В графике Дональда Трампа на этой неделе значится встреча с республиканскими сенаторами. Приятной она не станет. Речь пойдет о введении антитурецких санкций. «Упрямая Анкара», несмотря на все предостережения, все-таки закупила российские зенитные ракетные комплексы С-400.

В ответ американский президент уже заявил, что отменит поставку туркам сотни истребителей F-35, однако других наказаний, как передает всегда хорошо информированное издание «Уолл-стрит джорнэл», Трамп хотел бы избежать. Чего не скажешь о сенаторах, которые якобы с удовольствием пошли бы на более жесткие меры. По их мнению, к размещению российских вооружений на территории НАТО легкомысленно относиться нельзя.

Перед нами стоит выбор

На отношениях Турции с Соединенными Штатами уже давно лежит отпечаток недоверия и разочарования. Стороны видят обоюдное нежелание идти на компромисс и считают друг друга непредсказуемыми. Нынешние разногласия — лишь одно из проявлений сложностей в отношениях двух стран.

Еще более показательным проявлением кризиса в отношениях между (бывшими?) союзниками стало введение Соединенными Штатами беспрецедентных санкций против турецких министров внутренних дел и юстиции летом прошлого года. Вашингтонская администрация заморозила их активы и запретила въезд в США после того, как Турция арестовала американского пастора Эндрю Брансона. Всю глубину раскола также хорошо демонстрирует угроза, которую Трамп написал в своем «Твиттере», о том, что «экономически покарает» Турцию, если она будет нападать на курдские Отряды самообороны (YPG), которые поддерживает Америка. С другой стороны, нельзя не отметить позицию президента Эрдогана, который уверен, что американцы давно добиваются ослабления его страны и хотят подчинить ее себе. «Вашингтон должен отказаться от необоснованных идей о том, что наши отношения могут быть неравноправными, и смириться с тем, что у Турции есть альтернативы. Если США не начнут уважать нас, нам придется заняться поисками новых друзей и союзников», — написал Эрдоган в прошлом году в комментарии в «Нью-Йорк Таймс». Выступая перед отечественной публикой, Эрдоган не раз обвинял Соединенные Штаты в поддержке не только «террористических» сирийских курдов, но и сторонников Гюлена, который, по мнению президента Турции, стоит за попыткой переворота и свержения Эрдогана.

Диалог между Турцией и США не складывается. Он совсем не напоминает доверительные переговоры, а скорее полон политиканства и публичных угроз. Таким образом, сейчас отношения Турции с ее ключевым союзником переживают скорее принципиальные метаморфозы, нежели временные проблемы.

При этом нельзя не заметить, как параллельно Анкара все больше сближается с Москвой. Этот процесс лишь ненадолго нарушил инцидент, когда российский бомбардировщик был сбит близ сирийских границ в ноябре 2015 года.

Там, в Идлибе

До недавнего времени Россия и Турция сотрудничали в основном в экономической сфере. Партнерство базировалось на экспорте российского газа в Турцию и сбыте турецких товаров в России. Но когда 15 июля 2016 года фракция в турецкой армии провалила попытку военного переворота, опытному Владимиру Путину не составило особого труда завоевать более глубокую симпатию и благодарность Эрдогана. Достаточно было проявить солидарность и полностью поддержать его версию событий.

Сегодня все более важную роль в российско-турецких отношениях также играет региональная ситуация, прежде всего из-за активных действий России и Турции в соседней Сирии. Москва контролирует правительство в Дамаске, тем самым принципиально влияя на ситуацию на сирийском поле боя. Кроме того, судьба последнего большого оппозиционного анклава вокруг города Идлиб, где проживает более трех миллионов человек, — почти полностью в руках России. Взятие Идлиба (или масштабные вооруженные столкновения в его окрестностях), несомненно, поднимет очередную волну беженцев, которые двинутся на север страны, контролируемый турецкой армией. А ведь турки пытаются стабилизировать этот регион, чтобы Анкара могла вернуть туда хотя бы часть из четырех миллионов беженцев, которые сейчас живут в Турции. Ее постепенно охватывает экономический кризис, поэтому враждебность к беженцам среди турецкого населения только растет.

Подобная ситуация, разумеется, усиливает влияние России на турецкую политику. Одним из следствий этого, несомненно, является и недавний конфликт между Анкарой и Вашингтоном. Турция настояла на своем решении закупить российский зенитный ракетный комплекс С-400, несмотря на то, что американский вице-президент Майк Пенс предостерегающе спросил турок, «хотят ли они остаться важным партнером в самом успешном в истории военном альянсе или готовы рисковать безопасностью этого партнерства, принимая безответственные решения, подрывающие безопасность»?

