Эгону Циллю (Egon Zill) из Плауена было 35 лет, он был начальником концентрационного лагеря Дахау и гордился своей ведущей ролью в массовых убийствах советских военнопленных. Горд был и обершар-фюрер СС Себастьян Эберль (Sebastian Eberl). «Завтра у нас опять будет праздник снайперов», радовался он, направляясь к расположенному в двух километрах «стрельбищу СС Хербертсхаузен». С конца августа 1941 года до лета 1942 года там были расстреляны более четырех тысяч солдат Красной армии. Их убийцами стали 190 членов штаба комендатуры и другие надзиратели лагеря СС. Практически никому из них не пришлось предстать после 1945 года перед судом. Но Эгон Цилль не избежал этой участи и в 1955 году был приговорен к пожизненному заключению, однако через восемь лет освобожден. Всю оставшуюся жизнь до самой смерти в 1974 году он прожил в Дахау. Директор берлинского Фонда изучения топографии террора Андреа Ридле (Andre Riedle) в опубликованной на днях книге, посвященной открытой в мае 2014 года мемориальной экспозиции на месте бывшего стрельбища СС, подробно описала модели поведения массовых убийц.

Долгое ожидание книги оказалось ненапрасным. Издатели — руководитель мемориала Дахау Габриэла Хаммерманн (Gabrielle Hammermann) и Андреа Ридле собрали воедино целых семь очерков, посвященных долго замалчивавшейся главе местной истории, а также многим другим вопросам. На примере преступлений, совершенных в Дахау, описываются исторические взаимосвязи спланированных национал-социалистами массовых убийств советских солдат. Бывшее стрельбище СС было одним из главных мест казни на территории всего Третьего рейха и олицетворяет собой историю замалчивания преступлений против человечности после 1945 года. Из 5,7 миллиона советских солдат, попавших в немецкий плен, погибли более трех миллионов — от голода, пыток и расстрелов. Во времена Холодной войны эти жертвы (а также места преступлений) оказались забыты. Аня Дойч (Anja Deutsch) и Керстин Швенке (Kerstin Schwenke) пишут о долгом пути к созданию мемориала, воспоминания о котором за несколько десятилетий оказались практически стерты из памяти людей. Своим появлением мемориал целиком и полностью обязан активистам гражданского общества. Андреа Ридле подчеркивает — и доказывает, что информация об этих расстрелах не была ни для кого секретом, и хотя многие жители Дахау утверждают, что ничего не знали о них, это не так.

22 июня 1941 года началось нападение, стоившее жизни миллионам людей

Историк Дирк Ридель (Dirk Riedel) из мюнхенского Центра изучения документов времен национал-социализма рассказал, в свою очередь, об активном сотрудничестве Главного управления безопасности Рейха, гестапо и Вермахта. «Война на уничтожение в лагерях Вермахта для военнопленных»: за две недели до нападения на СССР 22 июня 1941 года Верховно командование Вермахта отдало приказ по последовательному воплощению в жизнь антибольшевистской и антиславянской политики национал-социалистов путем уничтожения всех политических комиссаров Красной армии незамедлительно после пленения. Гестапо и Вермахт позднее выбирали военнопленных, которых затем увозили в концлагеря: комиссаров, евреев, представителей «интеллигенции», но и многих людей, попросту попадавшихся им под руку. Новая книга — своего рода «дополнение» к обеим выставкам, посвященным истории Вермахта, которые в 1995 и 2004 годах уже положили конец легенде о «чистом Вермахте».

Ключевым элементом книги, однако, являются биографии девяти жертв и одного человека, выжившего в «душегубке» в Дахау. К памятной инсталляции «Место имен» были идентифицированы около 1000 жертв — этим трудным и еще не закончившимся исследованием занимается Райнхард Отто (Reinhard Otto). Историк Габриэла Хаммерманн, в свою очередь, заостряет внимание на тогдашней ситуации как бы глазами жертв. Изучив множество документов, она в своей работе подчеркивает, что эти люди не были безликой массой — у них были конкретные лица и голоса; и это можно назвать примером «интегрированной истории» (так это назвал Сауль Фридлендер (Saul Friedländer)) красноармейцев в немецком плену.

После прочтения этой книги сам собой возникает вопрос: как могло получиться, что эти жестокие преступления до сих пор не проникли в сознание общественности? Конечно, по причине антикоммунистического консенсуса в годы противостояния Востока и Запада, а теперь из-за аннексии Крыма и политической напряженности в отношениях с путинской Россией.

Но, как бы то ни было, пять лет назад, к юбилею окончания войны 8 мая 1945 года, произошло нечто необычное. Йоахим Гаук (Joachim Gauck) преклонился перед страданиями советских солдат. Настолько четко и ясно до него не высказывался ни один президент Германии: выступая в замке Хольте-Штукенброк, Гаук назвал убийство нескольких миллионов попавших в плен красноармейцев «одним из крупнейших преступлений Германии».

Книга повествует о долго замалчивавшейся локальной истории, но также и о большой политике

Однако к 75-й годовщине окончания войны нынешний федеральный президент Франк Вальтер Штайнмайер ни единым словом не упомянул Красную армию, хотя совершенно неправильно смешивать между собой память о жертвах и нынешний политический контекст. Политика памяти жертв обусловлена гуманитарными целями «вывести» жертв национал-социалистического насилия «из тени забвения», сказал тогда Йоахим Гаук. И именно этой цели служит инсталляция на территории мемориала и бывшего «стрельбища СС» в Дахау. Это же подчеркивает и нынешняя вышедшая в свет книга. Историк Гётц Али (Götz Aly) когда-то сказал, что Германия выражает недостаточно сочувствия красноармейцам, погибшим в немецком плену, а также жертвам, которые понес Советский Союз, в целом. Половина из 27 миллионов жертв были мирными гражданами. Более 13 миллионов женщин, детей и стариков систематически уничтожались Вермахтом и СС в ходе обусловленной расистскими целями войны против «славянских недолюдей». И процесс осознания связанных с этим проблем еще далек от завершения — но книга Габриэлы Хаммерманн и Андреа Ридле стала важным шагом в этом направлении.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.