Военное кладбище Ля-Кам, Нормандия — Легендарный танкист-эсэсовец уничтожил 138 танков и 132 противотанковых орудия. Облаченный в черную форму Михаэль Виттман (Michael Wittman) был звездой гитлеровской пропаганды. Но, несмотря на это, ветераны союзнических войск продолжают возлагать на его могилу цветы. «Верденс Ганг» ознакомился поближе с мифами, опутывающими личность «черного барона» и его драматическую смерть в Нормандии.


От немецкого военного кладбища веет серостью и обреченностью. Здесь лежат проигравшие, десятки тысяч тех, кто отдал свои жизни во имя Гитлера, его безумных расовых теорий и дикой мечты о мировом господстве.


«Буквально дня не проходит, чтобы на могилу Михаэля Виттмана не возлагали цветы ветераны из Германии, Англии и США. Пожалуй, он — самый известный из покоящихся здесь немецких солдат», — рассказывает Клэр Лесур (Claire Lesourd), историк и гид по военным памятникам в Нормандии.


Виттман погиб 8 августа 1944 года к югу от местечка Кан, где его «Тигр» был подбит прямым попаданием из английского «Шермана».


Мифы о Виттмане


Фигура танкиста-аса и любимца нацистской пропаганды Михаэля Виттмана овеяна легендами. Он считался живым воплощением безумной гитлеровской теории о превосходстве арийской расы. Словно святой Георгий, побеждающий змия, Виттман разил противника одного за другим из своего сияющего «Тигра». Само его прозвище «Черный барон» — ответ бронетанковых войск герою «Люфтваффе» Первой мировой войны Манфреду фон Рихтхофену (Manfred von Richthofen), которого называли «Красным бароном».


В 1944 году во время боя у Виллер-Бокажа в Нормандии легендарный ас уничтожил 14 британских танков из Седьмой бронетанковой дивизии, доведя свои личный счет до 138 подбитых танков союзников.


Многие военные историки, однако, полагают, что нацистская пропаганда сильно преувеличивала подвиги Виттмана.


«Фундамент его славы заложил еще пропагандистский аппарат нацистов в годы войны, — рассказывает подполковник Палле Идстебё (Palle Ydstebø), преподаватель стратегии при Штабной школе вооруженных сил Норвегии. — После войны, уже в 1950-х и 1960-х, хорошо организованные ветераны немецких войск попытались было создать положительный образ „Ваффен СС" в поп-культуре, „отмывшись" от военных преступлений. Они утверждали, будто просто исполняли свой долг, а всякую ответственность перекладывали на политическое крыло СС».


Поэтому когда СССР в годы холодной войны снова превратился во врага, в очередной раз обратились к немецким офицерам, имевшим опыт войны с Красной армией. Расистский образ русского и миф о немецком превосходстве, таким образом, получили новую жизнь. Истинная картина начала приоткрываться публике лишь с открытием советских архивов в 1980-х и 1990-х, объясняет Идстебё.


Лбом на врага


Но ведь Виттман, несмотря ни на что был, что называется, танкистом от бога?


«Безусловно, это так. Он отлично владел тактическими приемами, имел превосходную инженерную подготовку, и хорошо разбирался в сильных и слабых сторонах танка. Начинал он еще водителем самоходной артиллерийской установки StuG, и поэтому на рефлекторном уровне научился всегда разворачиваться к противнику лбом, где у танка самая толстая броня: у StuG башня не вращалась», — объясняет подполковник.


«Этому принципу он остался верен и на „Тигре". А поскольку броня „Тигра" была практически непробиваемой, Виттман дырявил танки соперника один за другим. В довершение всего у „Тигра" с его 88-миллиметровой пушкой была лучше оптика и выше дальность стрельбы», — рассказывает Идстебё.

© Deutsches Bundesarchiv
Танк «Тигр» на Восточном фронте, 1943 год

К 1944 году положение выровнялось. 76-миллиметровые пушки союзнических «Шерманов» лобовую броню «Тигров» пробивали уже без проблем. К тому же Нормандия мало походит на бескрайние степи Украины, и выехать на одной дальности стрельбы уже не получалось.


Тактический промах


«Атака, в которой погиб Виттман, была тактически безнадежна. Немецкие танкисты привыкли чувствовать себя неуязвимыми на Восточном фронте. Отряд Виттмана не провел разведку и не прикрыл фланги. Британцы же, напротив, все сделали правильно: заняли фланговую позицию относительно оси возможного нападения напротив стратегической высоты Сент-Эньян-де-Крамениль», — говорит Идстебё.


Да и известнейшая победа Виттмана в бою при Виллер-Бокаже, одержанная 12 июня, была отнюдь не без изъяна.


