за счет Шотландии и Северной Ирландии. Что тогда останется от аргументов в пользу единства? С самого начала неудачного процесса передачи полномочий в конце прошлого века Вестминстер привык относиться к шотландцам скорее как к платежеспособным гостям, чем к соотечественникам. То есть как к людям, которых нужно умиротворять и задабривать, а не как к согражданам, с которыми приходится вместе переживать и годы процветания, и трудные времена.
Привлекательность подкупа шотландцев, чтобы они оставались в составе Великобритании, может быть непонятна обычному англичанину, возмущенному тем, что его налоги идут на финансирование расточительности шотландского правительства. Он вполне может сказать: "Пусть сами себя обеспечивают!" Однако в действительности политические, экономические и связанные с безопасностью издержки отделения Шотландии значительно превысят любую выгоду от перераспределения этих средств в пользу Англии.
Но какое дело до конституционных и стратегических соображений обычному избирателю? Он видит несправедливость и хочет, чтобы она прекратилась. Он видит политическую систему, которая фактически подкупает людей, чтобы они оставались британцами, и при этом безразлична к тем, кто гордится своей национальной идентичностью и не нуждается в подобных стимулах. Те, кто выступает за сохранение территориальной целостности Соединенного Королевства, если они действительно настолько верят в эту страну и в необходимость ее единства, как утверждают, должны уметь приводить аргументы в ее пользу, которые выходят за рамки простых финансовых расчетов. Страна — это не система финансовых трансфертов.
