Райнише Пост: Жестокое кровавое преступление беженца, возмущение правых, потом возмущение левых. Должны ли мы теперь привыкать к этим картинам?

Хорст Зеехофер: Все это надо тщательно отделять друг от друга. На первом месте находится жестокое убийство, что не дает мне покоя. Поэтому прежде всего нужно говорить об осуждении этого преступления и о сочувствии. Во-вторых, население возбуждено и возмущено этим убийством, к чему я отношусь с пониманием. Я, если бы не был министром, также вышел бы на улицу как гражданин этого государства, конечно же, не вместе с радикалами. И, в-третьих, нельзя относиться толерантно к тем силам, которые используют эти события для того, чтобы призывать к насилию или даже применять насилие, в том числе по отношению к полиции. Это абсолютно неприемлемо, здесь нет никаких нюансов.

Есть ли на Востоке проблема с правыми радикалами?

Нельзя бичевать целые регионы. Каждое правонарушение преследуется по закону. И мы должны заниматься этим повсюду в Германии.

Таким образом, преследуются люди, которые демонстрируют гитлеровское приветствие?

Да, это преследуется по закону. Полицейский должен подумать при таком скоплении людей, когда происходят такого рода преступления или провокации, всегда с учетом опасности, должен ли он выхватить человека из толпы и тем самым накалить ситуацию. Поэтому государство это не покрывает. Следует взвешенно оценивать возможность преследования за нарушение правопорядка и опасность эскалации ситуации.

Должна ли борьба против правового экстремизма вестись более жестко?

Преследование правовым государством правового экстремизма должно вестись бескомпромиссно. Этих людей не усмирить дискуссиями. У нас нет слепоты на правый глаз.

Можете ли вы это сказать для федерального криминального ведомства и служб ведомства по охране конституции?

Да, конечно.

- Следует ли более внимательно следить за АдГ, функционеры которой ведь тоже присутствовали в Хемнице?

Мы внимательно смотрим. Не только теперь, но и всегда. Если службы ведомства по охране конституции считают, что оценка деятельности АдГ изменилась, тогда они будут наблюдать за АдГ. Это решают ведомства в каждой земле по конкретной ситуации на основании правовых норм.

Одним из предполагаемых преступников в Хемнице был беженец, которому было отказано в предоставлении разрешения на проживание. Можно ли было предотвратить это преступление?

К сожалению, одному из предполагаемых преступников вообще нельзя было разрешать въезд. Если бы у нас был такой порядок, за который меняя резко критиковали в начале лета, то подозреваемый иракец вообще не попал бы в страну. В 2016 году он уже подал заявление в Болгарии на предоставление убежища и его могли бы не пропустить через границу. Это был апогей кризиса с беженцами. Срок его возвращении был упущен, его паспорта были поддельными. Это те случаи, из-за которых мы теряем доверие граждан. Центр временного пребывания, которые теперь существуют, предотвратил бы этот случай, поскольку этот человек остался бы там до его выдворения. Между тем в Саксонии существует центр временного пребывания.

В Северном Рейне-Вестфалии министр по вопросам интеграции Йоахим Штамп даже производит высылку, хотя административный суд запрещает это.

Решение суда можно критиковать. Но его нужно уважать и следовать ему. Северный Рейн-Вестфалия и Бохум ведь не получили на момент высылки приговор.

Ведь государственные службы позаботились о том, чтобы суд знал как можно меньше.

Этот срок был определен не министром внутренних дел ФРГ.

Господа Лашет и Штамп выступают с критикой, что министерство внутренних дел ФРГ могло бы раньше получить согласие от Туниса на то, что Сами А. не будут пытать.

В эту игру в «Черного Петера» я не играю. За оперативное осуществление высылки отвечают земли. Министерство иностранных дел обратилось с дипломатической нотой к тунисскому правительству и попросило заверить, что Сами А. не будут пытать в Тунисе. Я беседовал по этому поводу с тунисским министром внутренних дел по телефону, он обещал вскоре ответить.

Стороны крайне поляризированы, каждый случай используется ими. Большая коалиция согласно коалиционному договору хотела засыпать разделительные рвы и отказаться от поляризации. Потом возник спор о мигрантах между ХДС и ХСС. Это было нужно?

Это верно, публичные споры люди не любят. Нам нужно было избежать этого в начале лета. Однако я по-прежнему придерживаюсь мнения, что эта цель была правильной, чтобы преодолеть именно этот раскол. Моя задача заключается в том, чтобы упорядочить миграцию и управлять ей. Для этого я представил миграционный план из 63 пунктов. В том числе и тот пункт, в котором я выступаю за то, чтобы те претенденты на убежище, кому запрещен въезд, действительно не смогли бы въехать. И что те претенденты на убежище, которые уже подавали заявление на предоставление убежища в другой стране, должны быть туда высланы.

