Как будто холодная война никогда не кончалась.

В прошлую пятницу Владимир Путин, российский премьер, присутствовал на похоронах Геворка Вартаняна, легендарного советского разведчика, который предотвратил покушение нацистов на Иосифа Сталина, Уинстона Черчилля и Франклина Рузвельта во время Тегеранской конференции в 1943.

После того, как Путин возложил цветы на гроб Героя Советского союза и поцеловал вдову, он провозгласил, что величайший российский агент разведки «будет жить в нашей памяти и в наших сердцах».

Через несколько дней высокопоставленный британский чиновник подтвердил реальность шпионской истории в стиле фильмов про Джеймса Бонда, в котором российские агенты контрразведки поймали британских шпионов за использованием поддельного камня с электронным оснащением в московском парке для передачи ворованных секретов.

Затем, в среду, российская газета «Известия» вышла с заголовком «Канадского офицера арестовали по подозрению в шпионаже на Россию». Деятельность российских шпионов не была настолько заметна со времен холодной войны.

«Большая часть таких происшествий скрывается и никогда не придается огласке», говорит Уэсли Уорк (Wesley Wark), эксперт по безопасности университета Торонто.

«Но общее мнение таково, что постсоветская Россия остается очень активной в иностранной разведке. В частности, администрация Путина, похоже, очень охотно инвестирует в иностранную разведку, что, в общем, не удивительно, учитывая его опыт в КГБ» (Путин — бывший шпион КГБ, служивший в Дрездене, Восточной Германии, в 1985-1990).

Фактически масштабы российского шпионажа никогда не сокращались, несмотря на распад Советского Союза 20 лет назад. «Насколько можно утверждать, с концом холодной войны сеть разведки осталась нетронутой или даже была расширена», говорит профессор Уорк.

Читайте также: Дело о шпионаже во флоте может быть связано с арктическим территориальным спором


«С упадком военной мощи россияне чувствуют, что им угрожают западные страны. Они считают,  что очень уязвимы с точки зрения безопасности. Эти опасения растут. Они чувствуют себя мишенью Запада, и я думаю, в некоторых кругах бытует мнение, что Запад пытается использовать слабости России в своих целях».

«Кроме того, путинское окружение многое вложило в идею, что Россия должна как можно быстрее вернуть себе статус великой державы», добавляет он. «Сам Путин верит, что использование разведывательной службы идет на пользу российской безопасности. Это часть его ДНК».

Только в прошлом месяце, обсуждая модернизацию российской экономики, Путин заявил, что ожидает, что Служба внешней разведки (СВР) сыграет роль в направлении вектора развития определенных отраслей российской индустрии.

«Во времена, когда перед нами стоит проблема модернизации экономики, помощь со стороны разведывательных служб лишней не будет», сказал он. В декабре британские чиновники выслали Михаила Репина, российского дипломата, из страны, заявив, что он агент СВР и что его поймали в попытке установить контакты с сотрудниками агентства национальной безопасности и компаний, работающих в оборонном секторе.

MI5, оценив цели российской разведки, считает, что Москва отметила Британию как «приоритетный объект». «Российскую разведслужбу интересует широкий спектр вопросов, включая политику правительства в отношении Евросоюза, НАТО, торговли, финансов и отношений между Британией и США», говорится в докладе.

Российские шпионы также фокусируют свое внимание на «стратегии ядерного устрашения, гражданской и военной энергетике и технологии, политических диссидентах и британских агентствах разведки». То же самое, вероятно, относится и к Канаде.

«Совсем недавно британцы сообщили, что российских агентов в Британии сейчас не меньше, а даже больше, чем во времена холодной войны», говорит Мартин Руднер (Martin Rudner), эксперт по контрразведке и почетный профессор в Карлтонском университете в Оттаве.

Еще по теме: Одержимым шпиономанией русским не понравился шпионский скандал в Канаде

«Я не верю, что количество спецагентов здесь сократилось - с их точки зрения, Канада не менее важна, чем Великобритания. У нас есть стратегические интересы в Арктике, мы конкуренты в секторе энергетики, мы активный член НАТО в сферах, которые очень близки российским интересам — Афганистан, Ливия, Сирия и восточное Средиземноморье».

