Во всемирной войне против Covid-19 есть невидимый фронт, бойцы которого столкнулись с суровым испытанием в условиях чрезвычайной ситуации. Целая галактика мужчин и женщин, состоящих в более или менее постоянных любовных отношениях или привыкших к периодическим внебрачным связям. Женатые пары, с детьми и без, внезапно оказавшиеся в повседневности военной организации.

Есть пары, поддерживающие отношения на расстоянии. Они живут в разных городах и странах — умышленно или, например, по работе.

Есть и пары в процессе развода, вынужденные делить одно и то же пространство из-за обстоятельств непреодолимой силы и откладывать прощание на неопределенный срок.

Есть люди, состоящие в неоформленных отношениях, они не могут видеться, если живут в разных районах города, принимают ответственное решение не видеться или, напротив, нарушают предписания и встречаются, смешавшись, например, с толпой в очереди за продуктами, рискуя получить повестку в суд.

Есть одинокие люди, привыкшие к насыщенной общественной жизни, в том числе виртуальной, к знакомствам с разными партнерами. Они оказались приговорены к внезапному одиночеству. Короткие расстояния превращаются для них в безграничные пространства, в то время как для всех остальных пространство с каждым днем сжимается.

Очевидно, что это не первая линия фронта, но любовь и секс пали побочными жертвами пандемии. Нет доказательств, что коронавирус передается половым путем, но безусловно известно, что он передается через слюну. А значит, даже обычный поцелуй, может оказаться заразным.

«Это очень сложный период. Лакмусовая бумажка для любовных отношений, но и идеальный момент для возобновления моногамной близости», — утверждает Эммануэле А. Йаннини (Emmanuele A. Jannini), штатный профессор Отделения эндокринологии и медицинской сексологии в Университете Тор Вегата в Риме, председатель Итальянской академии здоровья пар. По словам профессора, вынужденная совместная жизнь в изоляции для пар, состоящих в постоянных отношениях, может нести в себе ряд положительных аспектов: «Это момент не асексуальности, а возобновления близости, состоящей в том числе и из ласк, поцелуев, секса».

Предсказывают, что по окончании чрезвычайной ситуации мы станем свидетелями бума рождаемости и разводов. Даже пары, состоящие в самых устойчивых отношениях, платят в нынешних обстоятельствах очень высокую цену. И неправда, что счастливые семьи счастливы одинаково. В этом можно убедиться на примере истории Андреа, 44-летнего фармацевта из Спелло, средневекового городка в Умбрии. Его ремесло, как и профессии других людей, оказавшихся на переднем крае, заставляет его взаимодействовать с людьми. Он девять лет женат на Марии, ей 39, у них трое маленьких дочерей, четвертая на подходе.

«Какое-то время назад в течение двух недель у меня были симптомы коронавируса: высокая температура, затрудненное дыхание, диарея, боль в мышцах. Мне сделали два теста, оба были отрицательными. В ожидании результата я заперся в отдельной комнате. Жена беременна, я боялся ее заразить», — рассказывает он.

В то же время заболели и девочки, температура поднималась выше 40 градусов. Сейчас все чувствуют себя хорошо, Андреа вернулся на работу, но решил продолжать изоляцию, несмотря на отсутствие симптомов. «Я снова стараюсь не целовать жену и не обнимать дочерей. Возвращаясь домой, я сначала громко со всеми здороваюсь, перед тем как бросить одежду в стирку. Это предостережение, я считаю необходимым им пользоваться. Разумеется, эта ситуация очень выбивает пары из колеи, возникает риск отдаления друг от друга, конфликтов, но как триатлонист я привык видеть дальше препятствий», — подчеркивает фармацевт.

В определенных аспектах коронавирус становится своего рода меркой, признаются некоторые наши собеседники. Если с социальной точки зрения это умозаключение можно будет проверить лишь со временем, то расхождения, к сожалению, только усугубятся. В любовной и сексуальной сфере чрезвычайная ситуация поражает всех поголовно, даже если некоторые страдают больше других. Например, любовники.

