300 человек против Варшавского договора: окопавшиеся среди скал побережья Балтийского моря датские солдаты должны были остановить советские корабли. Так планировала НАТО в случае войны — но у правительства Копенгагена были другие планы.


Возведение крепостей вышло из моды: «Неподвижные укрепления — это памятники человеческой глупости», — сделал вывод американский генерал танковых войск Джордж Паттон (George S. Patton) в конце Второй мировой войны, когда он со своей армией оставил позади себя французскую линию Мажино и оказался перед немецким Западным валом. Это были укрепления границ, задуманные на века, но затем ставшие бесполезными. Новый конфликт должен был снова воскресить вопрос осмысленности таких укреплений в начале 50-х годов.


Европа застыла в холодной войне, и маленькая страна Дания оказалась в непосредственной близости от Советского Союза, ядерной державы, и его вассальных государств. Страна, которая с географической точки зрения, была для государств-членов Варшавского договора пробкой на пути к мировому океану, искала защиты в Североатлантическом союзе. Но, прежде всего, американцы не хотели помочь датчанам в их желании превратить Зеландию, крупнейший остров на передовой линии фронта, в крепостной бастион.


В том случае, если бы советские военные корабли начали продвижение в сторону Атлантики, задачей датчан было только объявить тревогу и как можно дольше задерживать продвижение врага. Что бы в дальнейшем не произошло, их работа была бы на этом выполнена. Западный альянс не хотел открывать линию фронта на Эресунне, у него было достаточно дел с удержанием обороны Рейна. НАТО не могла гарантировать неприкосновенность датских островов, для контроля Балтийского моря она рекомендовала использовать мобильные подразделения.


Естественно, у датчан были другие приоритеты: им были искренне безразличны проходящие мимо корабли. Они хотели быть уверены в защищенности именно своей территории, даже после того, как они ударят в набат, сигнализируя о нападении.


Поэтому они построили крепостной бастион за свой счет, и тем самым создали удивительно долговечную систему: в последней датской крепости НАТО продержалась еще многие годы, после того как развалился Советский Союз.


Днем белые скалы Стевнса сияют. Отвесный и изрезанный берег этого полуострова круто обрывается в море к югу от Копенгагена. На расстоянии в несколько сотен метров из моря торчат скалы. Они окружают короткий каменистый пляж, в центре которого проходит бетонная дорожка от воды к скалам. Дорожка заканчивается перед ржавой стальной дверью.


Идею для своего военного укрепления форта Стевнс датчане подсмотрели в Англии, а именно: у Дуврского замка. Но образцом для них был не заметный отовсюду замок, а то что под ним: секретная подземная система ходов со всем необходимым для жизнеобеспечения.


Лабиринт из тоннелей и подземных помещений в скалах Стевнса занимает около семи тысяч квадратных метров. В соответствии с условиями нового времени крепость должна была «выдерживать воздействие современного оружия», то есть быть защищенной от газовых и ядерных атак. Однако когда в 1951 году началось ее проектирование, о конкретном воздействии ядерного оружия было еще мало известно. Иначе, наверное, уделили бы большее внимание дверям, которые, по сегодняшним оценкам, выдержали бы ударную волну лишь ограниченной силы и, в худшем случае, сплавившись с наличниками, превратили бы крепость в ловушку.


О самом местоположении иллюзий не было: если бы холодная война превратилась в горячую, то остров Зеландия был бы одной из первых целей для ядерной атаки.


«История, которую мы помним, но не знаем»


На протяжении десятилетий в расположенном в 18 метрах под поверхностью земли известняковом укреплении горел свет. 24 часа в сутки в оперативном центре собирали информацию о движении кораблей Восточного блока. В критическом случае позиции форта Стевнс должны были удерживать до 300 человек. Для этого проводились ежегодные тренировки — дважды это было серьезно: в 1962 году во время кубинского кризиса и в 1968 году во время подавления Пражской весны датчане закрывались на несколько дней в своей крепости, готовые к началу войны.


