Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Великобритания сменит политический курс последних 40 лет, заявил Энди Бернем на съезде Лейбористской партии. Премьер-министр пообещал провести реформы в социальной сфере, внести изменения в избирательную систему, а также предложил вернуться в таможенный союз ЕС, то есть отменить Брекзит.
Большое спасибо. Спасибо.
И Надя — я люблю тебя, Надя. Я так горжусь тобой, так горжусь, видя тебя на этой сцене. Спасибо.
Все вместе! С этим призывом я сегодня обращаюсь к стране. Когда мы действуем сообща, для нас нет ничего невозможного.
Сегодня мы подводим черту после десятилетий раскола. Хватит бесконечно листать ленту с сообщениями, в которых Британию поливают грязью. Мы выводим страну на новый путь.
Британия снова верит в себя. У людей снова есть надежда.
Мне очень трудно выразить словами то, что я чувствую, стоя здесь перед вами.
Для меня жизнь действительно замкнула круг, потому что именно здесь началась моя история. Мой дед водил грузовик компании Tate & Lyle по этим докам.
Моя бабушка Китти унаследовала решительность своих ирландских предков. После войны она прошла три мили из разрушенного бомбежками города, чтобы внести задаток за дом. Причем Джимми об этом даже не знал. Я бы с тобой так не поступил, Джон, — где ты там, наш канцлер казначейства!
Она внесла задаток за дом. За тот самый дом, в котором я родился. Это изменило судьбу нашей семьи.
Именно там начинали совместную жизнь мои мама и папа. Они создали крепкий союз, а затем купили собственный дом, наполнив его жизнью, любовью и смехом.
Эйлин и Рой научили меня заботиться о людях. Эту заботу сформировали ее вера, его политические убеждения и ценности великого города, в котором мы снова собрались на наш съезд.
Они привели меня к тому моменту, когда я стою сегодня перед вами.
Наша история похожа на истории множества британских семей моего поколения. Это история стремления людей из рабочего класса к лучшей жизни. Желания добиться успеха и приносить пользу другим, не лишая тех, кто идет следом, возможности подняться. И послевоенной Британии, которая помогала им в этом.
Этот дух никуда не исчез — я убедился в этом летом в Стаурбридже. Я видел, как все местное сообщество объединилось, чтобы помочь людям, чьи дома сгорели. Это доказывает: британцы не изменились. Они по-прежнему такие же замечательные люди.
Но кое-что сегодня все же иначе. Появилось ощущение, что власть действует против людей, а не вместе с ними. И прежде всего я хочу исправить именно это.
Представьте Британию, в которой люди снова чувствуют, что страна стоит за них горой. Британию для всех, независимо от того, кто мы и где родились. Нас было бы не остановить. И нас не остановят.
Я занимаю этот пост уже десять недель. Не все мои недавние предшественники могли сказать о себе такое.
Я очень тщательно обдумывал, что сказать вам сегодня. Конечно, я приехал, чтобы обратиться к вам — к нашей лейбористской семье. К другой семье, которую я так люблю.
Я здесь, чтобы сказать: спасибо, Кир, за историческую победу, которую ты нам принес. И чтобы поблагодарить весь съезд, каждого из вас за поддержку, которую вы мне оказали.
Политик во мне хочет произнести сегодня привычную напыщенную речь для партийного съезда. Но патриот во мне говорит, что сейчас нужно нечто совсем иное.
Наша страна находится совсем не там, где любой из нас хотел бы ее видеть. Привычная политика отбросила ее назад. Продолжать в том же духе нельзя. Поэтому сегодня я считаю необходимым сломать привычный шаблон.
Я буду говорить с вами по-настоящему.
Десять лет назад я ушел из Вестминстера, потому что меня возмущала его неспособность честно разобраться в том, что произошло на "Хиллсборо". Его отказ относиться ко всем частям страны одинаково и справедливо. Его капитуляция перед кризисом системы социального здравоохранения.
Так я оказался за пределами вестминстерского клуба. Когда я попросил жителей Мейкерфилда поддержать мое возвращение, это было вовсе не потому, что я так сильно соскучился по Вестминстеру. Я хотел вернуться, чтобы изменить ситуацию. Чтобы политика работала на вас.
Все видят, в каком положении находится Британия. Все понимают, что многое работает не так, как должно. Все говорят, что жизнь стала слишком дорогой. Все хотят меньше бесцельного движения по течению и больше ясности в том, куда мы идем.
Сегодня я отвечаю на этот запрос.
Надежда рождается из честности, и надежда у нас снова будет. Но сначала — честность. Нужно говорить о том, чего политики обычно избегают.
Скажу прямо: Британия давно идет по неверному пути. Деиндустриализация. Дерегулирование. Приватизация. Жесткая экономия. Брекзит.
