В воскресенье, 6 мая, в Ливане прошли первые за девять лет парламентские выборы, и граждане этой страны выразили сдержанный оптимизм по поводу того, что косную и неэффективную сектантскую политическую систему, возможно, удастся немного изменить. Между тем одна из ведущих держав мира спокойно наблюдает за развитием событий в этом небольшом государстве, рассматривая его в качестве потенциальной площадки для проецирования своего влияния на Ближнем Востоке и в бассейне Средиземного моря. Но добиться этого будет нелегко.


Теперь, когда сирийских повстанцев и джихадистов удалось загнать в угол, а правительство сирийского президента Башара Асада продолжает укреплять свои позиции, Россия сделала первый осторожный шаг на пути к своей цели, а именно начала переговоры с Ливаном по вопросу о заключении миллиардной сделки на поставку оружия, по условиям которой Ливан сможет выплачивать деньги за оружие в течение 15 лет с нулевым процентом, о чем сообщило издание «Крисчен Сайенс Монитор» (Christian Science Monitor). Нестабильность политической системы Ливана объясняет то, что в этой стране нет поддерживаемых Кремлем лидеров, к которым можно обратиться, зато есть некий баланс сил, который пока позволял обсуждать это предложение.


«Несомненно, мы наблюдаем попытки расширить границы мягкого влияния России в регионе. Это может перерасти в более тесное военное сотрудничество и подписание (ливанской стороной) оборонной сделки, условия которой были согласованы в прошлом году, — сообщила Маха Яхья (Maha Yahya), директор Ближневосточного центра Карнеги в Бейруте. — Результаты парламентских выборов могут оказать некоторое воздействие на ту силу, с которой маятник может качнуться в сторону пророссийского лагеря. Однако, учитывая весьма деликатный баланс сил в стране, пока это воздействие может быть ограниченным».


Стремление президента России Владимира Путина восстановить военное и политическое влияние его страны после постсоветской комы 1990-х годов спровоцировало конфронтацию России с Западом, особенно с США, которые видят в ней своего традиционного врага, снова решившего побороться за господство в мире. США и ряд их западных союзников обвиняют Россию во вмешательстве в выборы, в проведении кибератак и даже в военных провокациях — особенно на границе между военным альянсом НАТО и Россией.


Это соперничество разворачивается и на Ближнем Востоке. Россия не только обеспечила практически полную победу режима Асада в Сирии, но и надолго закрепила свое военное присутствие в Средиземном море, создав там постоянное оперативное соединение ВМС и обосновавшись на двух прибрежных военных базах — в Хмеймиме и Тартусе. Хотя такая концентрация военной мощи на земле, в воздухе и в море дает России возможность с легкостью наносить удары по ИГИЛ (террористическая организация, запрещенная на территории РФ — прим. ред.) в Сирии, она также обеспечивает ее крепким буфером на южной границе НАТО в Средиземном море.


Согласно февральским арабоязычным сообщениям пророссийского канала «Спутник» (Sputnik News) и просирийского телеканала «Аль-Маядин», премьер-министр России Дмитрий Медведев приказал российскими вооруженным силам найти способы наладить с Ливаном связи с области обороны, в частности открыть доступ в ливанские порты для российских военных кораблей, как сообщило издание «Нэшнл интерест» (The National Interest). Отсутствие этой информации в англоязычных и других ведущих СМИ, а также отсутствие данных о судьбе миллиардной сделки на поставку оружия могут свидетельствовать о том, что процесс налаживания связей между Россией и Ливаном протекает не так гладко, как планировалось.


Ливан, который уже оказался в эпицентре войны за влияние между революционным шиитским Ираном и ультраконсервативной суннитской Саудовской Аравией — и между охваченной войной Сирией и Израилем — может оказаться чрезвычайно трудной задачей для России. В правительстве страны существует множество разногласий в силу различий в вероисповедании: президент страны — христианин, премьер-министр — суннит, а спикер парламента — шиит. 128 мест в парламенте страны поровну поделены между христианами и мусульманскими сектами, которые тоже занимают определенное число мест каждая.


Нарушения баланса сил в Ливане зачастую приводят к насилию: самым страшным эпизодом стала гражданская война 1975-1990 годов, в которой принимали участие многие из нынешних ливанских политиков и партий. Обострения продолжились и в 21 веке, поскольку политический ландшафт в стране раскололся на два основных блока: блок «8 марта» и альянс «14 марта». Первый ближе к Ирану — стратегическому партнеру России в Сирии. Однако неясно, будут ли эти отношения распространяться на союзников Ирана в Ливане.


«Хезболла», поддерживаемое Ираном шиитское ливанское движение, возникшее в эпоху гражданской войны и борьбы с израильской оккупацией, часто называют самой мощной военизированной структурой в мире. Она сохранила существенное влияние в Ливане после ухода Сирии в 2005 году, когда возникли блок «8 марта» и альянс «14 марта».


Движение «Хезболла», которое США, Израиль и Саудовская Аравия называют террористическим и которое многие сторонники ливанского премьер-министра Рафика Харири из суннитского движения «Будущее» обвиняют в причастности к его убийству в 2005 году, играет ведущую роль в блоке «8 марта», который существенно укрепил свои позиции в 2006 году, после подписания меморандума о взаимопонимании между генеральным секретарем «Хезболлы» Хасаном Насраллой (Hassan Nasrallah) и Мишелем Ауном (Michel Aoun), вернувшимся из Франции.


