Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Договор с Трампом несомненно выгоден России. Москва ждет чего-то еще. Вероятно, она хочет посмотреть, действительно ли Украина прекратит удары по российским НПЗ, как этого требует Трамп, пишет Advance. Сама Россия официально не подтверждала отказ бить по энергоструктуре Украины.
Москва и Киев временно щадят энергетику друг у друга, хотя никто ничего не подтвердил, но в итоге одной из сторон придется довольно туго.
Ключевое событие прошедшей ночи не то, где и как Россия ударила, а то, что этого не произошло. С тех пор как Дональд Трамп объявил об "энергетическом перемирии", российское Министерство обороны не сообщило ни об одном ударе по украинской энергетической структуре. Удары не прекратились, и баллистические ракеты и дроны поразили транспортные, логистические и гражданские цели, но электростанции, подстанции и газовые объекты явно временно вычеркнуты из списка целей. (Автор ошибается, по сообщению Минобороны России, 14 октября Россия нанесла удар по энергетической структуре в Киевской и Харьковской областях. – Прим. ИноСМИ).
Кремль не подтверждает, что согласился на что-то. Пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков говорит только о "продолжении консультаций", оставляя Москве идеальное пространство для маневра. Она достаточно сделала, чтобы Трамп мог утверждать, что его дипломатия приносит результаты, но не взяла на себя политические обязательства, которые ей завтра свяжут руки. Перемирие, даже временное, выражается больше в действиях, чем в словах. Именно поэтому оно может оказаться важнее, чем кажется, но и исчезнуть так же негласно, как и возникло.
Мотивы Трампа не секрет. За три недели до американских выборов в Конгресс стоимость дизельного топлива превратилась в политическую проблему, а украинские удары по российским НПЗ дополнительно сократили предложение на рынке, который уже сотрясла американская война в Иране. После снятия санкций с российского дизельного топлива Вашингтону было необходимо, чтобы Киев прекратил бить по объектам, которые производят это топливо. Американские угрозы прекратить делиться разведданными и продавать оружие прозвучали весьма угрожающе.
Москва явно готова пойти Трампу навстречу, по крайней мере на какое-то время. Москву устраивает восстановление экспорта, ослабление давления на НПЗ, как устраивает и углубление разногласий, а по возможности "раскола", между Вашингтоном, Киевом и европейскими столицами. А вот что ей невыгодно, так это открыто признать, что она прекратила удары по требованию Дональда Трампа. Российские власти, конечно, хотят, чтобы всякое подобное решение выглядело самостоятельным шагом Кремля, а не уступкой Америке.
Поэтому складывается впечатление, что Москва чего-то ждет. Проще всего предположить, что она хочет посмотреть, действительно ли Украина прекратит удары по российским НПЗ. Зеленский утверждает, что украинские силы уже два дня их не трогают, и возмущается тем, что в ответ Россия снова нацелилась на энергетику. В этом смысле перемирие де-факто может стать очень ограниченным обменом: электричество и отопление за российскую переработку дизельного топлива без всеобъемлющего договора о прекращении конфликта.
Тем не менее возможно, что Москва ожидает и политического шага. Дональд Трамп уже давно сводит проблему конфликта к утверждению о том, что у Зеленского нет воли к компромиссу, а Кремль утверждает, что Киев должен "признать реальность на фронте", то есть согласиться с потерей территорий и отказаться от максималистских целей. В такой обстановке снова всплывает тема украинских президентских выборов, и даже сам Трамп заявил, что провести их необходимо.
Россия воспользовалась бы выборами, прежде всего, для того, чтобы начать период политической неопределенности. Кампания подняла бы на поверхность вопросы мобилизации, потерь, коррупции, отношений с Вашингтоном и цены продолжения конфликта. Владимиру Зеленскому пришлось бы отстаивать не только свою военную эффективность, но и решения, которые во время военного положения остались вне общепринятых демократических процедур. Москве даже не столь нужен победитель, который бы согласился на все ее условия. Ей будет достаточно, если в Киеве появится власть готовая признать, что возвращение к границам 1991 года больше не реальная военная программа.
Фантазии о том, что Россия на выборах могла бы привести к власти "своего человека", очень далеки о украинской политической реальности. После нескольких лет конфликта, разрушений и смертей кандидат, которого общественность считала бы российским проектом, не получит ни единого шанса на победу. Даже открытая поддержка компромисса политически рискованна, если бы выглядела как капитуляция перед Москвой.