Последнего не хотела канцлер, поскольку она сказала, что нельзя закрыть границу. По ее словам, национальное решение является неправильным.

Отказ этой группе лиц на германо-австрийской границе мог бы привести к эффекту домино до внешних границ стран ЕС. Тем самым был бы дан сигнал.

Теперь это должно быть достигнуто путем европейского решения.

- Однако этого решения трудно достичь. Возьмем в качестве примера договор с Италией: за каждого беженца, которого мы возвращаем в страну, мы должны принять другого. Это игра с нулевым результатом, хотя она и создает порядок, но не ведет к ограничению. Это сложные переговоры. Что нам непременно нужно, так это общеевропейское решение миграционной проблемы.

А за ХДС/ХСС проголосовали бы около 27%. Почему?

— У нас впервые есть партия правее ХДС/ХСС, которая между тем смогла зарекомендовать себя, расколотая страна и недостаточная поддержка обществом народных партий. Не думаете ли вы, что все это не имеет ничего общего с миграционной политикой?

Не только.

Конечно, не только. Но миграционный вопрос является матерью всех политических проблем в этой стране. Я говорю об этом уже три года. И это подтверждается многими опросами общественного мнения, я вижу это также и во время моих выступлений. Многие люди связывают теперь свои социальные заботы с миграционным вопросом. Если мы не сможем изменить курс и сделать порядок и гуманность равноправными, мы будем продолжать терять доверие. Уже теперь в Саксонии вряд ли можно больше создать правительство без АдГ или Левых. Но это неприемлемое положение. Мы не хотим видеть эти силы ни в одном правительстве.

Поэтому господин Гюнтер хочет сделать возможной кооперацию с Левыми.

Кто?

Даниэль Гюнтер, премьер-министр Шлезвиг- Гольштейна. Друг партии ХДС.

На этот счет я сейчас лучше ничего не скажу.

Единая миграционная политика в коалиции, на земельном уровне, в Европе была бы рецептом против экстремистов, так ли это?

Это верно, за это я и выступаю. Но большинство в Европе хочет порядка, управления и ограничения. В Италии, Австрии, Швеции, а вскоре и в Испании.

СДПГ хочет теперь оставить в стране также тех беженцев, которым, собственно говоря, не разрешается въезд, однако они интегрировались на рынке труда. Лозунг: изменить направление. Вы также за это?

Изменения направления не будет. Тот, кто запросил убежища и может оставаться в стране, имеет право на работу. Тот, кто запросил убежище и получил отказ, обязан покинуть страну. Этот принцип мы не хотим изменить. Если мы предоставим право на убежище тем, кто получил работу, то мы можем вообще отказать от порядка оформления убежища.

Речь идет о том, имеют ли право те люди, которые полезны для нашей экономики, остаться здесь.

Имеются случаи, когда кто-то и получил отказ, но есть причины, по которым его нельзя выслать. В этих случаях лучше дать людям работу, чем оставить их без нее. Также возможно, чтобы прибывший без сопровождения несовершеннолетний стал проходить обучение. Он имеет право закончить свою профессиональную подготовку и работать на предприятии еще два года это правило «три — плюс-два». Я всегда выступал за это, поскольку это выгодно для всех участвующих сторон, когда молодой человек получает профессиональное образование.

Должны ли те, кто сегодня уже интегрированы на рынке труда, получить, согласно выборочному регулированию, право оставаться в стране?

Мы не можем сейчас создать выборочное урегулирование, поскольку мы еще не решили тему миграции. До тех пор, пока мы не решим тему миграции и не примем выборочное урегулирование, мы создадим фактор притяжения. Мы привлечем еще больше людей, которые не получили в Германии право на проживание.

Вы могли бы учитывать выборочное регулирование задним числом.

Это не отвечает повседневной жизни. Никто с этим не согласится. Вы не можете сказать, что тот, кто прибыл 1-го января, имеет право оставаться в стране, а тот, кто прибыл на день позже, должен покинуть страну. Выборочное урегулирование создает амнистию за весь прошлый период.

Если миграционный вопрос является матерью всех проблем, однако канцлер не хочет руководствоваться вашими представлениями по этому вопросу, не должны ли вы, собственно говоря, подать в отставку?

Вы не заставите меня выступать против кого-либо. Я обрисовал мою политику и буду каждый день бороться за то, чтобы успешно осуществлять план миграции.

Останетесь ли вы после земельных выборов главой ХСС?

За прошедшие недели я вновь научился одному. Тот, кто хочет в Берлине отстоять существенные интересы ХСС, тот должен быть председателем партии. Посмотрите на верхнюю границу в 200 000 мигрантов, которую мы многие годы как ХСС требовали вопреки ожесточенному сопротивлению. Сегодня это зафиксировано в коалиционном договоре, и никто больше не возмущается.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.