И что мы получили? Страну, которой управляют в интересах влиятельных групп, а не общества. Страну, где власть сосредоточена в слишком немногих руках, а слишком многие территории брошены на произвол судьбы.
Я готов сделать то, на что не решались мои предшественники. Я порву с курсом последних сорока лет и выведу Британию на новый путь.
Построить новую экономику и новую политику. Вот к чему я сегодня вас призываю.
Перемены будут трудными. Так бывает всегда. Но я знаю: мы справимся. Потому что мы уже это делали.
В 1945 году у нас хватило дальновидности, чтобы вслед за войной выиграть и мир. Хватило смелости, чтобы изменить страну. Мы строили хорошие дома, создавали надежные рабочие места, обеспечивали всем доступ к здравоохранению и образованию. Мы вернули Британии надежду.
Для таких семей, как моя, мы сделали возможным стремление к лучшей жизни. Мы создавали общее благо. По крайней мере, так было до 1980-х годов.
И вдруг общее достояние, созданное нами, нашей партией для большинства, стали рассматривать как возможность нажиться для немногих.
Жилье. Водоснабжение. Энергетика. Транспорт. Социальный уход. Все раздробили и распродали.
Британские правые говорят о том, чтобы "вернуть контроль". Не позволяйте им забыть: именно они первыми его отдали.
Распродажа жизненно важных отраслей ослабила контроль над экономикой. Лишение местных советов реальных возможностей подорвало политический контроль. Брекзит ослабил контроль над иммиграцией.
Позднее в этом году мы опубликуем наш план для Британии и расскажем, как за десять лет мы сделаем так, чтобы страна снова работала на вас.
Больше контроля над основами повседневной жизни, чтобы все работало лучше. Больше власти людям и местным сообществам, чтобы они могли сами ставить перед собой цели. А все вместе это приведет к росту на благо людей в каждом уголке страны и надежде в каждом сердце.
Наш путь начинается там же, где начался мой, — в Олд-Роане, неподалеку отсюда. С жилья. С дома.
Тот дом на Кибл-драйв дал моим родителям возможность воплотить мечту о лучшей жизни для всех нас и привел нас туда, куда мы даже не могли представить.
Когда у тебя есть хороший дом, возможно все. Когда его нет, кажется, что невозможно ничего.
Дети не могут получить хороший старт в жизни. Семьи не могут сохранить физическое и психическое здоровье. Более миллиона человек находятся именно в таком положении, стоя в очередях на получение жилья. Это почти ровно столько же, сколько домов и квартир мы потеряли из общественного жилищного фонда из-за программы выкупа муниципального жилья Right to Buy в 1980-е годы.
Я не успокоюсь, пока мы не будем жить в Британии, где у каждого человека есть крыша над головой, и никто не вынужден ночевать на улице.
В первый же день на этом посту, стоя на ступенях Даунинг-стрит, я поставил неотложную задачу: сделать так, чтобы никому не приходилось спать под открытым небом. "Жилье для всех" — наша новая постоянная общенациональная политика.
Мы возвращаем правильные принципы и стандарты в основу жизни страны. Ставим заботу о людях, которой меня научили родители, в основу работы британского государства.
Следующий шаг — крупнейшая со времен послевоенного восстановления программа строительства муниципального жилья под руководством Анджелы Рэйнер.
И я специально говорю именно о муниципальном жилье, потому что нам нужно восстановить более сильный демократический контроль над нашим жилищным фондом.
Мы поможем местным советам снова строить жилье и снизим затраты, используя неосвоенные земли, находящиеся в общественной собственности. Мы реформируем Right to Buy. Никто из нынешних жильцов не потеряет право выкупить свой дом или квартиру. Но на новое жилье, которое мы построим, это право распространяться не будет, чтобы оно служило и будущим поколениям.
Мы восстановим наше общее достояние. Вернем общественный жилищный фонд к прежнему объему — не только за счет нового строительства, но и за счет мер в частном арендном секторе.
Почти в любом британском городе вы увидите множество пустующих домов. Мы дадим местным советам полномочия брать их под свой контроль и возвращать в общественный жилищный фонд.
На многих британских улицах вы увидите и сдаваемые в аренду дома в плачевном состоянии. Дома, которые вредят здоровью жильцов и портят облик целых улиц.
И что хуже всего? Зачастую они принадлежат владельцам, которые там не живут, получают деньги через систему социальных пособий, но отказываются вкладывать хоть что-нибудь в содержание своей недвижимости.
Пора положить этому конец. Владельцы, сдающие некачественное жилье, получат предписания привести его в порядок. Если они откажутся, мы существенно упростим для местных советов приобретение таких домов и при необходимости примем соответствующий закон.