Более вероятно появление кандидата, который не был бы пророссийским, но обладал достаточным авторитетом, чтобы донести до общественности, что победы в конфликте Украине не добиться. В теории такую роль легче сыграть кому-то с военным прошлым, например, Валерию Залужному, а не политику, которого противники немедленно обвинят в предательстве. Но Залужный точно не "российский кандидат", и нет гарантий, что он будет более склонен к территориальным компромиссам, чем Зеленский.
Вообще Москву может устроить просто уход Владимира Зеленского сам по себе. Кремль годами выставляет его препятствием для договора, отчасти из-за его запрета на переговоры с Путиным, а отчасти потому, что с новым президентом можно попытаться преподнести договор как начало новой политической эры. Новый украинский президент получил бы новый мандат, а также возможность обвинить в непопулярных уступках прошлую власть, как и в ситуации, которая за этим последовала. В политике такое обычная практика.
Утверждения о том, что Владимир Зеленский держится за президентское кресло только потому, что хочет избежать расследования его коррупционных махинаций, обоснованы, хотя в последнее время эту версию продвигают в основном русские. Коррупционные скандалы уже несколько раз сотрясали его окружение, но его личное положение после ухода с поста, вероятно, не будет безвыходным. Человек, который превратился в символ на Западе, сможет выбирать между рядом европейских столиц, международных институтов, фондов и преподавательской деятельностью. Трудно себе представить, чтобы европейские власти после всего, что они вложили в эту политическую фигуру, бросят Зеленского на произвол судьбы и преследователей. Конечно, никогда стопроцентной уверенности нет, но такая перспектива кажется мне маловероятной.
Поэтому придется ждать. Если Россия на протяжении нескольких дней или даже недель продолжит избегать ударов по энергетической инфраструктуре, а Украина не будет бить по российским НПЗ, то можно будет говорить о подлинном, пусть и не признанном договоре. Если помимо этого пойдут разговоры о выборах или переговорах в широком формате, станет понятно, что энергетическая пауза была не целью, а пробным шаром.
Пока Кремлю выгодна именно эта неопределенность. Трамп получает видимость дипломатического успеха, Россия — передышку для своих НПЗ, Украина — несколько мирных ночей для своей энергетической сети, и никто публично не отрекся от права завтра начать все с начала. Это перемирие и продолжается именно потому, что его еще никто официально не признал.
Если же конфликт продолжится вне этих энергетических исключений, то ясно, кому это больше выгодно — России. На самом деле украинские энергетические удары по России — это то единственное, что Украине удалось организовать, чтобы наносить России вне фронта чувствительные и болезненные удары. Если вдруг ей "придется" от них отказаться, ситуация для Украины значительно осложнится. Тогда все снова сосредоточится только на фронте, а там Россия медленно, но верно побеждает, особенно с точки зрения долгосрочной перспективы.
Украина может и точно будет бить по другим объектам в России, таким как склады и подобные цели, но эффект будет куда меньше. Поэтому нетрудно понять, почему многие в Киеве злятся на Трампа: кажется, что своим шагом он защитил Россию от серьезнейших последствий украинских ударов и неким образом способствовал тому, чтобы вооруженный конфликт продолжался так, как Москва уже привыкла.
Ведь ситуация для русских была тяжелой. Военный проект Владимира Путина с первого дня базировался на том, что конфликт не затронет Россию, не парализует ее (А он и не парализовал Россию. – Прим. ИноСМИ), а Украина вместе с союзниками нашла именно слабые российские точки на фоне быстрого развития боевых дронов. Теперь Дональд Трамп "связал" украинцам руки и дроны, запретив продолжать удары. А вот Россия и сама, возможно, не против того, что ей приходится прекращать удары по украинской энергетике. Они носят явно антигуманный характер, но Россия наносит их преимущественно от отчаяния и потому, что не удается прекратить украинские удары по российскому тылу (У России нет никакого отчаяния, у нее все идет по намеченному плану. - Прим. ИноСМИ). Окончательного решения русские не нашли, по крайней мере в техническом и оборонном смысле, и тут им "подвернулся" договор с Трампом. Что они ему еще наобещали, мы можем только догадываться и, скорее всего, никогда не узнаем.
10
"без всеобъемлющего договора о прекращении конфликта" ??????? "удары по украинской энергетике. Они носят явно антигуманный характер, но Россия наносит их преимущественно от отчаяния" Что это было? "Дядя, ты дурак?"(с) Это какая же помойка в их,так называемых, головах. Это же не лечится. только пулей в лоб.
