Можно ли представить себе более странную ситуацию, чем столкновение Константинопольского патриархата, история которого насчитывает более 1600 лет, и киберпреступников? Недавно агентство «Ассошиэйтед Пресс» сообщило, что российские хакеры из группы «Фэнси Беарс» несколько лет подряд шпионили за иерархами, связанными со Вселенским патриархом Варфоломеем I. Сейчас, когда отношения между Москвой и Константинополем достигли высшей точки накала, смысл действий «Медведей» стал понятен: судя по всему, кто-то из россиян хотел проследить за настроениями в окружении Варфоломея. Открытым остается вопрос, кому поступала полученная таким образом информация: российскому руководству или в том числе РПЦ.

РПЦ проигрывает на Украине

Все указывает на то, что Россия скоро потеряет прихожан на украинской территории. В последние несколько месяцев в православном мире ходят слухи, что в Константинополе уже готов так называемый томос — документ, провозглашающий автокефалию Украинской православной церкви, то есть предоставляющий ей полную независимость в рамках православного сообщества. Между тем, как писал в июле на страницах нашего еженедельника Тадеуш Ольшанский (Tadeusz Olszański), «обособление украинской Церкви и объединение расколотых сейчас украинских православных станет не только религиозным, но также политическим и общественным потрясением». Русская православная церковь сейчас прилагает массу усилий к тому, чтобы томос не появился.

Однако все тщетно. Документ, правда, пока не опубликован, но в начале сентября Фанар (так называется стамбульский район, в котором находится резиденция патриарха) сообщил, что Варфоломей назначил на Украине двух экзархов, то есть своих представителей в сане епископа. Они, по всей видимости, займутся подготовкой к процессу создания (и объединения) независимой Украинской церкви.

Задача состоит не только в обретении независимости от Москвы, но и в объединении украинского православия, которое существует сейчас в рамках трех структур: УПЦ Киевского патриархата, Украинской автокефальной православной церкви и УПЦ Московского патриархата (формально каноническим статусом до сих пор обладала только последняя). Неудивительно, что РПЦ, с XVII века считающая Украину своей канонической территорией, отреагировала на заявление Фанара резко негативно. Один из ее иерархов даже заявил о возможности разрыва с Константинополем. Запахло расколом…

Между тем поле конфликта между Москвой и Фанаром не ограничивается Украиной. Борьба на религиозно-геополитической почве давно идет также на востоке.

Вновь разделенная Корея

Примером места, в котором споры между Москвой и Константинополем становятся все более ожесточенными, может служить Корея. История православия в Стране спокойного утра была короткой, но бурной. Первые российские миссионеры, вооруженные иконами и богослужебными книгами, приехали туда с благословения царя Николая II в 1899 году. Их деятельность прервалась из-за русско-японской войны (1904-1095 годы), которую с позором проиграла царская армия. Однако спустя год миссионеры вернулись. Привлечь прихожан им (как и представителям других христианских конфессий) помогала активная образовательная деятельность. Первым корейцем, посвященным в сан диакона в 1911 году, стал один из преподавателей, работавших в церковной школе.

Развитие православной общины прервалось в 1917 году, когда пожар большевистской революции прервал контакты миссии с Владивостоком, а также лишил ее спонсоров. В 1921 году заботу о горстке верующих взяла на себя Японская православная церковь, которая официально все еще подчинялась Москве. В действительности это была часть масштабного проекта оккупировавшей Корею Японии, который был призван огосударствить все религии и подчинить их японцам. Версии дальнейших событий расходятся.

В тексте, который публикует Московская патриархия, можно прочесть, что сеульская миссия находилась в подчинении России вплоть до 1949 года, когда под давлением американцев российским миссионерам пришлось покинуть Корею. С другой версией можно ознакомиться в библиотеке Храма святителя Николая в Сеуле и на сайте Корейской православной церкви. Она гласит, что российских миссионеров действительно выгнали из Кореи, но сделали это не американцы, а южнокорейские власти.

В тени войны и политики

Дальше все стало еще интереснее. Российские источники не пишут о православных священниках, приезжавших в Корею во время войны между коммунистическим Севером (на стороне которого выступали СССР и Китай) и Югом, пользовавшимся поддержкой международной коалиции под предводительством США. В составе войск коалиции были греческие военные, которых сопровождали православные капелланы. Те, в частности, помогали корейским православным беженцам, которые попали в Пусан. В первые месяцы конфликта, когда войска Севера заняли практически весь Корейский полуостров, этот город стал одним из двух районов, которые не удалось захватить коммунистам, и поэтому там смогли найти убежище христиане. Север был к ним безжалостен. Потом, когда Сеул удалось отбить, капелланы-миссионеры занялись восстановлением церкви и общины в южнокорейской столице.

После войны корейское православное сообщество оказалось в сложной ситуации: оно никому не подчинялось. Не желая возвращаться в объятия Москвы, 25 декабря 1955 года после рождественской службы сеульские православные отправили письмо во Вселенский патриархат, прося его взять их под свое крыло. Фанар согласился.

Православию из-за его иерархической структуры было сложно развернуть активную деятельность. В то время как протестантские приходы один за другим возводили огромные соборы, в которых могли собраться тысячи прихожан, православные до 1964 года боролись за свое имущество: после войны южнокорейское руководство, занимаясь национализацией активов японского оккупационного руководства, изъяло все земли, которые принадлежали их Церкви.

Перелом произошел в 1975 году, когда митрополитом в Корее был назначен Сотирий Трамбас. В значительной степени именно благодаря его работе, которую он вел до 2009 года, а также помощи от прибывающих в страну православных эмигрантов, Корейская православная церковь располагает сейчас девятью приходами и двумя монастырями.

