Образование только что получено, а перспектив найти работу почти нет. Поэтому они предпочли потрошить рыбу в Финнмарке. 23-летние Лаурюнас и Жиедуне из Литвы видят возможности там, где, по мнению норвежцев, нет никакого будущего.


«Ну, это, конечно, не работа мечты. Но, возможно, это сможет вывести нас к мечте», — говорит Лаурюнас Паулаускас.


Он и его гражданская жена Жиедуне Григайте живут в простенькой меблирашке в Скарсвоге (Skarsvåg) на мысе Нордкап.


На севере за Скарсвогом в континентальной Норвегии больше никаких населенных пунктов нет — да и вообще нигде в мире нет никаких рыбацких поселков севернее.


В деревне от силы 50 жителей, есть и школа — без детей и учителей.


На небольшой рыбной фабричке в конце деревни по-норвежски говорят только двое.


«Местной рабочей силы у нас нет», — рассказывает руководитель предприятия Пер Инге Акслен (Per Inge Akslen).


Будущее — это самое главное


Но молодую пару больше занимает будущее, чем монотонная работа на самом краю севера.


«Это простая работа. Мы хотим, чтобы у нас было надежное будущее, а здесь мы зарабатываем раз в пять-шесть больше, чем дома», — говорят они.


А мечты о будущем — это собственный дом и много общих детей.


«А еще отпуск в Таиланде», — добавляет Жиедуне.


Молодая пара, приехавшая в практически вымерший рыбацкий поселок в Финнмарке, чтобы работать там, где не хочет работать ни один норвежец, покинула Литву — как и многие другие молодые люди.


«Я прекрасно понимаю молодежь»


В результате в Литве во многих регионах в населении преобладают пенсионеры. Как, например, на малой родине Жиедуне, недалеко от Клайпеды.


«Молодые просто должны уезжать. Здесь возможностей немного. Но мы скучаем по ним, мы просто должны им звонить каждый день, чтобы услышать, как у них дела», — рассказывает мама, Ниёле Григайтиене.


Вместе с отцом, Арюнасом Григайтисом, они в эту среду выбрались в центр.


«У нас в стране большая проблема. Даже те, кто имеет степень магистра, не могут найти работу», — рассказывает Арюнас.


Бегство из страны


После распада СССР и вступления Литвы в ЕС численность населения страны упала на 25%. Только в Клайпеде количество жителей снизилось с 240 тысяч до 160 тысяч.


Исчезает именно рабочая сила.


Только в 2016 году в Норвегию приехали 4 тысячи литовцев. Объяснение кроется в норвежской рыбе.


Исследовательский институт Nofima в Тромсё проанализировал важнейшие изменения в жизни общества.


Исследователь Эдгар Хенриксен (Edgar Henriksen) объясняет:


«Раньше на рыбоперерабатывающие предприятия на сезонную работу приезжал народ из деревень, где традиционно были сильны рыбацкие общины. Сейчас на этих фабриках заняты работники, в частности, из прибалтийских стран».


«Объяснение заключается в хорошей зарплате и в том, что они соглашаются на сезонную работу».


«Нет основы для создания поселений»


Развитие ситуации в последние десятилетия говорит о том, что на севере Норвегии существует совершенно очевидная проблема.


«Все меньше коммун сохраняют зависимость от рыболовства и рыбопереработки. Рыба уже не является основой для создания поселений», — констатирует он.


Вернемся в Скарсвог. На сегодня молодая пара работу закончила.


«Для нас просто замечательно, что норвежцы не хотят здесь работать», — признаются они.