Что бы на самом деле произошло дальше в таком случае, остается только гадать. «Надеялись, что смогут защищать форт на протяжении недели. Удалось бы это в реальности или нет, никто не знал», — говорит историк Томас Педерсен (Thomas Tram Pedersen), который, как бывший руководитель музея, хорошо знает эту крепость. В случае объявления критической ситуации остров Зеландия был бы эвакуирован. Но для этого понадобилось бы, по меньшей мере, 36 часов. В случае внезапной атаки и имеющегося запаса времени в четыре минуты после предупреждения о ракетном ударе это было бы невозможно. Проект был детально спланирован, как и многие другие меры по защите населения. Однако датчане узнают об этом в основном только сейчас.


Спустя более четверти века после окончания холодной войны в маленькой стране возник большой интерес к этой эпохе. И до сих пор многие вопросы остаются открытыми. «Это история, о которой все мы можем помнить, но которую мы не знаем», — говорит историк Педерсен. Как и в когда-то разделенной Германии, в Дании тоже и сегодня помнят две разные версии. Несмотря на членство их страны в НАТО, немалое количество датчан долгое время считало ГДР лучшей Германией. «И есть еще многие, кто не хочет говорить о том, что они пережили во время холодной войны, или те, кому об этом пока говорить нельзя».


«Они считали, что не имеют ничего общего с войной»


Наряду с фортом Стевнс было еще около 100 учреждений, которые практически круглосуточно следили за Востоком; примерно миллион молодых людей в это время служили в армии. «Но никто не знал, насколько близко в действительности было начало войны, и что они на самом деле тогда делали». Еще меньшее представление об уготованной для них в случае войны роли часто имели датчанки. «Они считали, что не имеют ничего общего с войной». Это было заблуждением.


Историк вспоминает о встрече с женщинами, работавшими в библиотеке, которые только из беседы с ним узнали о том, что и они были частью датской подготовки к войне. «Благодаря их профессии у них был доступ к списку всех сограждан и в случае войны они должны были руководить эвакуацией мирных жителей». Только сейчас многие датчане узнали о том, что для них были продуманы задания, о которых они ничего не подозревали и узнали бы только с началом войны.


Иногда время приносит горькое подтверждение дурным предчувствиям. Например, как в случае с бывшим морским офицером, который после закрытия форта Стевнс работал там гидом для туристов. Один польский посетитель дал ему понять, что в случае войны его заданием было бы ликвидировать его. Детальные сведения, которыми обладал посетитель о семье и жилищных условиях датского коллеги практически не оставляли места для сомнений в его правдивости. О подобных случаях сообщали и из других мест, говорит Педерсен. «Вероятно, что эти утверждения правдивы».


Включенный в структуру НАТО форт Стевнс в 80-е годы был модернизирован и оснащен цифровой техникой. Были законсервированы большие орудийные башни на крыше крепости — изначально они были установлены на немецком военном корабле «Гнайзенау», в 1943 году были использованы вермахтом у западного побережья Дании в Атлантическом вале и, наконец, были выдвинуты датским военно-морским флотом на позицию в Стевнсе в направлении на восток. Большого штата для их обслуживания больше уже не требовалось.


Переоборудование превратило форт в один из самых современных военно-морских центров наблюдения НАТО с небольшой командой, состоящей теперь из 12-14 человек. Защищенная от бомбардировок крепость оказалась важным источником информации в мирное время, и сохранилась после того, как пала Берлинская стена и в 1991 году распался Советский Союз. Потому что вместо одной ядерной державы теперь Дания увидела себя в конфронтации сразу с несколькими вооруженными ядерным оружием бывшими советскими республиками.


Только когда наблюдение за морским и воздушным пространством стало возможно дистанционно, без участия персонала на месте, в 2000 году было законсервировано последнее прибрежное укрепление датской армии. Большинство из когда-то использовавшихся там систем наблюдения и коммуникации и сегодня остаются строго охраняемой тайной.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.