Турция сбивает бумажного тигра

Первые сообщения о том, что «Турция сбивает нарушивший границу российский самолет» (The Washington Post, 24.11), были вполне нейтральны по тональности, хотя авторы и издания сразу же встали на сторону Турции. Негатива в освещении конфликтной ситуации резко прибавилось после известия о том, что после экстренного заседания НАТО, созванного по инициативе Турции, генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг заявил, что союзники «солидарны с Турцией» (The New York Times, 25.11).

Большинство СМИ сообщило, разумеется, что Россия отвергла турецкие заявления о нарушении российским СУ-24 турецкой границы, а также о немедленной отмене визита в Турцию главы российского МИДа Сергея Лаврова. Многие цитировали слова Владимира Путина об этом инциденте как «ударе в спину» и о том, что уничтожение самолета «будет иметь серьезные последствия для российско-турецких отношений». Однако, даже в заголовках авторы старались сразу расставить точки над i в пользу Турции. Больше других старалась ведущая газета США — The Wall Street Journal.

«НАТО выражает солидарность с Турцией после того, как был сбит российский самолет», писал Джулиан Барнс (Julian E. Barnes) в The Wall Street Journal (25.11). И цитировал слова генсека НАТО Столтенберга: «Общим врагом должно быть ИГИЛ. А большая часть атак со стороны России до сих пор была ориентирована на цели в тех районах Сирии, где ИГИЛ нет». Автор, правда, отметил, что альянс во вторник пытался сбалансировать заявление о праве Турции на защиту своих границ с комментариями, которые могли бы разрядить ситуацию.

Холман Дженкинс (Holman W. Jenkins) начал достаточно традиционно-негативное освещение конфликта в статье «Турция сбивает бумажного тигра» обвинениями в адрес президента РФ: «Владимир Путин — не мастер стратегии, каким его пытаются представить некоторые. Он — игрок и манипулятор, чьи смелые шаги не являются доказательством способности предвидения или особой смелости, но свидетельствуют всего лишь о нездоровой внутриполитической ситуации в России» (The Wall Street Journal, 25.11).


В редакционной статье «Предостерегающий выстрел Турции» The Wall Street Journal, (25.11) не было выражено ни малейшего сомнения в действиях Турции и её президента, но было высказано предположение, что этим инцидентом «Путин, возможно, проверяет сплоченность НАТО». И, «если Россия продолжит провоцировать Турцию, а НАТО не поддержит Анкару, это покажет мнимость обязательств, изложенных в статье 5 договора НАТО».

Кто торгует нефтью «Исламского государства»?


Вместе с тем The Wall Street Journal (25.11) оказалась чуть ли не единственной из ведущих газет США, которая в статье «Сбитый Турцией российский самолет ухудшает перспективы достижения договоренности по Сирии» процитировала следующие слова Владимира Путина: «Мы давно установили факт, что большое количество нефти и нефтепродуктов попадает в Турцию с территории, захваченной „Исламским государством“, что представляет собой крупные финансовые доходы для этой группировки». Остальные СМИ, видимо, «постеснялись» рассказать об этом широкой аудитории.

Видимо, поняв оплошность (или ей указали на это), газета в последующие дни «исправлялась», извещая публику о том, что «Администрация Обамы обвинила правительство Сирии в покупке нефти у „Исламского государства“ и занесла в черный список сирийско-российского бизнесмена, Джорджа Хасвани (George Haswani), подозреваемого в содействии этим операциям» (The Wall Street Journal, 26.11).

В статье «Сирия поддерживает деловые контакты с ИГ» (The Wall Street Journal, 27.11) редакция подчеркнула: «Если Хасвани покупает нефть у „Исламского государства“, тогда Асад, по существу, финансирует террористический халифат, который якобы является его смертельным врагом. Правильнее называть „Исламское государство“ и режим Асада в Дамаске симбиотическими врагами, которые играют друг с другом для сохранения основ своей власти. США необходима стратегия, которая в конечном счете позволит победить обе эти силы».

Зачем идти на риск войны с Россией?