«Этот период спровоцирует кризис в разных внебрачных отношениях — тайных, ограниченных временем, выкраденных у повседневной жизни. Сегодня они стали невозможны: эти отношения подвергаются испытанию, и многие завершатся», — размышляет Роберта Росси (Roberta Rossi), психотерапевт и сексолог, председатель Итальянской федерации научной сексологии и автор исследования «Я первая. Руководство к женскому удовольствию и оргазму» (Io vengo prima. Guida al piacere e all'orgasmo femminile).

Занимаясь психотерапевтической деятельностью (в эти недели — онлайн), она рассуждает о наиболее критических ситуациях. Например, женщины, живущие со склонными к насилию мужьями, не имеют теперь возможности выйти из дома, пойти на работу и ослабить напряжение. Или люди, находящиеся в процессе развода: «разработав, а в некоторых случаях и предвкушая перспективу ухода партнера, они сталкиваются с ситуацией, когда все снова ставится под вопрос, и боятся, что им не удастся принять такое же решение в другой момент».

Есть еще и отношения на расстоянии: пары, которым не удалось воссоединиться перед «локдауном», люди, живущие в разных городах, разных странах, по собственному выбору или по работе. Чрезвычайная ситуация перевернула их жизни и принудила к разлуке. Это явление распространено и затрагивает разные поколения.

57-летний Альберто в ноябре разошелся с женой после 15 лет брака и переехал в Милан. В Фейсбуке он нашел свою первую девушку Джулию, бывшую одноклассницу. Со школьных времен они не общались, сейчас ей 54 года, она в разводе, двое детей, живет в Кольмаре в Эльзасе — одном из французских регионов с наибольшим количеством заболевших Covid-19. «Мы начали переписываться, я ее навестил, и мы снова стали парой. Мы виделись три раза и очень влюблены. А потом нахлынул коронавирус, и жизнь вновь нас разлучила, — рассказывает Альберто. — Мы каждый день общаемся в Скайпе, разговариваем по несколько часов. Приглашаем друг друга на ужин перед компьютером, чокаемся бокалами с одинаковым вином. Иногда одновременно смотрим один и тот же фильм или одни и те же новости по телевизору и делимся мнением по телефону. Иногда занимаемся любовью по видеосвязи, плачем, смеемся, думаем над тем, как организовать совместную жизнь рано или поздно, если эта штука пройдет».

Отложенные планы, надежды, размышления о будущем. 42-летний Фабрицио живет в Эдинбурге, в Шотландии, где у него отличная работа. В июле у него начались отношения с 38-летней Мартой из Рима. В последние несколько месяцев они часто встречались, а в мае Фабрицио должен был переехать в итальянскую столицу на лето и работать удаленно. «Все планы рухнули, с середины февраля я в Италию не возвращался. Мы решили не ездить друг к другу из чувства ответственности, — подчеркивает Фабрицио. — У нас крепкие отношения, расстояние не представляет серьезной проблемы. Конечно, я осознал, насколько мне не хватает Марты, в том числе и в сексуальном смысле, но мы стараемся поддерживать нашу душевную близость».

Как и многих других наших соотечественников, Фабрицио поразили первые речи о коллективном иммунитете премьер-министра Великобритании Бориса Джонсона (Boris Johnson), прежде чем стратегия изменилась и был объявлен локдаун. «Его слова повергли меня в шок. Я внезапно осознал дистанцию между нашей культурой, христианско-католической, и культурой страны, где я живу, кальвинистской, не ставящей здоровье на первое место. Мы со многими итальянскими коллегами стали задаваться вопросом, хотим ли мы растить здесь своих детей. Эта страна многое мне дала, но я задумаюсь о возвращении в Италию. Здоровье и личная жизнь намного ценнее».

Для многих, в частности для миллениалов и более младшего поколения, отсутствие живого общения заменяется технологиями: чатами, видеозвонками, приложениями для обмена эротическими изображениями, аудио- и видеорядом. 30-летняя Ливия живет в Кальяри вместе с тремя соседями — двумя девушками и парнем, а также собакой и кошкой. Они с Патриком, ее ровесником родом из Габона, познакомились в Париже и начали встречаться. Их любовная и сексуальная история «всегда открыта, не уникальна. До „карантина" у меня были отношения с другими мужчинами, а у него — с другими девушками. Сейчас это невозможно, и я к этому и не стремлюсь», — рассказывает она.

