Почему так важно считать своих бабушек и дедушек порядочными людьми? Или: почему нужно признавать, что мы потомки преступников? Для миллионов россиян подобное означало бы отречься от всего, чем они до сих пор гордились. Поэтому им проще жить в исторической лжи. С теми же, кто хочет изменить положение, может произойти то же, что с российским историком Кириллом Александровым, который лишился научной степени, отказавшись изменить свой труд о власовцах, а значит, и о Пражском восстании.

Под окнами кричит группа людей с российским флагами «Позор!» и «Предательство!». В помещении душно. Никогда еще столько народу не приходило на защиту диссертации в Санкт-Петербургский институт истории РАН. «За 40 лет своей работы я здесь такого еще не видел!» — говорит глава института Николай Смирнов. Герой дня — российский историк Кирилл Александров. Похоже, он взволнован и удивлен. После минутных колебаний он уверенно защищает свою работу «Генералитет и офицерские кадры вооруженных формирований Комитета освобождения народов России 1943-1946 гг.». 17 членов комиссии проголосовало «за», и только один «против». Люди на улице были разочарованы. По их мнению, исторический труд о советских офицерах, которые вместо того, чтобы бороться с Гитлером, воевали против Сталина, по мнению этих людей — предательство, а Александрова надо заклеймить.

Эта драма разыгралась в марте 2016 года, и, как казалось, толпа на улице никак не сможет изменить решение о присуждении степени доктора исторических наук одному из виднейших российских специалистов по первой половине прошлого века. Ровно через год и три месяца, в мае 2017 года, экспертный совет ВАК выразил сомнения в квалификации Александрова, а в июне Министерство образование лишило его присужденной научной степени.

Во всей этой истории немалую роль сыграло Пражское восстание.

— DeníkN: Был ли шанс, что Вам оставят степень? Не хотели ли они, чтобы Вы, например, переписали работу?

— Кирилл Александров: Они требовали, чтобы я написал, что власовцы были предатели. Я заявил, что те из власовцев, у которых было советское гражданство (а оно было не у всех, потому что среди них были и русские эмигранты, проживавшие в Европе), совершили измену с точки зрения советского уголовного права. Я не использовал такие ненаучные слова, как патриот, изменник и тому подобное. Я отказался что-либо менять, потому что это против моей совести. На протяжении 25 лет я сидел в архивах никем не замеченный, а потом я захотел рассказать о результатах своих исследований. И вот что вышло.

— Вероятно, кому-то не нравится то, как Вы преподнесли власовцев.

— Негодование вызывало то, что среди власовцев я обнаружил героев СССР, которые храбро сражались в 1941 — 1942 годах. Они не были ни трусами, ни дегенератами, как их у нас описывают. Среди них встречались уголовники, но к власовцам примыкали и многие выдающиеся люди. Однако я не хотел превращать эту тему в политическую, поэтому отказался выносить оценку власовцам. Из-за этого меня и лишили степени. Это был просто политический разгром.

Чешский историк и депутат Павел Жачек, который писал отзыв о диссертации Александрова, уверенно встал на сторону коллеги: «Нужно пресечь политическое вмешательство в академические порядки, а также в свободные исследования… Я уверен, что научные сообщества и вузы по всей Европе должны отказаться от подобной практики. То, что некоторые исторические темы, такие как, например, военно-политическое движение генерал-лейтенанта РККА и главнокомандующего РОА А. А. Власова во времена Второй мировой войны, кого-то не устраивают, еще не означает, что эти темы нужно цензурировать и уголовно преследовать авторов, которые ими занимаются».

— Чехам стоит уважать Власова или, напротив, воспринимать его как человека, который просто пытался спасти собственную шкуру?

— Власовцы задержали приход коммунизма в Чехословакию на три года. Но участие власовской дивизии в пражском восстании было случайностью. Собственно, к этому привела глупость командующего Вермахта в Праге генерала Рудольфа Туссайнта. Он выдвинул им ультиматум. Он хотел, чтобы они подчинялись немецким приказам, а иначе грозил их разоружить и разбомбить. Тогда власовцы решили помочь чешским повстанцам.