Мы не разрешаем продавать продукты, которые вредят здоровью. Почему же позволяем это с жильем? Отныне не будем.
Вот что я имею в виду, когда говорю о возвращении контроля вместе с нашими местными сообществами.
Но я также хочу вернуть Британию, в которой молодые люди, только начинающие самостоятельную жизнь, могут купить собственный дом — как мои родители. Как я сам.
Им пришлось тяжелее, чем нам. Они много работают, оплачивают счета, пытаются откладывать деньги, но видят перед собой только долг по студенческому кредиту, который никак не уменьшается.
Сегодня я говорю: мы возвращаем вам надежду на собственное жилье.
Программа "Ваш первый дом" уменьшит необходимый первоначальный взнос. Она откроет путь к собственному жилью тем, у кого нет "банка папы и мамы".
И мы обещаем не забывать о своих обязательствах перед владельцами жилья на правах долгосрочной аренды.. До Рождества мы внесем давно назревший законопроект о реформе этой системы.
Миллионам таких владельцев по всей стране я даю слово: время, когда из вас выжимают каждый пенни, подходит к концу.
Именно так мы боремся с ошибочными представлениями последних сорока лет.
Мы рассматриваем жилье не только как рынок с победителями и проигравшими, но и как необходимое условие достойной жизни каждого человека.
Следующий этап нашего пути — применить тот же подход к самой базовой потребности.
Вода стала символом неудачных решений в Британии. Это отрасль, где акционеры никогда не проигрывают, а общество никогда не выигрывает. Одни выкачивают из нее легкие деньги, а людям приходится расплачиваться за сточные воды в наших морях.
Это ужасно. Я не позволю этому продолжаться.
Сегодня я могу подтвердить: Анджела Игл представит парламенту усовершенствованный законопроект о водоснабжении. Его центральным положением станет отмена введенного Маргарет Тэтчер по идеологическим причинам запрета на общественную собственность в водоснабжении.
С этого начнется десятилетний переход к совершенно иной системе.
Закон усилит общественный контроль. Мэры получат новые полномочия, позволяющие требовать от водоснабжающих компаний ответа за их работу, а компании, которые раз за разом не справляются со своими обязанностями, столкнутся с более жесткими последствиями. Мы закроем лазейки, через которые выплачиваются незаслуженные премии.
Мы будем поддерживать те частные компании, которые служат общественным интересам. Но для тех, кто этого не делает, последствия будут ясными — вплоть до возвращения контроля или перевода в общественную собственность.
Я уверен: когда люди слышат слова "общественный контроль", некоторые воспринимают это как враждебность к бизнесу. Все как раз наоборот.
Бизнесу, как и всей экономике, тоже нужны доступные и исправно работающие базовые услуги. Как недавно сказал мне один человек, не случайно в "Монополии" нельзя застроить домами поля "Водопровод" и "Электрическая компания".
Одно из главных препятствий для развития Великобритании — стоимость энергии. Британские предприятия и домохозяйства платят за нее по одним из самых высоких тарифов в Европе.
Я хочу, чтобы в течение десяти лет эти расходы сравнялись с расходами наших соседей.
Для этого необходимо реформировать неисправный энергетический рынок, чтобы он лучше служил общественным интересам.
Мы уже усиливаем контроль над ценами на электричество и развиваем собственную возобновляемую и атомную энергетику. Я попросил Миатту ускорить работу по разрыву связи между ценой электроэнергии для наших потребителей и международным рынком газа, чтобы снизить счета.
И мы будем прагматично подходить к вопросу Северного моря, прокладывая путь к будущему чистой энергетики и при этом отвечая на климатический кризис.
Но дело не только в цене. Сама система тоже должна работать лучше. Вы не поверите, сколько предпринимателей жалуются мне, что не могут начать работу, потому что не могут подключиться к электросети.
Это повышает издержки. Тормозит рост. И сдерживает Британию. Мы не добьемся необходимого экономического роста и не привлечем инвестиции из-за рубежа, если не исправим эту ситуацию.
Поэтому впервые у нас появится общенациональный энергетический план, а усиление роли мэров и местных руководителей позволит вернуть демократический контроль на местах.
Но нужно идти дальше. Сегодня я объявляю о нашем плане создания Great British Grid — нового подразделения Great British Energy. Государственной компании, которая составит конкуренцию частным операторам.
Она также снизит издержки и ускорит подключение к сетям, чтобы предприятия могли быстрее расширяться и развиваться.
Энергетика, водоснабжение, жилье — вновь под более сильным общественным контролем. Мы зависим от них, мы за них платим, и у нас снова будет возможность на них влиять.
Однако я понимаю, что люди не могут ждать перемен вечно. Им уже сейчас нужна передышка. И я намерен ее обеспечить.