6 июня союзники высадились в Нормандии. Виттман со своей ротой оказался перед лицом превосходящих сил противника. 12 июня он прибыл в район Байё недалеко от Виллер-Бокажа.


Всего за несколько часов Виттман подбивает множество британских танков из Седьмой танковой дивизии, вынуждая противника отступать. За свои подвиги Виттман получает звание гауптштурмфюрера СС (капитан) и еще одну награду в свою коллекцию и летит на аудиенцию к фюреру в его идиллическую альпийскую резиденцию в Бергхофе.


Дерзость города берет


«Эта невероятно успешная контратака была проведена в полном соответствии с немецкой фронтовой доктриной: используй все возможности, спонтанно открывающиеся в разгар битвы. Англичане оказались застигнуты врасплох: в их военной школе такое считалось полным и потому совершенно немыслимым безрассудством. Со стороны немцев атака и вправду была опрометчивой. Когда командующий идет в наступление в одиночку, вместо того чтобы несколько минут выждать, тщательно согласовать все действия и двинуться вперед всей ротой, — это нелепость. Ведь последствия для передового края британских войск могли бы оказаться еще более разрушительными», — размышляет подполковник.


Восточный фронт


Звезда Виттмана взошла на Восточном фронте в 1941 году, когда Гитлер бросил свои армии на восток, чтобы разгромить красную империю Сталина, сокрушить «жидо-большевицкий заговор» против арийской расы и завоевать жизненное пространство, или «лебенсраум», для германской нации. До этого Виттман успел принять участие не только в польской кампании в 1939 году, но и в наступлении на Югославию и Грецию в 1941, где ловко управлялся со своей САУ StuG III.


На первом этапе операции «Барбаросса» Виттман снова сел за StuG III и за свою тактическую смекалку 12 июля получил Железный крест из рук самого Йозефа Дитриха (Josef Dietrich), командующего элитной Первой танковой дивизией «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер».


Фашист-гуманист


В бою за высоту 65.5, где Виттман подбил целых шесть мощных Т-34, он проявил качество, на Восточном фронте редчайшее, — сострадание. Он спас троих советских танкистов, когда те выползали из горящего танка, и приказал своему экипажу потушить огонь простынями (так в тексте — прим. ред.). Когда Дитрих спросил Виттмана, есть ли у него какие-нибудь особые пожелания, тот якобы ответил, что хотел бы, чтобы советским танкистам оказали лучшую медицинскую помощь.


Пропаганда или нет, но первоисточник мифов о Виттмане, из-за которых ветераны Антигитлеровской коалиции до сих пор возлагают цветы на его могилу в Нормандии, следует искать именно в таких историях (источник: фронтовые отчеты СС, приводимые Дж. Л. Симпсоном и Патриком Агте в биографии Виттмана).


В Юнкерской школе


В 1942 Виттман был отозван обратно в Германию. Он отправляется на учебу в Юнкерскую школу, чтобы стать офицером. Там он обучается на новейшем чудо-танке немцев — «Тигре», он же Panzerkampfwagen VI Ausf. H/E.


В апреле 1943 года унтерштурмфюрер СС Виттман возвращается на Восточный фронт на новехоньком «Тигре» уже в качестве командующего взводом.


В ходе крупнейшего в истории танкового сражения на Курской дуге (операция «Цитадель», июль 1943 года), Гитлер бросил в бой все имеющиеся танковые части в надежде взять Курск, выправить линию фронта и нанести советским войскам решающее поражение. Но Курск оказался хорошо защищен, и немцы завязли. Виттман же отстрелялся блестяще: его «Тигр» подбил 30 советских танков и 28 противотанковых орудий.


Всего же за три года он превратил в груду металла 119 советских танков. За это Виттмана снова вызвал лично фюрер и вручил Железный крест с дубовыми листьями 2 февраля 1944 года. Об этом случае громогласно трубила нацистская пропаганда.


Последняя надежда


6 июня 1944 года союзники высадились в Нормандии. Немцы встретили их ожесточенным сопротивлением, однако вскоре были вынуждены отступать перед лицом технического превосходства противника, в том числе и в воздухе. В августе гитлеровские армии переходят к строго оборонительным действиям, но сопротивление продолжают. Особый страх на союзников нагоняют танковые войска, в особенности Двенадцатая танковая дивизия СС «Гитлерюгенд» под командованием Курта Мейера (Kurt Meyer). Немудрено, ведь в нее входила одна из самых смертоносных боевых групп за всю историю Второй мировой. Всего в ней было семь «Тигров», а командовал ею Михаэль Виттман.