Восстание началось пятого мая без какой бы то ни было договоренности со Сталиным. Никто из ваших не проконсультировался с Москвой. Но, по плану Сталина, 11 или 12 мая Прагу должна была освободить Красная армия. Тогда чехи были бы благодарны Красной армии, и в этой атмосфере «клементов готвальдов» и им подобных уже тогда привели бы к власти, проделав это под лозунгом «Ведь вы обязаны нам за то, что мы освободили вас от немцев».

Когда утром 9 мая Красная армия добралась до Праги, дело уже было сделано. Более 24 часов назад немецкий гарнизон сдался самим чехам. Я читал письма членов вашей Национальной гвардии, которые впоследствии бежали на Запад. Когда в 1946 и 1947 году они вели переговоры с советскими представителями, те на них страшно ругались: «Вы связались с этими власовцами и нарушили наши планы!»

Если бы власовцы не спасли пражское восстание, все произошло бы так, как задумал Сталин.

— Но задержка в Праге осложнила положение самих власовцев…

— Именно так. Если бы их не задержало пражское восстание, вероятно, они успели бы уйти в американскую зону. А они потеряли три дня, и путь уже был закрыт. Судьба целой дивизии оказалась трагической. Они оказались зажаты между советскими и американскими силами под Лнаржи, без оружия, потому что американцы заставили их сложить его. Отступать власовцам было некуда. Кто-то из них сдался большевикам, а кто-то пробился к американцам. Несколько сотен власовцев совершили самоубийство: как я выяснил, тогда было совершено от 350 до 400 самоубийств.

Власовцы были советскими военнопленными, которые во время Второй мировой войны воевали на стороне немцев против советского режима. Власовцами их называют по имени их командующего генерала Андрея Власова, который в 1942 году попал в немецкий плен, а в ноябре 1944 года с помощью немцев создал Русскую освободительную армию. Ее статус был утвержден на конференции Комитета освобождения народов России в 1944 году в Праге. В 1945 году Власов с частью своих бойцов пробился к американцам, но затем его выдали СССР. Генерала Власова казнили в Москве второго мая 1946 года.

— Почему пленные советские солдаты переходили на сторону врага?

— По разным причинам. Многие власовцы ненавидели Сталина. Но, увидев, что творят немцы, они все переоценили. Сам Власов был сложной фигурой. Он воплощает собой проблему советского человека сталинского типа, у которого в душе много всего намешано.

— Смятение в душе?

— Для многих советских военнопленных, попавших в плен еще в 1941 году, пребывание в немецком лагере было невероятным опытом. Представьте себе, что там люди впервые смогли откровенно поговорить друг с другом, не опасаясь НКВД (Народный комиссариат внутренних дел СССР — прим. авт.). Многие пережили настоящий шок. Впервые за 20 лет они могли высказать в дискуссии с остальными солдатами свою точку зрения. В немецком плену!

Власов решил рискнуть

— А чем руководствовался сам Власов, этот образованный, способный и умный человек?

— На мой взгляд, он никогда не стал бы сотрудничать с немцами, если бы не встретился с немецким офицером, который произвел на него огромное впечатление. Вильфрид Карлович Штрик-Штрикфельдт прекрасно говорил по-русски, он происходил из Петербурга из семьи обрусевших немцев. Во время Первой мировой войны он служил в русской армии, а во время Гражданской воевал вместе с белым генералом Николаем Юденичем. Это он убедил Власова, что борьба со Сталиным может увенчаться успехом, и Власов решил рискнуть.

Никто не заставлял Власова под дулом пистолета и не говорил ему: «Если ты не будешь сотрудничать с нами, мы тебя убьем». У него был выбор, как себя повести. Он мог сохранить лояльность к Сталину и спасти себе жизнь. Но он решил по-другому. Это решение было его главным поступком.

— Был ли у них шанс достичь цели, то есть свергнуть Сталина?

— Практически нет. Но сам факт того, что он попытался создать антисталинскую программу и вызвал Сталина на бой, невероятно важен. Да, он пошел на ряд нравственных компромиссов, но Власов и его люди — это часть нашей истории, которую мы должны изучать.

— Кому в России не нравится Ваша работа о власовцах? Коммунистам? Поклонникам Сталина?