Всем, кто смотрит это выступление, я могу сказать: уже в этот четверг из ваших счетов за электричество исчезнет НДС. Я не ожидал, что за это мне будут аплодировать стоя, но с удовольствием принимаю! Спасибо!
С января и на протяжении всего 2027 года поездка на автобусе в одну сторону в любой точке Англии будет стоить не более двух фунтов. Вы ведь знали, что я не смогу произнести речь на съезде, ни разу не упомянув автобусы?
Эти меры решают не все. Но я надеюсь, вы увидите в них ясный знак нашей решимости снижать ваши счета и расходы на проезд, пока вы ждете более масштабных перемен.
Мне очень хотелось бы двигаться быстрее. Но я обязан честно говорить о том, что страна может себе позволить. Я буду соблюдать наши бюджетные правила, чтобы сокращать заимствования и долг.
Подход, который я сегодня излагаю, — ответственное решение. Если мы построим новое поколение муниципального жилья, за десять лет мы сэкономим миллиарды на жилищных пособиях.
Если снизим счета за энергию, сможем лучше сдерживать инфляцию и поддерживать экономику.
Если изменим подход к помощи людям, больше людей смогут работать, а расходы на пособия сократятся.
Не за счет бездумного урезания выплат. Лейбористы никогда не должны идти таким путем.
За счет вложений в людей и их успех, помощи в достижении их целей — вместо того чтобы расплачиваться за провалы, как страна делает сейчас.
Наш план общественного контроля — это план роста. Развития людей, территорий и бизнеса.
Правда в том, что, отказавшись от общественного контроля, мы оставили людей без защиты. Именно тогда, когда и взрослеть, и стареть становилось все труднее.
Поддержку отняли и у молодых, и у пожилых. В итоге страна в огромных масштабах расплачивается за провалы.
Почти миллион молодых людей не работают и не учатся. Тысячи пожилых людей не могут выписаться из больниц, потому что для них не организован качественный уход на дому.
Мы не можем позволить себе продолжать в том же духе.
В 1945 году у нас был доклад Бевериджа. Сейчас нам нужно нечто подобное. Новый общественный договор для XXI века.
Вы знаете, что я давно стремлюсь реформировать систему социального здравоохранения. В начале 2000-х, когда я только стал депутатом, меня приводило в отчаяние то, что я видел, когда моя бабушка Китти оказалась в этой системе.
Мне было мучительно видеть, какую боль это причиняло моей маме. В доме престарелых с пальца моей бабушки сорвали и украли помолвочное кольцо. Такой уход не заслуживает даже этого названия.
А скромные накопления, которые она собирала всю жизнь, начиная с того дома, где я родился? Все ушло на его оплату.
Тогда я поклялся бороться за то, чтобы поколение моих родителей получило нечто лучшее. И вот прошло двадцать пять лет. Сегодня ситуация, пожалуй, даже хуже, чем тогда.
Какое обвинение нашему поколению политиков, включая меня самого. Нам не хватило смелости наладить такую основополагающую вещь, как забота друг о друге.
Стоит ли удивляться, что люди теряют веру в политику?
Я внимательно наблюдал за людьми, которые ухаживали за моим отцом. Они заботились о чужих родителях за нищенскую зарплату, но делали это с огромным мастерством, юмором и человечностью.
Каким-то образом удерживали от распада изношенную до предела систему.
И при этом оставались невидимыми для политического класса нашей страны.
Сегодня я хочу напрямую обратиться к работникам сферы ухода.
Для меня вы не невидимки.
Я вас вижу.
Я благодарю вас.
И прошу прощения за то, что моя профессия так долго подводила вашу.
Обещаю: прежде чем уйти с этого поста, я сделаю все, что в моих силах, чтобы изменить ваше положение.
То же самое я говорю нашим замечательным сотрудникам Национальной службы здравоохранения — NHS.
Вас мы тоже подвели.
Оставили вас под невыносимой нагрузкой.
Под угрозой профессионального выгорания.
Вам приходится реагировать на экстренные вызовы, вызванные провалами системы здравоохранения.
Лечение пациентов в коридорах стало вашей повседневностью.
Если мы продолжим в том же духе, разрушенная система социального здравоохранения сломает и NHS.
Мы не можем этого допустить. Мы никогда не должны этого допустить — мы, партия, которая создала Национальную службу здравоохранения.
По-настоящему действенное решение только одно.
Качественная служба ухода, в центре которой находятся наши граждане и которая начинает помогать им уже у них дома.
Система в лучших традициях нашей партии: каждый вносит свой вклад, и каждый защищен.
Система, где обращение за помощью бесплатно, где нет необходимости оплачивать медицинские услуги из базовой государственной пенсии.