Немецкая колонна танков во главе с Михаэлем Виттманом

Виттман воплощал «последнюю надежду» Третьего рейха перед лицом превосходящих сил, и похвал нацистская партия не жалела. Доблесть Виттмана и его подвиги благотворно сказывались на боевом духе в тылу, где бомбы рвались все ближе и ближе к немецким городам и селам.


«Худой и бледный» герой


Сам Виттман шумиху вокруг своего имени не любил. Однажды один немецкий журналист взял у него интервью после боя при Виллер-Бокаже и изобразил героя с непривычной стороны. «Михаэль Виттман отнюдь не таков, какими обычно рисуют героев. Он бледен и худ. От него веет какой-то торжественностью, словно дело, которым занимается, не приносит ему никакой радости. Даже в миг победы он остается смертельно серьезен. Вот как тяжело дается груз ответственности. Слово „герой" больше никогда не будет для меня прежним», — записал он.


Виттману предложили место танкового инструктора в тылу, но он отказался. Это решение стало для него роковым.


В июле Виттман был назначен командиром второй роты тяжелого танкового батальона СС 101, чему не был рад: он хотел полностью посвятить себя фронту, где кипели сражения, а не отсиживаться в относительной безопасности штабного танка и дирижировать боем.


Последний бой Виттмана


В начале августа британцы начали операцию «Подведение итогов», чтобы загнать немцев в «Фалезский мешок» к югу от Кана. 8 августа группе Виттмана было приказано контратаковать у деревни Синтьё и отбить высоту близ Сент-Эньян-де-Крамениль по дороге в Кан.


В наличии у Виттмана было всего восемь «Тигров» и маленький вспомогательный отряд. Фланговой поддержки ждать было неоткуда, и задание это было настоящим безрассудством. Ряд историков и военных, включая подполковника Идстебё, считают его лишним подтверждением тому, что как командир Виттман отнюдь не был тактическим гением.


Разные мнения


Что же именно произошло на шоссе в Синтьё? Об этом историки так и не пришли к согласию? Существует по меньшей мере четыре версии, но подробные отчеты из немецких архивов и свидетельства ветеранов-очевидцев говорят в пользу того, что отряд Виттмана нарвался прямиком на засаду из скрывшихся в роще «Шерманов».


Отряд потерял пять «Тигров», включая 007, которым командовал сам Виттман. Его подбил Джо Экинз (Joe Ekins) из Первого Нортгемптонширского добровольческого полка.


Свидетели


Вот как описывает события Ханс Хёфлингер (Hans Höflinger). Он в момент атаки сидел в танке 008 и сумел вырваться из засады. На часах было 12:55, вспоминает он.


«Мы ехали по шоссе, Михаэль с четырьмя другими танками — по одной полосе, а я и брат Хайнца вон Вестерхагена — по другой. Справа метров через 800 началась рощица, и мне она показалась подозрительной. Там-то все и решилось. Времени на разведку у нас не было. Спустя пару километров, я получил сообщение от Михаэля, и оно подтвердило мои худшие опасения. Раздалось лишь: „сильный противотанковый огонь справа" — и все оборвалось. Я вылез посмотреть и вижу: танки Михаэля остановились. На мои позывные он уже не отвечал. Тут в нас самих попало прямой наводкой, танк загорелся, и пришлось выбираться. Мы побежали со всех ног. Я в ужасе заметил, что всего мы потеряли пять „Тигров". У танка Михаэля снаряд угодил прямо в башню. Было сразу ясно, что никто не выжил» (источник: Патрик Агте, «Виттман»).


В «Тигре» загорелось горючее, взрывом оторвало башню и отбросило на расстояние в несколько метров.


Мифы и мистика


Немцы принялись распространять легенду, будто танк Виттмана подбили с бомбардировщика, дабы не поколебать мифа о его непобедимости. Виттмана даже долго отказывались заносить в официальные списки погибших: он так и числился «пропавшим без вести».


Виттмана и членов его экипажа похоронили в братской могиле. Ее обнаружили лишь в 1983 году, когда в немецкий союз ветеранов СС обратился француз Серж Варен (Serge Varin), единственный, кому в 1945 году удалось заснять подбитый танк Виттмана. Тогда связались с немецкой комиссией по воинским захоронениям, и могилу нашли при помощи металлоискателей. Виттмана удалось опознать по необычному протезу челюсти, который тот носил после ранения на Восточном фронте.


После этого останки Виттмана и его экипажа перезахоронили в Ля-Кам, на немецком военном кладбище в Нормандии.


Там овеянный мифами танковый ас покоится и поныне вместе с 21 тысячей товарищей. И на его могиле всегда лежат свежие цветы.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.