Говорящие на языках разных уголков мира верующие (в том числе русские и украинцы) каждую неделю собираются в Сеуле на службу, которая проводится на корейском или церковнославянском языке, а потом устраивают «агапу» — совместную трапезу во дворе храма. Вселенский патриархат, однако, не может спать спокойно: недавно РПЦ вновь перешла в наступление в том числе на Корейском полуострове.

Разворот к Азии

В 2012 году в российской политике произошел разворот к Азии. Его символчисеким началом считается саммит АТЭС, прошедший во Владивостоке. Позже, в контексте войны на Украине, начавшейся в 2014 году, россияне начали претворять в жизнь эту концепцию все более активно. В основном Кремль концентрируется на экономической сфере, однако, сложно не заметить, что он также все чаще пускает в ход российскую религиозную «мягкую силу». Одним из примеров действий в этом направлении можно назвать назначение епископа Солнечногорского Сергия на необычную должность: он стал Управляющим приходами Московского патриархата в странах Восточной и Юго-Восточной Азии. Такое название обязывает: епископ ездит по азиатским странам (в том числе по тем, в которых работают миссионеры патриарха Варфоломея) и создает за деньги Москвы параллельные структуры. В 2017 году в сопровождении делегации он побывал в Южной Корее по случаю публикации книги патриарха Кирилла. Переводом книги занималась возрожденная русская православная миссия в этой стране.

Вселенский патриарх, предстоятель Константинопольской православной церкви Варфоломей I
Нынешний корейский православный митрополит Амвросий пригласил гостя провести совместную службу, но тот отказался. Причиной могло послужить то, что окормлением русскоязычных верующих в Селе занимается украинец Роман Кавчак. Тем не менее конфликт пока не затронул живущих в Корее православных российского происхождения: они в основном остаются верными Корейской православной церкви (напомним, что она находится под опекой Вселенского патриархата).

Между Тайванем и Пхеньяном

Хуже обстоит дело в Тайване. Как и в Корее, первая православная община, находившаяся в подчинении Москвы, распалась. В 2001 году Вселенскому патриархату удалось ее возродить, но в 2012 году россияне создали свой приход. Сейчас две Церкви в Тайване конфликтуют друг с другом и борются за прихожан. Все сильнее накаляется в последнее время также обстановка в Гонконге, Сингапуре и Таиланде. Самая абсурдная ситуация сложилась в Северной Корее. В 2006 году северокорейское руководство возвело в Пхеньяне православный храм. Говорят, что Ким Чен Ир заинтересовался церковным искусством, с которым он познакомился во время поездки в Хабаровск, и ему захотелось перенести его на собственную почву.

И Москва, и Константинополь говорят, что появление храма в северокорейской столице — это их заслуга, и претендуют на то, чтобы взять его под свой контроль. До недавнего времени иерархи с Юга поддерживали контакт с северокорейскими священниками (их выбирал сам «любимый вождь») и даже посещали Пхеньян. В 2017 году контакты оборвались. Судя по всему сейчас доступ к собору имеют только россияне.

Разразится открытая война?

Надежды Украины на обретение автокефалии связаны также с историческими связями между Киевом и Константинополем. Именно от Византии получил крещение князь Владимир в 988 году. С 1686 года Москва, правда, подчинила себе киевскую митрополию, однако, с канонической точки зрения материнской Церковью выступает для Украины Вселенский патриархат. В течение первых веков существования христианства работал принцип «кто успел, тот и съел»: даже если миссионерские поездки закачивались неудачей, территория, на которой та или иная епархия начинала свою деятельность, оставалась за ней навсегда.

Патриарх Московский и всея Руси Кирилл во время празднования 1030-летия Крещения Руси. 28 июля 2018
Повороты истории нередко заставляли нарушать этот порядок. В Азии Вселенский патриархат часто принимал к себе общины, которые не могли (или не хотели) рассчитывать на помощь Церкви в СССР, не только подвергавшейся преследованиям, но и, как мы сейчас знаем, контролировавшейся советской тайной полицией.

Если Варфоломей I, обратившись к аргументу, что он выступает главой материнской для Украины церкви, решит дать украинцам автокефалию, Москва может ответить в Азии тем же самым. Тогда начнется открытая война.

Корейский митрополит Амвросий в интервью греческому порталу «Амен» высказал сожаление по поводу того, какую политику избрала Москва. Он говорил о разрушительном характере националистической идеологии, которая «исходит от Зла, поскольку ставит на первое место не единство Церкви, а национальные интересы». «Подумайте, что произойдет, если россияне создадут собственные приходы? Наши братья из Румынии, Болгарии и Сербии, которых в Корее тоже много, могут заняться тем же самым. Если это случится, мы утратим доверие корейского общества», — отметил иерарх.

Две семьи

Между тем, наблюдая за сложившейся в православии ситуацией, аналитики приходят к выводу, что разделение на два отдельных православных мира становится все более реальной перспективой. Известный исследователь православия Александр Солдатов полагает, что это будут две семьи: одна либеральная, экуменическая и прозападная, а вторая консервативная, эксклюзивистская и автаркическая.

Возможно, однако, что победит диалог. В этом убежден бывший митрополит Сотирий, который живет сейчас в монастыре Преображения господня в корейской провинции и считается самым старым православным миссионером в мире (ему уже почти 90 лет). Когда я разговаривал с ним около года назад, он был уверен, что ничего серьезного не происходит, в конце концов Церковь справлялась с проблемами и похуже.

Однако накал страстей и тон заявлений, звучащих из Москвы в последние дни, говорят, что ближе к истине может оказаться прогноз Солдатова.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.