Уход, в котором главное — люди, а не прибыль.
Который избавляет от тревоги о том, кто позаботится о тебе в старости.
Который защищает дома и сбережения людей.
И обеспечивает заслуженное признание работникам, от чьей заботы в какой-то момент жизни будет зависеть каждый из нас.
Именно такую Национальную службу ухода мы создадим.
Создадим, обязательно создадим. Спасибо.
Мы это сделаем. Мы это сделаем.
Это будет историческое решение, сопоставимое по значению с созданием самой NHS.
И совершенно необходимое для сохранения ее будущего.
NHS сможет экономить благодаря сокращению числа вызовов скорой помощи, обращений в отделения неотложной помощи и случаев, когда уязвимые люди без медицинской необходимости надолго остаются в больнице.
Мы начнем готовить почву для Национальной службы ухода уже сейчас и создадим ее в течение следующего парламентского срока.
Исследование Луизы Кейси поможет определить, как именно это сделать. Мы с Иветт постараемся добиться как можно более широкого общенационального согласия вокруг ее рекомендаций.
Служба будет полностью обеспечена финансированием — и не за счет заимствований.
Я не буду делать вид, что все это дастся легко.
Я понимаю, что могу заплатить политическую цену.
Но кто-то должен преодолеть боль и одним движением сорвать пластырь.
Именно такое лидерство я обещал, когда просил избрать меня вашим лидером. И я выполню обещание.
Но скажу честно и о другом.
В нашей предвыборной программе мы обещали сохранить "тройную гарантию" индексации пенсий без изменений на протяжении этого парламентского срока.
Я сдержу это обещание.
Я сдержу его и сделаю больше.
Благодаря этому обещанию государственная пенсия достигнет рекордного уровня.
После этого, в апреле 2030 года, мы скорректируем механизм.
Государственная пенсия продолжит ежегодно расти как минимум на величину инфляции или на 2,5% — в зависимости от того, что выше.
А в долгосрочной перспективе она будет сохранять свою стоимость относительно заработков, чтобы пенсионеры всегда получали свою долю растущего благосостояния страны.
При этом изменение позволит существенно сэкономить, и эти средства мы направим на развитие Национальной службы ухода.
Не все это понимают, но сегодня пожилым людям, живущим только на государственную пенсию или имеющим совсем небольшую прибавку к ней, приходится оплачивать уход из этого скромного дохода.
При моем плане такого больше не будет.
Сегодня я также могу подтвердить наше обязательство: в течение нынешнего парламентского срока пенсионеры с низкими доходами не должны оказаться в числе плательщиков подоходного налога.
Вот что мы предлагаем.
Государственную пенсию, которая растет каждый год.
Отсутствие платы за уход.
И качественную Национальную службу здравоохранения, которая позволит спокойно жить в преклонном возрасте.
Я намерен открыто отстаивать это предложение.
Выгодное предложение для наших пенсионеров и пожилых людей XXI века.
И я сделаю это в память о своем отце и из глубокого уважения ко всем, кто о нем заботился.
Такую же смелость нам нужно проявить и в отношении молодежи.
Именно тогда, когда в эпоху социальных сетей взрослеть стало труднее, молодых людей лишили поддержки.
В 2010-е годы службы по работе с молодежью практически упразднили.
Службы охраны психического здоровья детей сократили.
Семьи оставили в одиночку бороться за помощь детям с особыми образовательными потребностями и инвалидностью.
Множество молодых людей оказались брошены школьной системой, рассчитанной лишь на часть учеников: она слишком сосредоточена на поступлении в университет и уделяет недостаточно внимания профессионально-техническому образованию.
Стоит ли после этого удивляться росту числа получателей пособий среди старших подростков и молодых людей немногим старше двадцати?
Это не их вина. Это наша вина.
Политики не дают молодым людям необходимой поддержки, пока те взрослеют во все более сложном мире, а когда им исполняется двадцать с небольшим, начинают угрожать, что отнимут и то немногое, что у них осталось.
Разве это справедливо? Разве так строят сильное общество?
У нас есть выбор.
Либо мы вкладываемся в нашу молодежь.
Либо расплачиваемся за провалы через систему пособий.
По правде говоря, позволить себе и то и другое мы не можем.
Я выбираю вложения в молодых людей.
Мы не сможем вернуть контроль над будущим страны, если позволим стольким молодым людям бесцельно плыть ему навстречу.
Мы ждем итогового доклада по результатам исследования Алана Милберна.
Но уже сейчас я могу сказать: мы изменим и систему образования, и систему социальных пособий.
Под руководством Люси Пауэлл мы восстановим в стране систему всеобщего образования, в которой академическое и профессионально-техническое направления будут равноценны.