Аун, основатель преимущественно маронитского христианского Свободного патриотического движения, который в прошлом придерживался решительно антисирийских позиций, присоединился к блоку «8 марта», а в 2016 году стал президентом страны. Хотя особенности конфессиональной системы Ливана зачастую обуславливают не слишком комфортные альянсы с прежними врагами, США, Израиль и Саудовская Аравия выразили свою обеспокоенность в связи нормализацией позиций «Хезболлы» в ливанской политике. Вашингтон предпочел вести диалог с сыном покойного Харири Саадом Харири (Saad al-Hariri), который возглавляет прозападную и поддерживаемую Саудовской Аравией коалицию «14 марта» и занимает пост премьер-министра страны.


В отличие от США Россия придерживается многополярного подхода в своей ближневосточной политике. Вместо того чтобы вкладывать все свои ресурсы в один лагерь, Москва поддерживает регулярные и теплые контакты с Египтом, Ливаном, Ираном, Ираком, Израилем, Катаром, Саудовской Аравией, Сирией, Турцией и другими странами. Россия уже продемонстрировала свое новейшее оружие, такое как зенитные ракетные комплексы С-400, потенциальным покупателям, и ее предложение предоставить ливанским вооруженным силам оружие на сумму в один миллиард долларов, по всей видимости, является естественным продолжением планов Путина по увеличению влияния России в регионе.


«То, предложение, которое Россия недавно сделала Ливану, связано с тем, что Москва стремится и дальше использовать свое положение в регионе, которое она укрепила в результате ее сирийской кампании. Фактически Москва постучалась почти во все страны региона — особенно в те, у которых сейчас сложные отношения с США (в первую очередь это Египет и Турция), чтобы предложить свое оружие», — отметил Нил Хауэр (Neil Hauer), аналитик в области безопасности, специализирующийся на России и Сирии.


«В Ливане это позволит заполнить пробел, который возник после того, как в 2016 году Саудовская Аравия отказалась предоставить стране военную помощь в размере 3 миллиардов долларов, мотивировав это тем, что ливанское правительство и армия не хотели бороться с "Хезболлой"», — добавил он.


Однако, поясняет Хауэр, «Россия не поддерживает особенно крепкие отношения с «Хезболлой», поэтому эта сделка на продажу оружия может быть попыткой укрепить армию в ее противостоянии связанным с Ираном шиитским отрядам — в прошлом США пытались делать почти то же самое». По его словам, он считает, что «главная цель этой сделки — закрепить за Россией статус значимого игрока в Ливане, игрока, чье мнение США впредь должны будут учитывать, выстраивая взаимодействие с этой страной и множеством ее политических сил».


Он добавил: «Я не думаю, что Россия добьется каких-то особенных успехов, но я думаю, что цель заключается именно в этом».


С 2006 года США уже предоставили 1,6 миллиарда долларов ливанским вооруженным силам. Армия Ливана старается дистанцироваться от «Хезболлы», хотя эти две силы работали в тандеме, пытаясь справиться с террористическими группировками ИГИЛ и «Хайят Тахрир аш-Шам» — бывшим ответвлением «Аль-Каиды» (организация, запрещенная в России — прим. ред.) — в восточных районах Ливана, рядом с сирийской границей.


Отношения между Россией и «Хезболлой» тоже нельзя назвать однозначными. Она работают бок о бок друг с другом, поддерживая Асада, однако связи Москвы с Израилем и Саудовской Аравией не устраивают самопровозглашенную антизападную «Ось сопротивления», куда входят «Хезболла», Иран и Сирия. Кроме того, роль России становится чрезвычайно некомфортной по мере того, как Израиль усиливает интенсивность своих атак против Ирана и его союзников в Сирии.


Эти атаки — Израиль взял на себя ответственность не за все, а лишь за некоторые из них — поставили эти две страны на грань войны. Кроме того, израильский премьер-министр Биньямин Нетаньяху призывает президента Дональда Трампа выйти из исторического соглашения по ядерной программе Ирана, подписанного в 2015 году — такой шаг может обернуться началом конфликта, если Иран снова запустит реализацию своей ядерной программы, как он угрожает сделать.


И посреди всего этого оказался крохотный Ливан. Эта страна, которая до сих пор не может оправиться от своей собственной гражданской войны, по большей части отстранилась от конфликта в Сирии, однако ей пришлось принять на себя удар миграционного кризиса, а воюющие стороны регулярно вторгаются в ее воздушное пространство. В апреле Аун резко раскритиковал Израиль за то, что тот предположительно использовал ливанское воздушное пространство, чтобы нанести удар по иранским военным на одной из сирийских авиабаз. Спустя несколько дней президент Ливана снова выступил с критикой, на этот раз в адрес США, в связи с тем, что над Ливаном пролетели американские ракеты, ударившие по предполагаемым химобъектам в Дамаске и Хомсе. Иран и его союзники пообещали ответить на те атаки. Между тем Россия призвала стороны сохранять спокойствие.


Поскольку Россия сейчас претендует на то, чтобы стать центральной движущей силой в этом регионе, ей придется взять на себя чрезвычайно сложную функцию предотвращения войны между Ираном и Израилем. По словам Яхья, по мере роста напряженности Ливан может сблизиться с Россией в надежде на то, что Москва сумеет разорвать этот опасный виток насилия и риторики, которые способны погрузить страну и регион в целом в новую войну — войну, в которой США уже встали на сторону Израиля.


«В настоящее время многие ждут, что Россия сможет сдержать очевидную эскалацию в отношениях между Ираном и Израилем и предотвратить начало активного конфликта в Ливане», — пояснила Яхья.