Сейчас Патрик тоже находится в изоляции во Франции, после того как правительство ввело ограничения. «Мы занимаемся секстингом, обмениваемся интимными фотографиями и смелыми сообщениями, которые разжигают воображение. Я раскрываю ему свои сексуальные желания, а он мне свои, мы занимаемся оральным сексом и другими эротическими практиками. Есть еще и автоэротизм, в чем я не нахожу ничего дурного, для многих женщин он остается табу. Секс — это физиологическая потребность, он должен входить в число нужд первой необходимости», — добавляет Ливия. Со временем их отношения переросли в нечто новое. «Мы созваниваемся перед сном, я обращаюсь к нему, если у меня возникает какая-то проблема, в наших отношениях возникло ожидание, взгляд в будущее», — заключает она.

По словам экспертов, во времена пандемии среди наиболее уязвимых слоев населения оказались одинокие люди. В условиях вынужденной изоляции они дезориентированы, им трудно, потому что, помимо прочего, приложения для знакомств становятся бесполезными или почти бесполезными. Или же, как Тиндер, они трансформируются в канал для получения информации из первых рук из мест, оказавшихся под наибольшим ударом пандемии.

«Одинокие люди стали основными жертвами Covid-19 в любовной сфере, и с научной точки зрения их сексуальность — новая область для исследования», — говорит профессор Йаннини, написавший на тему приложений и социальных сетей, предназначенных для романтических встреч, статью, опубликованную в научном журнале Sexual Medicine Reviews (Исследования в области сексуальной медицины).

«В отличие от мужчины, отталкивающегося в целом от элементарных сексуальных инстинктов, женщина по природе своей часто вынашивает надежду, что за ночью хорошего секса вполне могут последовать и счастливые любовные отношения», — утверждает сексолог.

У любителей приложений для свиданий жизнь невероятно усложнилась. 31-летний Джузеппе, адвокат, пишет магистерскую диссертацию в Риме и систематически пользуется Tinder и Inner Circle — как он сам говорит, с большим успехом. С тех пор как он вернулся в Мессину, где живут его родители и сестра, правительство ввело запрет на передвижения, и все изменилось. «Это статистический факт: в Риме гораздо проще встречаться, там миллионы пользователей, и среди них есть и туристки, и местные жительницы, а здесь, на Сицилии, их гораздо меньше, — говорит он. — Это очень сложная ситуация, как с ментальной точки зрения, так и с логистической: на смартфоне я бы мог указать геолокацию в столице, даже если на самом деле я не там, получить контакты, а потом, после чрезвычайной ситуации, перейти к более близкому знакомству. Скажем, я бы мог указать свою геолокацию в столице, даже если это расходится с действительностью, взять контакты, а потом познакомиться поближе. Скажем так, я бы мог заронить семя — я этого еще не сделал, но не исключаю этого».

Несмотря на ограничения, Джузеппе поддерживал отношения со знакомой девушкой в родном сицилийском городе, но потом она отдалилась из страха, что о ней заявят в полицию. «Я ее понимаю, я осознаю, что ситуация серьезная, но проблема все равно остается. Возможность заняться сексом решила бы множество проблем», — добавляет Джузеппе.

К случайным партнерам привык и 38-летний Нино из Рима. Он пользуется приложением Grindr, распространенным в гей-сообществе и указывающим доступных пользователей по соседству. Нино тоже выбит из колеи в условиях чрезвычайной ситуации.

«В январе я начал встречаться с одним молодым человеком, Марко. Потом, когда разразилась чрезвычайная ситуация с коронавирусом, он неожиданно вернулся к своей семье в Марке, и мы больше не виделись. Сейчас мы созваниваемся, разговариваем, почти каждый день переписываемся», — говорит Нино. Он утверждает, что не боится одиночества. «Я не могу никак классифицировать наши отношения, которые, быть может, еще даже не сформировались. Это странно, словно ты застрял в промежуточном состоянии, но я не слишком тревожусь», — заключает он, очевидно дистанцируясь, почти с беспечностью.

Он спешит домой с покупками из магазина. Но у него все же проскальзывает: «На самом деле я нетерпением жду возвращения к нормальной жизни». Да, нормальная жизнь. Обычно мы ей пренебрегаем, зачастую ни во что не ставим, но никогда еще это словосочетание не обладало большей притягательностью.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.