Помимо статей в газете The Wall Street Journal были другие публикации, более взвешенные и объективные. Так, The New York Times, (26.11) рассказала, что выживший штурман российского СУ-24 «заявил в среду, что не было никакого предупреждения до того, как ракета попала в самолет, не дав ему и пилоту времени, чтобы увернуться от неё». Газета USA Today (26.11) процитировала слова главы российского МИДа Сергея Лаврова о том, что «это выглядело как спланированная провокация».

CNN (25.11) и Los Angeles Times (26.11) сообщили, что Россия после инцидента с СУ-24 развертывает в Сирии ЗРК С-400 и отправляет дополнительную военную технику. The Christian Science Monitor (25.11) акцентировала внимание на том, что «Более года прошло с тех пор, как президент Обама объявил о создании коалиции из более чем 50 стран, нацеленной на „разрушение и в конечном счете уничтожение“ ИГИЛ, однако до сих пор не существует для этого действенного союза великих держав».

Но наиболее критические статьи в адрес американской администрации были опубликованы в журналах, тираж которых несопоставим с огромным тиражом The Wall Street Journal. Дуг Бэндоу (Doug Bandow) в статье «Турция сбивает российский самолет и объединяется с ИГ: США следует отказаться от новой Османской империи как от союзника» отметил, что «Безответственные действия Турции доказывают, что она — не союзник США» (Forbes, 26.11). По мнению автора, «Вашингтон должен усвоить горькие уроки турецкого вероломства и прекратить с ней союзнические отношения. Турция представляет собой растущую угрозу для западных интересов и ценностей. Анкара никогда не была настоящим другом Запада».


Политик и публицист Патрик Бьюкенен (Patrick J. Buchanan) в статье «Зачем идти на риск войны с Россией?» (The American Conservative, 27.11) отметил, что «решение Турции сбить российский военный самолет было провокационным, и оно предвещает возможные опасные события». И задал вопросы, которые не могут себе позволить задать издания мейнстрима: «Поскольку невозможно поверить в то, что пилоты турецкого истребителя F-16 могли выстрелить ракетами по российскому самолету без разрешения президента Реджепа Эрдогана, следует спросить: почему турецкий диктатор это сделал?… Может, американские власти дали Эрдогану „добро“ на то, чтобы он сбивал российские самолеты? Может, Обама разрешил ввести экономическую блокаду Крыма?»

Автор приходит к следующему выводу: «На сегодняшний день Путин поддерживает авиаудары, наносимые ВВС США и Франции по позициям ИГИЛ. Но если мы последуем примеру Турции и начнем помогать боевикам, воюющим против правительственных войск Сирии, мы можем оказаться в прямой конфронтации с Россией, и тогда уже наших союзников по НАТО днем с огнем не найдешь. Кто-нибудь об этом подумал?»

Путин: мы готовы к сотрудничеству

Так озаглавили статью авторы The Washington Post (27.11), анализируя завершившиеся переговоры президентов России и Франции. Президент России Владимир Путин вечером в четверг заявил, что готов координировать удары против «Исламского государства» с Соединенными Штатами и их союзниками, но предупредил, что действия, подобные уничтожению турками российского самолета, могут погубить всякую возможность сотрудничества. После переговоров с президентом Франции Франсуа Олландом в Кремле Путин сказал: «Мы готовы сотрудничать с коалицией во главе с США». «Это было самым решительным выражением готовности к совместным усилиям между Россией и Западом после захвата Москвой Крыма в 2014 году», — отметили авторы.

© REUTERS, Sergei Chirikov/Pool
Президент России Владимир Путин и президент Франции Франсуа Олланд на пресс-конференции по итогам встречи в Кремле


Тем не менее, это было далеко от объявления о создании новой большой коалиции в Сирии под эгидой ООН, а не американского руководства, что Путин предлагал ранее. Глубокие разногласия между Россией и Западом по поводу будущего президента Сирии Башара Асада не удалось отодвинуть в сторону. «Олланд сказал, — указали авторы, — что Франция готова бороться вместе с Россией, но добавил при этом, „конечно, Асад не может играть никакой роли в будущем страны“».

