Достоевский был не только писателем, но, пожалуй, и первым блогером. В его эпоху не было компьютеров и интернета, однако Достоевский издавал свой журнал и обеспечивал рассылку номеров его подписчикам.

Помимо статей в других периодических изданиях, в журнале «Дневник писателя», который Достоевский издавал с 1876 года до самой своей смерти, он наряду с вопросами литературы затрагивал такие разные темы, как религия, нравственность, справедливость, внешняя политика, общественно значимые темы, актуальные проблемы. В то же время журнал содержал и художественные рассказы.

Мы знаем, что русские классические писатели были весьма чувствительны к общественным проблемам своей эпохи. Иначе и быть не могло. Особенно в такие необычные времена. Но также становится понятно, что в эти последние годы царского режима можно было спокойно выражать довольно разнообразные мнения.

В частности Толстой после оставивших неизгладимое впечатление романов пытался соединить мудрость Востока и Запада, найти новый нравственный путь для человечества. Он искал спасение людей от зла, тщеславия, себялюбия, угнетения. Мыслил во вселенском масштабе, принимая во внимание все человечество.

А у Достоевского преобладали в большей степени славянофильские взгляды. Основные темы, которые выделяются в его дневниках, на самом деле были по сути тесно связаны с проблемами, которые исторически всегда обсуждались и в таких странах, как Турция. В его статьях выходили на передний план такие темы, как идея вестернизации, дистанция между интеллигенцией и народом, проблемы, вызванные проникновением в общество иностранного языка, проблемы культуры и образования, женский вопрос, национальное самосознание. Но, к примеру, свои идеи о русских, европейцах, турках, евреях он озвучивал открыто, не опасаясь реакции, которую они повлекут за собой.

В этой связи я хотел бы коснуться некоторых моментов, которые показались мне интересными в дневниках писателя, представляющих собой достаточно обширный труд.

Достоевский говорил, что христианские добродетели и Иисус сохранились только в православии. Православие он в некотором смысле считал неотъемлемой частью русского человека. Он поднимал проблему русской души, идеального народа. В своих дневниках он отмечает:

«Нет, судите наш народ не по тому, чем он есть, а по тому, чем желал бы стать. А идеалы его сильны и святы, и они-то и спасли его в века мучений…»

Достоевский выступал против вестернизации. Он не одобрял петровские реформы, негодовал по поводу разрыва между интеллигенцией и народом, утверждал, что именно идея вестернизации служит его причиной. На самом деле, на мой взгляд, Достоевский осознавал и динамизм, созданный петровскими реформами. Критикуя идею вестернизации, писатель говорил также об объединении Европы и концепции всечеловечности.

Достоевский, время от времени уделявший также внимание литературной критике и анализу, очень любил Пушкина, отводил важное место Ломоносову и Гоголю. В его дневниках есть такие строки:

«Ни один русский писатель, ни прежде, ни после его, не соединялся так задушевно и родственно с народом своим, как Пушкин… Положительно можно сказать: не было бы Пушкина, не было бы и последовавших за ним талантов… С Пушкина только и начался у нас настоящий сознательный поворот к народу, немыслимый еще до него с самой реформы Петра».

Лично у меня всегда вызывал интерес вопрос о том, как относились друг к другу Толстой и Достоевский. Стефан Цвейг говорит: «Толстой признался во всем, кроме своего отношения к Достоевскому».

А Достоевский всегда говорил о Толстом сдержанно, но, полагаю, так или иначе отдавал должное масштабу его гения. В дневниках Достоевский подробно останавливается на «Анне Карениной». В итоге он говорит:

«Если у нас есть литературные произведения такой силы мысли и исполнения, то почему у нас не может быть впоследствии и своей науки, и своих решений экономических, социальных».

Одна из интересных граней творчества Достоевского — это его взгляды, связанные с войной. Конечно, он не рассматривал войну как вопрос приобретения территорий. Писатель отмечает:

«Война освежит воздух, которым мы дышим и в котором мы задыхались, сидя в немощи растления и в духовной тесноте».

Как известно, особенно вторая половина XIX века в России была периодом серьезных проблем. На эту эпоху наложили свой отпечаток вопросы, с решением которых царский режим не справлялся, требования свободы, социалистические идеи, тяжелые экономические условия, безземельные крестьяне, проблемы с соседними государствами. Из-за проблем в отношениях России с Османской империей и другими соседями в те годы Достоевский достаточно подробно касается и темы войны. Он использует такие выражения, как «Стамбул должен быть наш» и даже «будет наш», высказывает некоторые идеи и в целом о турках. Конечно, с такими мыслями невозможно согласиться, и их, пожалуй, следует связывать с психологической атмосферой того времени. Но мы, турки, великодушны — хотелось бы сказать Достоевскому. Мы умеем не смешивать творчество писателей с их идеями, которые под влиянием духа времени, к сожалению, могут становиться резче. Мы, несомненно, гордимся быть частью своего народа. В конце концов ведь наша задача — стремление ко всечеловечности и всемирному братству. 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.