Качественные образовательные траектории для всех с четырнадцати лет.
И необходимая поддержка для молодых людей именно тогда, когда она им нужна.
Сорокапятидневная производственная практика в возрасте от шестнадцати до восемнадцати лет.
Профессиональное обучение на рабочем месте с восемнадцати.
И больше никаких долгих очередей за психологической и психиатрической помощью в период взросления.
Нам придется коренным образом переосмыслить систему пособий, чтобы заранее найти деньги на эти возможности.
И мы будем требовать от молодых людей пользоваться предлагаемой помощью: гарантировать поддержку после трудоустройства и не оставлять безработных терять уверенность в себе и связь с обществом.
Это другой подход к социальной поддержке.
В его основе — идея социальной защищенности.
Страна, которая вкладывается в успех людей, вместо того чтобы бросать их и затем расплачиваться за провалы, будет гораздо устойчивее к потрясениям, с которыми нам, несомненно, предстоит столкнуться в оставшуюся часть этого столетия.
И сможет лучше выполнять свои оборонные обязательства перед НАТО.
Такое же лидерство, какое мы демонстрируем внутри страны, мы проявим и на международной арене.
Я буду неизменно поддерживать Украину и противостоять угрозам, откуда бы они ни исходили.
И мы будем принципиально добиваться урегулирования между Израилем и Палестиной на основе двух государств, как это уже показал Эд Милибэнд.
Таков путь лейбористов. План для Британии, который укрепит и нашу социальную защищенность, и национальную безопасность.
Британия не станет безопаснее, если оставить молодое поколение без надежды, сидящим дома перед экранами.
Для этого нужно вернуть молодым людям надежду.
И снова добиться уверенного роста экономики.
Я знаю, что в Британии множество прекрасных компаний, которые хотят успеха нашей молодежи и готовы давать ей работу.
Мы поможем им делать это и расти вместе.
У меня есть свое представление об экономическом росте.
Все начинается с возвращения контроля над жизненно важными основами, от которых зависит, может ли нормально жить и развиваться конкретная территория.
Нужно контролировать то основополагающее, что необходимо каждому.
А затем передавать больше полномочий на места, чтобы местные сообщества сами управляли своей жизнью и определяли свою судьбу.
Так мы создадим наилучшие условия для развития бизнеса.
И позаботимся о поддержке людей, чтобы предприятия могли брать их на работу.
Я разрабатывал этот подход на протяжении десяти лет, руководя самой быстрорастущей городской агломерацией страны.
И я был невероятно горд передать полномочия новому мэру Большого Манчестера Бев Крейг.
Это как история, когда Алекс Фергюсон передал команду Дэвиду Мойесу, только наоборот. Думаю, в нашем случае это Дэвид Мойес передает команду Алексу Фергюсону.
У нас есть свое представление о росте. Мы разрабатывали его и вместе со Стивом, когда одновременно ушли из Вестминстера, и с другими мэрами, которые сегодня здесь.
И перемены видны — их чувствуешь в этом городе, правда?
Как же здорово приезжать сюда и видеть их каждый год — ведь мы возвращаемся каждый год.
Каждый год мы видим изменения. И как же приятно это наблюдать.
Мы ведь хотим такого повсюду, правда? В каждом месте, представленном сегодня в этом зале.
И именно этого я намерен добиться.
Я намерен взять то, что сделал в Манчестере, — наш план роста на благо людей — и из самого центра правительства распространить его на каждый уголок Британии.
"Даунинг-стрит, 10 — Север" будет действовать в тесной связке с Джоном и казначейством, координируя перестройку британского государства, восстановление устойчивости наших местных сообществ и возрождение промышленности в регионах.
Мы изменим систему государственных закупок, чтобы она поддерживала британский бизнес, как справедливо требуют наши профсоюзы.
А для этого придется менять культуру работы Уайтхолла.
Мэру городской агломерации Ливерпуля не должно было приходиться так упорно бороться с центральным аппаратом, чтобы добиться строительства нового парома на берегах Мерси.
И какую прекрасную работу он делает.
Ливерпуль растет быстрее британской экономики в целом.
Часто ли за нашу жизнь мы могли такое сказать? Как же замечательно иметь возможность произнести эти слова.
Территории, на которых власть прежде поставила крест, теперь доказывают ее неправоту.
Привлекают в город такие известные компании в сфере искусственного интеллекта, как Kyndryl.
Я вижу огромный потенциал для подобных успехов во всех частях Британии.
Я вижу, как наши университеты мирового уровня порождают все новые стартапы и быстрорастущие компании.
Я вижу предприятия по всей стране, которые уже вносят свой вклад и готовы делать больше.
Как сказал Гордон Браун, мы можем стать мировой страной инноваций. И он прав — можем.