Анкара изрядно поплатилась за свое решение. Она лишилась партии самых современных истребителей F-35. Ведь в вашингтонской администрации уверены, что российские комплексы С-400 в случае параллельного применения с F-35 способны собирать сверхсекретные данные о технологиях этого современнейшего американского истребителя. Турецкие фирмы давно участвовали в его разработке и производстве, но теперь их лишат выгодных контрактов на подряды. Кроме того, авиационный завод в турецком городе Эскишехире больше не будет главным центром обслуживания этих самолетов. Последствия раздора весьма серьезны еще и потому, что турецкое правительство инвестировало в этот проект 1,2 миллиарда долларов.

Когда президент играет в покер

Хотя, по словам Эрдогана, Анкара и Москва могут теперь развивать военно-промышленное сотрудничество и вместе работать над новым поколением комплексов С-400, недавняя закупка едва ли объясняется реальными интересами в области ВПК. Турция часто обусловливает свое участие в крупных оборонных проектах хотя бы частичным переносом технологий и ноу-хау на свою территорию. По лицензии в Турции производятся не только комплектующие для F-35, но и, например, вертолеты «Сикорский» и двигатели для истребителей F-16, которые собираются и обслуживаются непосредственно в Турции для нужд турецкой армии. Теперь же подобное сотрудничество с Россией туркам придется начинать практически с нуля. Кроме того, тем самым они могут еще больше навредить своим военно-торговым связям с Западом, которые до сих пор были весьма крепкими. И, помимо прочего, турецкая армия столкнется с определенными трудностями, поскольку была подготовлена к эксплуатации совершенно иных по типу вооружений.

Все эти трудности не преодолеть одними только рукопожатиями президентов, пусть даже самыми демонстративными. Кроме того, оставаясь по-прежнему страной-членом «враждебного» НАТО, Турция вряд ли получит от русских столько же технологий, сколько получила от Соединенных Штатов благодаря своей целенаправленной политике за последние 30 лет.

Президент Эрдоган стремится воспользоваться соперничеством держав в регионе и извлечь из него максимальную выгоду. Очень опасная, хотя и вполне понятная стратегия. Однако придерживаться ее на протяжении долгого времени будет чрезвычайно сложно. Переоценивая собственную значимость, Анкара больше потеряет, чем приобретет (по обе стороны). По мнению журналиста Ценгиза Чандара, «турецкая внешняя политики еще никогда не была так „зажата" между Вашингтоном и Москвой и не отдавалась им на откуп, как сейчас».

Почему же, несмотря на это, Турция приняла решение в ущерб своему традиционному союзнику? Прочитать мысли Эрдогана невозможно, но можно предположить, что сейчас он просто ставит выше договоренности с Москвой, а не с Вашингтоном. С его точки зрения, видимо, Россия для Анкары — более важный и, что парадоксально, более предсказуемый партнер. Что касается Сирии, то там действия американской администрации действительно очень трудно предсказывать. Так скажем, идейная нестабильность Трампа в сочетании с тем фактом, что в США приближаются президентские выборы, с точки зрения Эрдогана, скорее всего, отнюдь не гарантирует, что американцы будут соблюдать договоренности в долгосрочной перспективе. Россия с давно «стабильным» президентом, напротив, явно не собирается отказываться от своего прямого военного и политического влияния в Сирии.

Полудруг-полувраг

Дональд Трамп публично списал нынешнюю турецкую ориентацию на Москву на «ошибки Обамы». Но сам Трамп давно симпатизирует России и одновременно жестко относится к НАТО, тем самым ослабляя альянс больше, чем турецкие закупки вооружений в Москве, какими беспрецедентными они бы ни были.

Возможные американские санкции могут сказаться на турецкой экономике больше, чем любые ограничения сотрудничества с Россией. Таким образом, Анкара так или иначе поплатится за свое сближение с Москвой. Однако жесткий ответ, несомненно, сыграл бы на руку только Путину и еще больше ослабил бы НАТО. Правда, судя по всему, сегодня рациональные рассуждения и аргументы влияют на внешнюю политику значительно меньше, чем иллюзии, опасения и импульсивные идеи тех, кто ее формирует.

Автор — историк, написал о современной Турции книгу, которая выйдет в свет в октябре текущего года

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.