— Официальная пропаганда хочет показать, что все граждане СССР были едины, что все воевали за Сталина. Но это неправда. Власов — это просто альтернатива, а она опасна для авторитарной власти любого рода.

— Есть ли нечто общее между власовцами и украинскими бандеровцами?

— Их часто сравнивают, но я вижу между ними мало общего. Схожи они только тем, что из-за тех и других у меня большие проблемы. Сначала из-за власовцев меня лишили научной степени, а потом кто-то припомнил мою статью 2014 года о бандеровцах (статья «Бандера и бандеровцы» в «Новой газете» от марта 2014 года; через два года после публикации Ленинский районный суд Санкт-Петербурга признал статью экстремистской, и ее удалили с сайта газеты, а за «реабилитацию нацизма» историку грозит до пяти лет лишения свободы — прим. авт.).

— Из-за Бандеры Вы даже оказались на скамье подсудимых?

— Меня обвиняют в том, что я оправдываю Бандеру, хотя эксперты, которые исследовали мою статью, ничего подобного не нашли. Тем не менее я в итоге проиграл во всех инстанциях. Теперь дело рассматривает Верховый суд. Потом меня ждет Европейский суд по правам человека.

Но Бандера не Власов. Если уж и сравнивать Власова с кем-то, так с генералом фон Зейдлиц-Курцбахом. Перейдя на советскую сторону, он создал «Союз немецких офицеров». Когда в 1956 году он смог вернуться на родину, его спросили, в какую из Германий он хотел бы попасть? «Конечно, в Западную», — ответил он. Он уехал, и что он сделал в первую очередь? Он потребовал, чтобы в стране, где еще при Гитлере его осудили как изменника, его судили еще раз. И его судили за то, что он нарушил военную присягу, но поскольку причиной послужила неприязнь к НСНРП, его признали невиновным. Да, на этого офицера Власов похож, а на Бандеру — нет. Он был политическим деятелем, а не военным.

— Как Вы оцениваете споры вокруг таких фигур, как Бандера? Одни считают их героями, а другие военными преступниками.

— Сейчас Бандера для Украины — важный символ. Если мы хотим остаться верны исторической правде, то бандеровцы (уже без Бандеры, который в то время сидел в немецком лагере) убили около 80 тысяч поляков, а поляки убили не менее 30 тысяч украинцев. Украино-польский конфликт начал не Бандера. Он берет начало в XIX веке и имеет свои глубокие причины.

В конце 1944 года бандеровцы даже попытались объединиться с власовцами. Но последние не захотели говорить о признании самостоятельной Украины в момент, когда, по их мнению, необходимо было общими усилиями победить Сталина. Власовцы сказали бандеровцам, что только после его устранения народы сами решат, хотят ли они независимости. Поэтому договориться у них не получилось.

Только героические действия Красной армии

— Сегодня документы, которым, скажем, даже сто лет, снова переводятся в категорию засекреченных. Почему сейчас ограничивают доступ к тому, что повествует о вашей истории?

— В 90-х получить доступ к архивным документам того времени было проще. Сегодня, например, уже полностью закрыт архив Федеральной службы безопасности. Архив Министерства обороны открыт частично. Засекречены также материалы о деятельности группы контрразведки СМЕРШ (название возникло от русского словосочетания «смерть шпионам» — прим. авт.) в 1943 — 1946 годах. Я не могу попасть и в региональные архивы управления ФСБ.

Причины чисто политические. Например, нельзя ставить под сомнение безупречность Красной армии. Я сам в архивах находил большое количество документов, в которых были сведения, свидетельства о таких вещах, как изнасилования, мародерство. Когда, будучи студентом, в 1992 году я впервые пришел в военный архив, то подписал обязательство не выписывать из документов ничего, что дискредитирует русскую армию. Я мог распространять информацию только о героических поступках. Но есть воспоминания ветеранов, которые незадолго до смерти кое-что рассказали. Например, то, что опубликовал профессор Никулин, который во время войны служил сержантом, ужасает. Такого даже я не ожидал.

— Такое же табу лежит и на преступлениях коммунизма?