Страной, которой доверяют роль мирового лидера в сфере ИИ и беспристрастного посредника.
Когда в следующем году Британия примет председательство в "Большой двадцатке", я покажу миру нашу вновь обретенную уверенность. Мы поставим искусственный интеллект в центр повестки и будем работать над новым глобальным сводом правил, который позволит использовать его преимущества, трезво оценивая риски.
Как Гордон во время финансового кризиса 2008 года, Британия снова выйдет вперед и объединит людей вокруг решений, необходимых для будущего.
Ради нашего благосостояния, но также ради нашей безопасности — и прежде всего безопасности молодежи.
Мы возглавили первую в мире промышленную революцию, начавшуюся в Мидлендсе и на севере Англии.
Почему же мы не можем возглавить следующую?
Можем.
И возглавим.
Наша страна полна стремления людей из рабочего класса к лучшей жизни.
И мы станем правительством, которое позволит этому стремлению воплотиться.
Чтобы наш план для Британии удался, нужно изменить еще одну вещь.
Нашу политику.
Вестминстер ценит возможность набрать политические очки выше решения проблем.
Вот почему столько проблем так долго остаются нерешенными.
Если мы хотим изменить Британию, нам нужно измениться самим.
Я приложу все силы, чтобы наш план для Британии получил как можно более широкую межпартийную поддержку.
Если нам это удастся, рынки и весь мир увидят ясный сигнал уверенности и стабильности в отношении будущего курса Британии.
Именно поэтому я решил сделать эту речь на съезде совсем другой.
Мы не сможем добиться успеха в глазах мира, если сохраним тот уровень политической нестабильности, который наблюдался в последнее время.
Я постоянно помню, что я седьмой премьер-министр за десять лет.
Именно поэтому я хочу, чтобы в основе нашего плана для Британии лежала новая политика.
Мы все не исполним свой общественный долг, если продолжим как прежде и откроем двери Даунинг-стрит, 10 правительству, которое раскалывает страну, получив менее 30% голосов.
В прошлые годы вы дважды голосовали в поддержку избирательной реформы.
Я вас слышу, я с вами согласен и сегодня объявляю о создании новой общенациональной комиссии по избирательной реформе.
Я приглашаю все политические партии участвовать в ее работе.
На следующие выборы мы пойдем с программным обязательством изменить избирательную систему так, чтобы каждый голос имел значение и каждый человек был услышан.
Как видите, я предлагаю более серьезную и продуманную программу будущего Британии, чем любая из тех, что людям предлагали за целое поколение.
Я понимаю, что некоторые ее положения непросты.
Я признаю, что люди, в том числе сидящие в этом зале, не со всем согласятся.
Но я убежден: именно это нам необходимо. Мелкие шаги не помогут пройти через трудные времена.
Нам нужно мыслить масштабнее и иметь смелость отстаивать свои убеждения.
Я верю, что мы можем изменить положение Британии к лучшему. Но для этого необходимо шире смотреть на стоящие перед нами задачи.
Я сделаю все возможное, чтобы найти точки соприкосновения.
Но скажу ясно.
Там, где договориться не удастся, я буду решительно бороться за то, что считаю правильным и отвечающим интересам нашей страны.
В день смерти моего отца первый министр Шотландии сказал, что я стану последним премьер-министром Соединенного Королевства.
Я вспоминаю эти слова не ради сочувствия.
И не для того, чтобы критиковать Джона Суинни. Не думаю, что в тот момент он знал о случившемся.
Да и мой отец Рой первым встал бы на защиту его права сказать это.
Я рассказываю об этом, потому что хочу, чтобы вы знали, что я тогда почувствовал.
Непоколебимую решимость доказать, что он ошибается.
При всех своих недостатках эта страна дала моему отцу хорошую жизнь.
А его сыновьям — возможности, которых у него самого не было.
Он это понимал и был за это благодарен.
И очень гордился тем, как мы с Ником и Джоном этими возможностями воспользовались.
Если бы только он смог в полной мере пережить тот момент, когда наша семья оказалась на Даунинг-стрит.
Сын человека, который не сдал отборочный экзамен для одиннадцатилетних, стал премьер-министром.
Отец прекрасно понимал бы, что значит сам факт, что такое в нашей стране вообще возможно.
Он и сам мог бы учиться в университете. Но времена были другими, и такой возможности у него не было.
Зато он неизменно ходил на выборы и преданно голосовал за лейбористские правительства, которые изменили образование так, чтобы его сыновья могли поступить в университет.
Соединенное Королевство, которое олицетворял мой отец, — именно та страна, в которую я верю.
Союз наций, подаривший миру профсоюзы и кооперативное движение.
Национальную службу здравоохранения.
