Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Один из телеэфиров во Франции превратился в пугающе точный портрет расколотой нации, пишет BV. В студии сошлись две восходящие звезды политики, которым никогда не понять друг друга. С одной стороны — привилегированный парижский буржуа, с другой — хладнокровная студентка-философ из провинции.
Арно Флорак (Arnaud Florac)
Вчера на телеканале LCI вышла передача "Большое противостояние", посвященная беспорядкам в средних школах. Программа, как правило, сделана на очень высоком уровне: в ней выступают французы из всех слоев общества и с самыми разными взглядами, которых объединяет знание темы или, по крайней мере, причастность к ней. На этот раз в студии собрались самые разные люди: полицейский, судья, превосходный профессор Беренис Леве, мама лицеиста... и двое молодых людей, настолько непохожих друг на друга, насколько это вообще возможно. Эти двое воплощали два лагеря молодежи, которым не понять друг друга.
Слева сидел Эльван, лицейский профсоюзный активист. Он сумел занять место в СМИ за последние дни, и этим он обязан превосходной выучке в агитпропе. Эльван учится в лицее в 9-м округе Парижа, у него много подписчиков в соцсетях — об этом ему напоминает Давид Пюжадас, и в начале передачи Эльван с радостной улыбкой это признает. Обычно он носит куфию, красную или черную, на манер платков, которые некогда носили золотые мальчики из приличных семей. Он любит говорить, любит, когда его слушают, любит слушать самого себя, но еще он любит Жан-Люка Меланшона. Он, кстати, расцеловал его как родного, словно внук деда, и этот эпизод разлетелся по сети. "Красивая фотография", — замечает он и теперь.
Справа была Луиза Монтангон, студенческая профсоюзная активистка. Она тоже заявила о себе в СМИ благодаря ораторскому дару и ясности суждений. Луиза изучает философию, возглавляет бордоское отделение UNI и значилась пятой в списке "Национального объединения" на муниципальных выборах в том же Бордо. Недавно и она отличилась в эпизоде, который широко разошелся: в другой передаче она мягко, но твердо отшила Габриэля Атталя, напомнив ему о плачевных итогах его работы и сказав, что нечего глядеть на нее с этой снисходительной улыбочкой. Луиза и Эльван примерно ровесники, но по существу они уже непримиримы.
Луиза обращается к Эльвану на "вы", а он к ней на "ты"
В манере держаться это еще заметнее. Разве форма, по слову Виктора Гюго, не есть содержание, всплывшее на поверхность? Эльван очень непринужденно пользуется всеми риторическими приемами троцкистов: мудреными словами, фразами, набитыми казенными штампами. Не брезгует он, разумеется, и грубыми хлесткими репликами. Так, во время передачи он бросил полицейскому, мужественно рассказывавшему о трудностях своей работы: единственное, что тот умеет делать хорошо, — "выбивать глаза детям". Луиза же спокойна и опирается на факты, она защищает порядок и справедливость. Эльван этого не понимает. Дебаты тянутся долго, очень долго, слово получают по очереди все участники. Но зрители, без сомнения, запомнят именно этих двоих. У них есть политическое чутье, определенная телегеничность, они хорошо говорят и отважно отстаивают свои взгляды. Как говорится, два зала — две атмосферы: один — семнадцатилетний парижский буржуа, мечтающий о революции, другая — провинциальная студентка, защищающая простой здравый смысл.
Есть и последний красноречивый признак: Луиза говорит Эльвану "вы", а Эльван Луизе — "ты". Эта учтивость, которую кто-то сочтет старомодной, а кто-то очаровательной, тоже напрямую связана с формой. "Граждане" чудовищной Французской революции говорили друг другу "ты". В королевской семье "дети Франции" обращались друг к другу на "вы". Форма, еще раз, многое говорит о том, в каком мире мы хотим жить.
Противостояние — да, слово выбрано точно. С одной стороны — крайне левые, которые в очередной раз ждут "великого вечера", то есть революции, чтобы получить возможность рубить головы. С другой — патриотические правые, которые впервые за долгое время наконец поднимают голову. Эти два лагеря молодежи стоят лицом к лицу. И это только начало.