— В 1992 году Конституционный суд Российской Федерации постановил, что, в частности, руководители коммунистической партии признаются виновными в преступлениях против миллионов человек. Виновными в организации репрессий. Важно, что это решение никто никогда не отменял. Просто его никто «не помнит». Наша страна могла начать тогда декоммунизацию. Так же, как Германия прошла через денацификацию, и мы должны были пройти через нечто подобное. Вердикт давал такую возможность.

Архивные материалы до сих пор могут скрывать многие факты, которые доказали бы вину коммунистов в ходе возможного процесса. После него могла бы начаться декоммунизация.

— Вы говорите о декоммунизации как о принципиальном шаге, который мог бы изменить мышление россиян. Не иллюзия ли это?

— Сегодня в России стоит более 30 памятников Сталину. Большинство из них — новые, они появились в последние 15 лет. Тенденция к оправданию Сталина и его террористической политики усилилась, главным образом, в последнем десятилетии. Пропаганда убеждает нас либо в том, что преступлений, о которых пишет, например, Александр Солженицын, не было, либо в том, что их масштабы преувеличены. Не менее популярен и третий вариант: да, все это было, но в других странах творилось то же самое и даже хуже.

— Но не правда ли это отчасти? Не привыкли ли мы считать СССР символом абсолютного зла, тогда как на самих себя смотрим сквозь розовые очки?

— Вы хотите цифры? Например, голод в 1933 году в СССР унес жизнь шести с половиной миллионов человек по всему Советскому Союзу. Из них три миллиона восемьсот тысяч погибли на Украине. Остальные погибли на Дону, Кубани, в Поволжье, Казахстане. В 2008 году Государственная Дума приняла документ, в котором приводится эта цифра. То есть речь идет о неоспоримом факте, который не могут игнорировать даже самые рьяные сталинисты. Тем не менее из уст многих россиян вы можете услышать: мол, ну и что, в тот же период в США из-за голода, спровоцированного великой экономической депрессией, погибло десять миллионов человек. Так что, мол, в чем разница между США и СССР? Полная чушь. Дезинформация. Нет ни одного факта, который подтверждал бы подобные утверждения. Но на многих они производят большое впечатление.

— То есть исследование преступлений коммунизма в России табу?

— Государство всеми силами этому сопротивляется. В первую очередь, скрываются преступления, которые государство совершило против собственных граждан. В Москве недавно открыли памятник жертвам политических репрессий. Наш президент Владимир Путин принял участие в этом мероприятии. Но он и словом не обмолвился о том, кто совершил эти преступления, кто виновен. Кто те люди, которые были исполнителями репрессивной политики.

— Президент Путин уже давно не поддерживает коммунистов. Ему было бы все равно, если бы коммунистическую партию запретили.

— Ему не все равно. Речь идет о принципиальной проблеме — проблеме преемственности. Продолжении государства. Откуда мы взялись? Каково наше происхождение? Кто наши предки, и какими они были? Из этого должно следовать, с чем себя идентифицирует современная Россия. С какой Россией хотим себя связывать мы, ее нынешние граждане. Ведь каждый из нас хочет, чтобы его бабушки и дедушки были как минимум порядочными людьми.

— А Вы хотите, чтобы россияне отказались от своих предков, чтобы видели в них убийц и тиранов и перечеркнули свое прошлое. К чему это может привести?

— Была у меня такая идея. По случаю сотой годовщины Великой Октябрьской революции в 2017 году было официально объявлено, что время второй смуты (под этим термином понимается глубокий экономический, духовный и культурный кризис — прим. авт.) заканчивается как раз сейчас. Сотая годовщина — отличная возможность не только переоценить, но и распрощаться с прошлым. А также в общих чертах описать, как жить дальше.

— Почему этого не получилось?

— Я могу ошибаться, но наша проблема как раз в том, что «делать дальше». Что мы можем предложить миру. Каких мы достигли успехов. Может, у нас замечательное образование и умные ученики? Или мы умеем прекрасно лечить рак? Или у нас самый быстрый интернет, или самые вкусные в мире сыры? К сожалению, нет.

Зачем летать в космос, если у вас нет вкусного сыра

— Вы одни из немногих, кто летает в космос.

— Летать в космос, если у вас нет вкусного сыра, бессмысленно. Кроме того, я как историк позволю себе утверждать, что если у нас к власти не пришли большевики, мы полетели бы в космос на 15 лет раньше.

