Москва не хочет разрывать немногие сохранившиеся связи с Брюсселем, однако Россия, на самом деле, намерена следовать своей давней стратегии и обходить Евросоюз с помощью двусторонних контактов.

В то время как отношения России и Европейского Союза балансируют на грани полного разрыва, Кремль удваивает ставку на свою стратегию, которая предусматривает культивирование альтернативных связей с отдельными членами Евросоюза, а также со своим китайским партнером.

Спустя несколько недель после международного скандала, поводом для которого послужило тюремное заключение российского оппозиционного политика Алексея Навального, российский министр иностранных дел Сергей Лавров заявил о том, что Россия может в ответ на новые санкции Евросоюза порвать все формальные связи с этим объединением. «Мы не хотим изолироваться от мировой жизни, но надо быть готовым к этому. Хочешь мира — готовься к войне», — подчеркнул он. Через несколько недель после этого заявления Лаврова Брюссель и Вашингтон ввели в действие пакет скоординированных санкций против целого ряда высокопоставленных российских чиновников. Подтверждая политику нулевой терпимости в отношении санкций, официальный представитель кремля Дмитрий Песков заявил, что подобные рестрикции «представляют собой вмешательство во внутренние дела России», они являются «абсолютно неприемлемыми и существенно вредят отношениям, которые и без того находятся в плачевном состоянии». Сославшись на «принцип взаимности в международных отношениях», Песков предупредил о том, что Россия предпримет такой ответ, «который будет наилучшим образом отвечать ее интересам».

Ранее на этой неделе Евросоюз ввел санкции в отношении российских официальных лиц, обвиненных в преследовании представителей ЛГБТ-сообщества в Чеченской Республике, входящей в состав Российской Федерации. В ходе совместной пресс-конференции со своим китайским коллегой Ван И и Лавров, по сути, заявил о том, что отношения Россия — Евросоюз мертвы. «С Евросоюзом как организацией отношений нет, вся инфраструктура этих отношений уничтожена односторонними решениями Евросоюза», — отметил он.

Владимир Чижов, постоянный представитель России при Европейском Союзе, дал столь же мрачную оценку связям Россия — Евросоюз. «Нынешнее положение дел в отношениях Российской Федерации и Евросоюза удручает, оно ненормально. Оно является результатом сознательной или временами, может быть, бессознательной, политической линии, которую проводит, в том числе, руководство евроструктур здесь, в Брюсселе», — сказал он.

Тем не менее за подобными резкими заявлениями еще не последовали конкретные карательные меры со стороны Кремля. Российский политолог Федор Лукьянов отметил, что отношения Россия — Евросоюз так были выхолощены после украинского кризиса 2014 года, что почти не осталось никаких существенных связей, которые можно было бы разорвать. За одним заметным исключением: Россия может выйти из состава Парламентской Ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ), поскольку именно такой ответный шаг ранее обсуждался высокопоставленными российскими законодателями. В настоящее время нет указаний на то, что администрация Путина (Россия символически покинула ПАСЕ после 2014 года, но в 2019 году полностью вернулась в эту организацию) активно обсуждает подобный вариант действий.

Несмотря на становящиеся все более враждебными отношения с Евросоюзом, Россия не собирается разрывать свои связи с Европой. Вместо этого, Москва пытается продолжить реализацию свой давней стратегии, которая направлена на обход Евросоюза как наднационального органа за счет культивирования двусторонних связей с его отдельными членами. Строящийся трубопровод «Северный поток — 2», в реализации которого участвуют российский энергетический гигант Газпром и несколько западноевропейских компаний, является одной из наиболее крупных иллюстраций этого подхода. Если отбросить чисто экономические соображения, то в этой политике явно прослеживается определенный аспект народной дипломатии (popular diplomacy). Выражая сожаление по поводу решений, принятых недавно в Брюсселе, Чижов прямо обратился к гражданам входящих в Евросоюз государств. «Тем не менее у меня есть основания считать, что люди (в Европейском Союзе) полагают, что отношения с Россией являются необходимыми», — сказал он. Нигде российский акцент на двустороннюю публичную дипломатию (public diplomacy) не проявляется более наглядно, чем в ее роли в ходе продолжающейся в Европе вакцинной войны. Некоторые страны-члены Евросоюза, подвергающие резкой критике испытывающую проблемы «стратегию вакцинации этого блока», уже подписали двусторонние контракты относительно поставки российской вакцины «Спутник V», или самым активным образом рассматривают такой вариант. На момент написания этой статьи в число этих стран входят Венгрия, Италия и Словакия. Тьерри Бретон, комиссар Евросоюза по вопросам внутреннего рынка, продолжает настаивать на том, что Европе «совершенно не нужна вакцина «Спутник V», однако Германия с ним не согласна. Ранее на этой неделе один немецкий чиновник призвал Европейскую Комиссию начать совместную закупку «Спутника V», и в таком случае члены Евросоюза получат возможность закупать российскую вакцину на основе общего контракта.

Москва добилась определенного успеха в том, что касается замены почти несуществующих связей с Брюсселем на значимые двусторонние отношения с некоторыми странами Евросоюза. При то что внешнеполитический аппарат Евросоюза не в состоянии сформировать единый геополитический, экономический и культурный фронт против Москвы, есть все основания полагать, что Кремль намерен в ближайшие годы руководствоваться именной этой стратегией двусторонних отношений.

Однако в тот момент, когда Россия частично обрывает свои связи с Европой, она удваивает свои ставки на растущее партнерство с Китаем. Лавров прямо связал эти два вопроса во время своей совместной пресс-конференции с китайским министром иностранных дел Ван И. «Если Европа эти отношения разорвала, просто разрушив все механизмы, которые создавались многие годы, и у нас остались партнерами только отдельные европейские страны, которые хотят своими национальными интересами руководствоваться, то, наверное, объективно это ведет к тому, что наши отношения с Китаем развиваются быстрее, чем то, что осталось от отношений с европейскими странами», — подчеркнул российский министр. Пекин тоже заинтересован в том, чтобы подчеркивать свое «стратегическое партнерство» с Россией после откровенно враждебного саммита в Анкоридже и недавнего пакета санкций Евросоюза из-за отношения Китая к представителям мусульманского уйгурского меньшинства в провинции Синьцзян. А вот что сказал Хуа Чуньин, официальный представитель Министерства иностранных дел Китая: «Соединенные Штаты» и их союзники из (разведывательного) альянса «Пять глаз» (Five Eyes) координировали свои действия на этой неделе, и все это выглядело так, как будто они начинают бандитские разборки. Просто посмотрите на карту, и вы поймете, что у Китая друзья по всему миру. О чем мы должны беспокоиться?"

Как и в случае обхода Евросоюза, инициативы Кремля в отношениях с Китаем являются частью более широких российских усилий, направленных на то, чтобы смягчить последствия западного экономического давления и противодействовать ему. В недавнем интервью китайским средствам массовой информации Лавров подчеркнул, что Москва заинтересована в создании «коалиции» государств, выступающих против «односторонних санкций», которые в настоящее время вводятся как против России, так и против Китая. «Такого рода инициативы должны поощряться. Мы должны сформировать максимально широкую коалицию стран, которые будут принципиально противодействовать этой незаконной практике», — добавил он.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.