Страна, которая противостояла фашизму.
Страна солидарности, а не разделения.
Вот какую Британию олицетворял мой отец.
Британия несовершенна. Она может стать лучше, и мы сделаем ее лучше.
Но она по-прежнему воплощает нечто, что стоит сохранить и за что стоит бороться.
И перед лицом меняющегося мира мы всегда будем сильнее вместе, чем порознь.
Поэтому я использую этот пост, чтобы построить Британию, которую хотел видеть мой отец, — и всеми силами буду бороться за сохранение ее единства.
Я стану не последним премьер-министром Соединенного Королевства.
Я стану первым, кто перестроит его так, чтобы оно работало на всех людей и все территории.
Передаст власть из Уайтхолла в каждый уголок Уэльса, Шотландии, Северной Ирландии и Англии и сократит разрывы между людьми и территориями.
Первым премьер-министром, который порвет с привычной политикой.
Я верю, что план, изложенный мной сегодня, не просто сохранит наше единство — он позволит нам снова подняться.
Позволит Британии снова подняться.
И мы вновь станем Британией, уверенной в своем месте в мире.
С 2016 года мир кардинально изменился.
И, в духе сегодняшней речи, мы должны быть честными.
Брекзит не дал нам контроля.
Мы утратили часть контроля над собственной экономикой: десятилетие слабого роста ослабило наши позиции.
И мы утратили часть контроля над иммиграцией.
В своей основе этот спор — о справедливости.
Поэтому я понимаю возмущение тем, что происходит в Ла-Манше.
Шабана проделала прекрасную работу, начав возвращать нам контроль над системой.
Число прибывающих на малых лодках сократилось на 40% по сравнению с прошлым годом и на 50% по сравнению с началом 2020-х.
Миграционный прирост снизился более чем на 80% относительно пика времен Бориса Джонсона.
Мы проводим эти изменения, но всегда будем благодарны — всегда, и мы говорим им спасибо — тем, кто приехал сюда и вносит свой вклад в жизнь нашей страны.
Спасибо им.
Но контроль над иммиграцией ослаб, когда мы утратили сотрудничество с европейскими партнерами.
И нам до сих пор приходится прилагать большие усилия, чтобы его восстановить.
Позднее в этом году состоится саммит Великобритании и ЕС. Одним из вопросов повестки станет то, как нам лучше сотрудничать в сфере иммиграции.
Кроме того, мы будем добиваться улучшений для отраслей, сильнее всего пострадавших от Брекзита.
Это важные конкретные шаги.
Но их недостаточно.
Я говорю это и вам, и всей стране.
Мы не сможем дать Британии ясный путь на оставшуюся часть столетия, пока не определимся с долгосрочными отношениями с тем, что по-прежнему остается нашим крупнейшим рынком.
Я не могу честно сказать вам, что нынешнее положение нас устраивает.
Брекзит принес больше вреда, чем пользы.
Нам нужно вернуть Британии более высокие темпы роста и благосостояния.
Поэтому в связи с предстоящим саммитом я воспользуюсь возможностью изложить вам и всей стране свое видение разных вариантов долгосрочных отношений Британии с нашими европейскими партнерами.
И варианты действительно есть.
Я постараюсь понять, можем ли мы прийти к согласию по одному из них — такому, который даст нам ясность относительно нашего места и будущего континента, на котором мы живем.
Что ж, я ведь предупреждал, что эта речь будет другой?
Но я думаю, что нынешний момент в истории нашей страны этого требует.
1945 год.
1964 год.
1997 год.
И сегодняшний день.
Во все эти моменты к власти приходили лейбористские правительства.
И во все эти моменты Британия вновь обретала надежду.
Когда в свой первый рабочий день я шел по Даунинг-стрит, я обещал помочь Британии разорвать порочный круг.
Выбраться из колеи, в которой мы застряли.
Снова поверить в себя.
Я обращаюсь ко всем, кто смотрит меня дома.
Вы можете не соглашаться с частью сказанного мной сегодня — или даже со всем.
Но я дал вам то, чего, как вы часто говорите, не хватает в политике.
Честность, идеи и ясное направление для страны, которую все мы любим.
И теперь я хочу обратиться к вам напрямую.
Если достаточно многое из сказанного мной вам близко — поддержите этот план.
И поддержите друг друга.
Пора подвести черту.
Оставить позади десятилетие бесцельности и раскола.
Вернуть нашей стране дух единства и уверенности в хорошем.
Дать осуществиться стремлению людей из рабочего класса к лучшей жизни — стремлению, которое по-прежнему живет в каждом уголке нашей великой страны.
Все вместе!
Мы справимся.
Мы снова будем верить.
Мы снова будем надеяться.
Спасибо.