— Большинство россиян убеждено, что без большевиков вы никогда не полетели бы в космос.

— Не только. По мнению большинства, без большевиков мы не победили бы и во Второй мировой войне. Но я возражу: без большевиков никакой Второй мировой войны не было бы. Гитлер, разумеется, был бы и многое натворил бы, но Вторая мировая война в том виде, в каком мы ее знаем, не началась бы.

— Вы имеете в виду, что не был бы подписан пакт Молотова-Риббентропа?

— Летом этого года мы будем отмечать 80-ю годовщину пакта (первоначально: секретное соглашение между нацистской Германией и СССР о ненападении и разделении сфер влияния в Европе от августа 1939 года — прим. ред.). Он непосредственно привел к войне. Без подписания такого документа Гитлер никогда не напал бы на Польшу. Ведь Сталин гарантировал Гитлеру нейтралитет. Это было приглашение для немецких войск в сентябре 1939 года в Польшу. А ведь было бы достаточно, если бы Сталин сказал: «Вторжение Вермахта мы будем расценивать как угрозу для нашей безопасности». Гитлер никогда не пошел бы на такой риск, потому что летом 1939 года Красная армия была сильнее, чем в 1941 году. Тогда у нее были все шансы быстро победить Германию. Но Сталин думал, что Гитлер примется за Польшу, а потом за Францию и Англию, и что все они будут воевать очень долго, пока их силы не иссякнут и они не переубивают друг друга. Что в результате? Лагерь от Ла Манша вплоть до Владивостока. Об этом мечтал еще Ленин, а Сталин воплотил в реальность.

— Не является ли продолжением этих мечтаний идея президента Путина о так называемом русском мире?

— Восхищение Сталиным, триумфализм, лозунги типа «Мы лучшие и величайшие» или «Мы спасли вас от Гитлера», из чего следует, что «вы нам этим обязаны» — вот девизы русского мира. В 90-х были слышны призывы к такому же покаянию, через которое прошли немцы после Второй мировой войны. Покаянию за то, что мы допустили большевизм. Некоторые тогда задавались вопросом: «А что же мы должны делать? Выйти на площадь и биться головой о землю?»

Нет. Покаяние означает смену отношения к тому, что человек сделал. Проблемы со своей историей испытывают многие народы, а не только мы. Но в основном им удается осознать свои ошибки. Конечно, мертвые не встанут из братских могил, но нужно признать, что это была ошибка и что мы не хотим ее повторения.

— Но разве люди этого не знают? Разве детям в школах об этом не рассказывают?

— Практически нет.

— А что российским детям рассказывают, например, о начале Второй мировой войны?

— Что Советский Союз попытался предложить Западу свою помощь, но ее отклонили и таким образом вынудили пойти на пакт с Германией. Потом СССР был втянут в войну, смело сражался и добился великой победы.

— А о красном терроре, репрессиях…

— Об этом упоминают, но не приводят никаких цифр. Не так давно я участвовал в рецензировании новой концепции учебника истории, и поэтому мне известно, что самое главное там не это. Сколько людей проживало в России в 1917 году, и куда они потом исчезли? Таблица была бы простой, и каждый школьник помнил бы ее наизусть. Сколько людей проживало на территории России до Гражданской войны — это одна графа, а после нее — минус 12 миллионов. Другая колонка: сколько людей проживало в России до голода в 1921 — 1922 годах, а после — минут четыре с половиной миллиона. Голод в 1933 году, а после него — минус шесть с половиной миллионов. Жертвы ГУЛАГа: два миллиона человек за 30 лет (с 1923 по 1953 год). Истребление так называемых врагов народа: по официальной статистике было убито 800 тысяч человек.

— Цифры настолько велики, что под ними я даже не могу себе представить конкретные человеческие судьбы. По-Вашему, они соответствуют реальности?

— Несомненно, данные о количестве жертв голода соответствуют действительности. Некоторую трудность представляют данные о смертях в ГУЛАГе. В реальности жертв, скорее всего, было больше. В 30-е годы руководство лагерей ввело в практику следующий «трюк»: заключенных, которые дышали на ладан, освобождали. Это называлось «запротоколировать» заключенного, то есть освободить на основании протокола. И такой человек умирал уже за воротами лагеря. В статистику лагерей его не вносили.