Мало что предвещает примирение: Россия вводит санкции в отношении Турции

Так оценила сложившуюся ситуацию The Christian Science Monitor (30.11). Газета сообщила, что президент Турции Реджеп Эрдоган «протянул России небольшую, но заметную оливковую ветвь в субботу, сказав, что он „глубоко опечален“ уничтожением российского боевого самолета на прошлой неделе, но этот жест не дотянул до примирения. Несколько часов спустя президент России Владимир Путин подписал указ, которым вступили в силу санкции против Турции».

The Wall Street Journal (30.11), рассказав об этом эпизоде, указала: «президент Турции выразил надежду на встречу с г-ном Путиным на полях саммита по изменению климата в Париже, чтобы уладить разногласия между Анкарой и Москвой. Соседи по Черному морю должны иметь возможность разрешить свои разногласия в дружественной манере, сказал г-н Эрдоган».

Российско-иранское партнерство имеет свои границы

Ведущие издания рассказали о визите Владимира Путина в Тегеран, где проходил саммит Форума стран-экспортеров газа, но самому форуму уделили мало внимания. Гораздо больше их интересовало будущее российско-иранских отношений.

USA Today (24.11), анализируя эти отношения, указала: «Россия и Иран являются крупными экспортерами нефти и газа, они давно сотрудничают по иранской ядерной программе, их вооруженные силы помогают войскам президента Сирии Башара Асада. Но по каждому из этих вопросов Иран и Россия являются в большей степени конкурентами, чем союзниками. Они имеют конфликт интересов, когда дело доходит до нефти, а то, что обе страны помогают защищать Асада, не значит, что их цели идентичны или то, что происходит в Сирии, равно выгодно для обеих сторон».

Ирану Башар Асад нужен прежде всего для того, чтобы продолжать поддерживать «Хезболлу», воюющую с Израилем. Российские интересы в Сирии не связаны с «Хезболлой». Цель Путина, по свидетельству одного из экспертов газеты, — «показать, что Россия поддерживает своих друзей, и что Россия победит то, что Путин называет „американской стратегией демократизации на Ближнем Востоке и по всему миру“».

Вражда между Россией и Украиной усиливается

«Украина углубляет конфронтацию с Крымом, — писала вначале The Wall Street Journal (24.11), рассказывая о ситуации на Украине, — Правительство Украины усилило конфронтацию с Россией из-за Крымского полуострова в понедельник, запретив грузовым автомобилям въезд в спорный регион в то время, как сторонники активных мер заблокировали ремонт линий электропередач. МВД Украины пока не установила подозреваемых во взрывах в Херсонской области, которые обрушили опоры ЛЭП, снабжающей Крым, оставив почти два миллиона человек без электричества».


Ей вторили и The Washington Post (24.11): «Украина вводит запрет на ввоз грузов в Крым», и The New York Times (24.11) — «Активисты препятствуют восстановлению взорванных ЛЭП, оставляя Крым без света». То есть, уже из заголовков было понятно, что инициатором обострения является Украина. Но это продолжалось только один день. 26 ноября The Wall Street Journal вышла с заголовком «Вражда между Россией и Украиной усиливается: новые запреты на полеты, прекращение поставок газа». То есть, надо понимать, что это именно Россия «усилила» вражду с Украиной, подорвав ЛЭП, а не наоборот.

И в тексте статьи Россия опять стоит на первом месте: «Россия и Украина обострили экономическую и политическую вражду в среду, когда Киев заявил, что закроет свое воздушное пространство для российских авиакомпаний и прекратит закупки газа из России, а Кремль обвинил правительство Украины в «молчаливом согласии» с отключением электроэнергии в спорном регионе Крым».

В тот же день и The New York Times опубликовала статью «Российско-украинское противостояние из-за прекращения поставок электроэнергии в Крым». Концепция, как говорится, изменилась, вернее, вернулась к исходной: во всех проблемах подозревать нужно прежде всего Россию.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.