Фотография, сделанная 12 апреля прошлого года с американского эсминца USS Donald Cook, говорит сама за себя:


Когда на американском военном судне отрабатывали действия с вертолетами на палубе в международных водах недалеко от Калининграда, в воздухе появились два российских боевых самолета Су-24 и совершили несколько головокружительых облетов.


Один из этих самолетов пролетел всего в 23 метрах от мостика.


Язык силы


Таким образом, по словам старшего научного сотрудника Норвежского института внешней политики Юлие Вильхельмсен (Julie Wilhelmsen), Россия и НАТО пользуются языком силы с 2014 года:


«Когда русские видят американское военное судно вблизи Калининграда, где у России расположена важная военная база, они отвечают, как это было весной 2016 года — поднимая в воздух свои самолеты, которые проходят в опасной близости от этого судна. В столь напряженной ситуации подобное истолковывается так, будто противоположная сторона намеревается нападать, и в этом случае очень быстро может последовать запуск ракеты и уничтожение самолета. И столь относительно небольшой эпизод может быстро привести к крупному кризису», — говорит Вильхельмсен в беседе с VG.


Эксперт Норвежского института внешней политики по России — одна из соавторов книги «НАТО и коллективная оборона в 21 веке» (NATO and Collective Defence in the 21st Century), редактором которой является ее коллега по работе Карстен Фриис (Karsten Friis). Книга издана накануне встречи руководителей НАТО в Брюсселе 25 мая.


VG попыталась получить комментарий по этой книге от руководителя НАТО Йенса Столтенберга (Jens Stoltenberg), но из НАТО сообщили, что Столтенберг не хочет комментировать доклад, который он не читал.


Критика риторики


«Обе стороны прилагают большие усилия для сдерживания противоположной стороны и проводят в этой связи военные учения, передвигая свои силы все ближе к противоположной стороне. Все это делается для того, чтобы удержать противоположную сторону от нападения. Но при этом никто не задумывается о том, как противоположная сторона воспринимает все это. А Россия ведь сигнализирует: ни шага больше», — объясняет Вильхельмсен.


Шеф НАТО Йенс Столтенберг несколько раз высказывался против таких нежелательных действий, он обвинял Россию в безответственном поведении.


Неделю спустя после эпизода в Балтийском море Столтенберг выступил и попросил Россию предпринять меры для снижения риска нежелательных действий.


Проведение учений без извещения


На семинаре, который проходил в среду в Норвежском институте внешней политики, Вильхельмсен сказала, что Россия только в 2015 году провела 500 малых и не объявленных военных учений.


VG: Столтенберг призвал российскую сторону принять меры, чтобы помешать действиям, способным привести к крупным конфликтам. Это помогло?


Вильхельмсен: Мне не известно, какие достигнуты результаты, но я видела, что со стороны НАТО было предпринято несколько попыток провести переговоры и возобновить встречи Совета НАТО-Россия. Контакты между военными, настолько я понимаю, пока остаются замороженными. Постоянные встречи и контакты до 2014 года были очень важными. Там можно было общаться и информировать друг друга, но сейчас этой возможности нет.


Они не делают того, о чем говорят

Вильхельмсен критикует не только Россию, но и НАТО и Норвегию:


«Когда Норвегия, страна НАТО, проводит учения все ближе к российской границе и с бόльшим количеством американских солдат, то с российской стороны это тотчас воспринимается в связке с такими же мероприятиями далеко на юге и создает некоторую напряженность, в результате которой незначительные ситуации потенциально могут перерасти в крупные кризисы».


— Почему не оказывают действия попытки снизить политическую напряженность между НАТО и Россией?


— Озабоченность вызывает то, что в России культивируется представление о НАТО как об организации, которой нельзя доверять, говорят, что НАТО намеревается «сделать нас». И было слишком мало попыток установить контакт на дипломатическом уровне, послушать дуг друга и попытаться убедить противоположную сторону в том, что предпринимаемые действия носят оборонительный порядок. Как Россия, так и НАТО заявляют, что они действуют в целях обороны. Но противоположная сторона не верит таким заявлениям.


Не оборона


Согласно Юлие Вильхельмсен, проблема состоит в том, что слова часто не соответствуют делам:


«Когда постоянно проводятся учения все дальше на север в провинции Финнмарк, и когда приглашают американских солдат в Вэрнес — это не похоже на оборонительные действия. Русские в Москве, охваченные в настоящее время паранойей, не верят, что подобное соответствует заявлениям об оборонном характере этих мер».


— Это потому, что они не хотят понимать, или потому, что они не понимают?


— Представления российской стороны о том, как все выглядит на другой стороне, еще слабее. Официальная российская сторона использует жесткую наступательную риторику, оправдывающую саму себя. В Москве опасно малое понимание того, что аннексия Крыма — шокирующее и грубое нарушение международного права в современном европейском контексте — вызвали в НАТО большой страх агрессивных намерений России и необходимость проведения ряда мероприятий сдерживающего характера.


PS: Россия занесла Юлие Вильхельмсен в так называемый стоп-лист, то есть список нежелательных лиц, вместе с Трине Скей Гранде (Trine Skei Grande), Бордом Вегаром Сульйеллем (Bård Vegar Solhjell) и неизвестным числом норвежских граждан, которым было отказано в получении российской визы. Россия заявляет, что это является ответом на санкции, которые ЕС и Норвегия ввели против России после аннексии Крыма в 2014 году.