Больше всего вопросов вызывает количество расстрелянных врагов народа. С 1923 по 1953 годы официально органы госбезопасности расстреляли 800 тысяч человек. Эту цифру сообщили Генеральному секретарю Никите Хрущеву в декабре 1953 года. Однако мы, историки, предполагаем, что только в 1933 году было расстреляно намного больше людей, чем указано в официальных документах. Поэтому возможно, что казненных было намного больше миллиона.

— Но не достаточно ли и этих признанных 800 тысяч?

— 800 тысяч расстрелянных за 30 лет в СССР кому-то могут показаться в целом нормальной цифрой. В царской России за 37 лет (с 1875 по 1912 год) было казнено в общей сложности шесть тысяч человек. Русская интеллигенция считала эту цифру невиданной. Большинство казненных были настоящими уголовниками, а не политическими противниками режима. Среди расстрелянных в годы сталинских репрессий почти не было уголовников. Подавляющее большинство казненных было так называемыми врагами народа.

А есть еще 700 тысяч погибших кулаков за десять лет…

— Об этих жертвах говорят немного, но число жертв Второй мировой войны ведь не было причин скрывать. Почему подлинные цифры появились только после распада СССР?

— Впервые приблизительное количество жертв Второй мировой войны обнародовал Горбачев — 26 миллионов 600 тысяч. Вероятно, их было не больше. Проблема заключается в другом: кого включать в эту статистику. Официально восемь с половиной миллионов погибших — военнослужащие, погибшие на фронте. Остальные — мирные жители. Но тут есть один момент: речь идет о мирном населении, погибавшем на оккупированных территориях. На самом же деле все наоборот. 16 с половиной миллионов жертв — это военнослужащие, а десять миллионов — мирные жители. Только четыре с половиной миллиона погибло на оккупированных территориях, а пять с половиной миллионов — это те, кто погиб в глубоком советском тылу, в том числе жертвы ленинградской блокады, унесшей миллион жизней.

О репрессиях, казнях и кулаках — ничего

— Почему люди умирали в тылу?

— От голода, из-за болезней, а кроме того, резко возросла смертность среди лагерных заключенных. Своего пика она достигла в 1942 году. Тогда в советских лагерях смертность достигала 25 процентов, а это больше, чем в Бухенвальде. Погибла четверть заключенных.

— Российские школьники узнают эти цифры на уроках истории?

— Там рассказывают только о том, что во время Великой Отечественной войны погибло 26 миллионов 600 тысяч советских граждан. О репрессиях, казнях и кулаках не говорят ничего.

— Значит ли это, что вину за эти огромные потери в представлениях россиян несут исключительно немцы?

— Разумеется. Кстати, данные о 26 миллионах 600 тысячах погибших в годы войны не обязательно соответствуют действительности. Лично я допускаю, что их могло быть на полмиллиона меньше.

— Откуда взялась эта ошибка?

— К погибшим причислили и тех, кто после войны остался на Западе, а это около полумиллиона советских граждан. Им удалось избежать всех депортаций и насильственных репатриаций, поэтому их отнесли к жертвам.

— Должны ли чехи и русские запретить коммунистические партии?

— Обязательно. Гавелу стоило намного больше объяснять людям историю, заниматься просвещением, которое привело бы к запрету коммунизма. В вашем случае это особенно меня удивляет. Я полагал, что 1968 год навсегда открыл вам глаза. Но потом я понял, что и при коммунизме многие из вас делали карьеру и жили неплохо. Таких страшных вещей, как у нас, у вас не происходило. Но никто не подсчитает ущерб, нанесенный тем, что люди учились лгать, приспосабливаться, предавать и подозревать друг друга. Все это сказывается по сей день.

Коммунистические партии во всем мире связаны с ужасающими преступлениями. Не только в России, но и во Вьетнаме, в Камбодже, на Кубе. Везде одно и то же: искоренение интеллигенции, предпринимателей, частой собственности. Принуждение людей к притворству, массовые убийства… Коммунисты по всему миру убили больше людей, чем нацисты.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.