Как оценивать ожидания «Газпрома»?

С одной стороны, российские требования в рамках трехсторонних газовых переговоров остаются неизменными с момента запуска этого процесса: россияне хотят, чтобы Киев отказался от финансовых претензий, проистекающих из вердиктов Стокгольмского арбитража, закупал газ непосредственно у России и внедрял положения так называемого третьего энергетического пакета, если она заинтересована в появлении договора, соответствующего предусмотренным европейским правом стандартам.

Одновременно отчетливо видно, что в последние недели, а особенно после того, как Дания дала разрешение на прокладку «Северного потока — 2», Москва заняла более жесткую переговорную позицию и обострила риторику. Представители российских властей и руководство «Газпрома» говорят прямо: подписание нового договора о транзите газа через украинскую территорию станет возможным тогда, когда Украина откажется от абсурдных с точки зрения россиян споров арбитражного характера. В вопросе долга российского концерна Нафтогазу Москва занимает принципиальную позицию прежде всего по политическим и имиджевым причинам. Россияне много лет старались дискредитировать Украину как транзитное государство, а потом проиграли арбитражное разбирательство в независимом судебном органе. Урегулирование спора в форме выплаты присужденной украинцам компенсации станет признанием, что прежняя стратегия была неверной. Президент Путин, который принимает решения по стратегическим вопросам, связанным с энергетикой, допустить такого не может.

Вполне вероятно, что Москва заняла более жесткую позицию также в связи с высказыванием еврокомиссара Мароша Шефчовича (Maroš Šefčovič), прозвучавшим на пресс-конференции после последнего провалившегося раунда трехсторонних переговоров (28 октября). Из слов вице-председателя Европейской комиссии следовало, что та может изменить свое сформулированное в январе этого года предложение, касающееся параметров нового договора. Речь идет о меньшем гарантированном объеме транзита (40-60 миллиардов кубометров, хотя изначально Еврокомиссия говорила как минимум о 60 миллиардах) и изменении срока действия соглашении, то есть возможности подписать временный договор, выступающий частью долгосрочных договоренностей, которые появятся в дальнейшем. Для Москвы это могло послужить сигналом, что, если ее позиция и риторика станут более жесткими, противоположная сторона будет готова заключить договор, в большей степени соответствующий российским ожиданиям (краткосрочный или временный, включающий в себя гибкую формулу определения объема пересылаемого сырья).

Кремль традиционно видит в примирительной позиции противоположной стороны слабость и отвечает не готовностью идти на уступки, а завышением требований. Об этом не следует забывать, тем более, что в истории с обсуждением нового транзитного соглашения именно Россия выступает в роли субъекта, зависимость которого от транзита через Украину (в этом контексте неважно, какой окажется судьба альтернативных транзитных маршрутов) сохранится как минимум на несколько ближайших лет. Евросоюз и Украина должны максимально использовать этот аргумент за переговорным столом.

Появится ли договор до Нового года?

Ситуация динамична, поэтому делать прогнозы сложно. Все зависит от того, насколько будет меняться позиция ЕС и Украины, а также какую роль в переговорном процессе сыграет немецкая сторона. В последнее время мы наблюдаем особенно интенсивное подключение к нему Германии: об этом свидетельствуют регулярные консультации на газовую тему между Владимиром Путиным и Ангелой Меркель, а также назначение специального уполномоченного немецкого правительства по транзиту газа через Украину, который все чаще встречается с представителями российской стороны. Остается вопросом, на что направлены усилия немцев: на то, чтобы убедить Россию смягчить позицию, или, скорее, на то, чтобы оказать давление на Брюссель и Киев.

На этом фоне все более вероятной становится перспектива того, что стороны согласятся на временное соглашение по образцу «зимних пакетов» 2014 и 2015 года, то есть договор, который будет на период от полугода до года регулировать транзит газа через украинскую территорию, позволяя перенести переговоры о долгосрочных договоренностях на следующий год. Такой сценарий устраивает в первую очередь Россию и Германию, но, как представляется, он может также удовлетворить ЕС, который (как в случае с упомянутыми выше «зимними пакетами») получит возможность похвастаться определенными дипломатическими успехами. Наименее выгоден такой вариант для Украины, однако, он не закроет путь к дальнейшим переговорам в следующем году, особенно если временное соглашение не будет включать в себя вопросы, связанные с требованиями в рамках вердикта Стокгольмского арбитража.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.