По его мнению, целями российской разведки в Канаде являются «засекреченная технология, гражданские и военные тайны и наша собственная политическая и экономическая разведка». «Большинство канадцев наивно относятся к разведке и вопросам национальной безопасности, задаваясь вопросом: «Кто захочет причинить нам вред?» », говорит он.



«Ответ заключается в том, что разведка не направлена на нанесение нам вреда, она направлена на кражу наших секретов. И это хотят сделать не только наши оппоненты, как Россия, но и дружественные страны, такие как Франция».

Военная разведка — одна из приоритетных задач для России. Если они и есть «иностранная держава», вовлеченная в арест на этой неделе младшего лейтенанта канадских ВМС Джеффри Делайсла (Jeffrey Delisle) в Галифаксе, то существует много областей, представляющих для них интерес.

«По моему мнению, русский шпионаж в Галифаксе может касаться, в частности, кодов для сигналов [радиоэлектронной разведки], которые используются нами для связи наших находящихся в море кораблей с Галифаксом» сказал профессор Руднер.

«Расшифровывая наши коды, они смогут узнать не только то, что канадцы говорят канадцам, но также то, что канадцы сообщают о наших переговорах с американцами и другими союзниками. А это очень ценная информация.

Младший лейтенант Делайсл служил на военном корабле «Тринити», разведывательном центре в доке Галифакса, который отслеживает входящие и выходящие из канадских вод корабли при помощи спутников, беспилотников и подводных устройств.

Считается, что база в Галифаксе специализируется на подводном наблюдении и регулярно передает  данные ВМС США и НАТО. Кроме того, помимо доступа к кодам, он мог рассказать иностранной державе о местах установки океанских датчиков для контроля за перемещениями кораблей.

«Сегодня Канада - заметный член НАТО, у которого есть секреты, представляющие собой ценную информацию, в различных отраслях военно-промышленного комплекса— телекоммуникациях, компьютерном секторе и высокотехнологических оборонных мощностях различного вида, которая может интересовать русских», сказал профессор Уорк.

«Возможно, самое важное — это тесные связи Канады с американцами. У нас обширный доступ к американским секретам и американской разведке, а российские и советские разведчики часто использовали Канаду как стартовую площадку для разведывательных операций к югу от границы».

Еще по теме: Дело о российском шпионаже демонстрирует опасения МИ5

В любой момент времени число российских шпионов, оперирующих в Канаде, может “доходить до двадцати», сказал профессор Руднер. «Конечно, у них есть разведывательный интерес к обороне, и, по моему мнению, у них также есть стратегические интересы в Арктике: что канадцы собираются делать в Арктике, каковы их намерения и возможности».

«У них также есть промышленные интересы. Они хотят, например, узнать, каковы у Канады планы, намерения и возможности в энергетике -  экспорте нефти и газа, так как она является крупным поставщиком нефти и газа на рынки, на которых мы могли бы стать их конкурентами».


«Если говорить о технологиях, то есть много отраслей, в которых русским интересны наши намерения и возможности, а мы не заинтересованы в том, чтобы заранее раскрывать эту информацию», добавил он.

По оценке Мишеля Жюно-Катсуйи (Michel Juneau-Katsuya), бывшего офицера разведки в Канадской разведывательной службе безопасности и соавтора книги «Шпионское гнездо: поразительная правда об иностранных агентах, работающих внутри канадских границ” (The Startling Truth About Foreign Agents At Work Within Canada’s Borders), из-за иностранных шпионов каждый год Канада теряет 30 миллиардов долларов, затраченных на исследовательские работы.

«Канада — общество, основанное на знаниях», сказал он. «Это страна, которой есть что предложить, когда речь идет о передовых технологиях».

Шпионаж повсеместно считается «второй самой древней профессией» после проституции.

«Шпионаж, предательство, тайный сбор информации происходят до сих пор», сказал Дэвид Мейджор (David Major), президент Центра по исследованию контрразведки и безопасности в Александрии, штат Вирджиния, и бывший директор по контрразведке в Федеральном бюро расследований.

«Он продолжается, и он будет продолжаться, вне зависимости от отношений между странами».