Санта-Крус – Первые иезуиты, прибывшие в этот отдаленный уголок на востоке Боливии, увидев, наскольк малы двери индейских домов, дали всей местности название Чикитос (Chiquitos), что означает «детишки». Падре Хосе де Арсе (José de Arce) и монах Антонио де Ривас (Antonio de Rivas) впервые ступили ногой на эти земли в конце 1691 года. Вместо оружия они привезли с собой музыкальные инструменты. Опыт подвижнической деятельности в Перу и Парагвае научил их тому, что язык флейт, скрипок и мандолин облегчает общение с обитателями Нового Света. Но первые миссионеры и представить себе не могли, насколько глубоко войдут в жизнь и культуру местных индейцев те инструменты и та музыка, которую они привезли из Европы.

Следует отметить, что сейчас, по прошествии четырех веков, Чикитания (Chiquitania) является одним из наиболее музыкальных районов мира, где музыка барокко столь же актуальна и так же дышит жизнью, как и в XVIII веке. Она вобрала в себя местные традиции, органично сочетая в себе современность и традиции, артистизм и практичность, испанский и местный языки. Самым удивительным за несколько дней пребывания в обширной местности, находящейся между Санта-Крусом и границей Бразилии, мне показалось то, что здесь, в отличие от остального американского континента, культура самобытных народов находится в полном расцвете. 76 лет миссионерской деятельности (продолжавшейся до 1767 года, когда иезуитов изгнали) оставили глубочайший след и продолжали вносить свой вклад в жизнь тех индейских общин, которым миссионеры помогли консолидироваться, защититься от набегов «бандейрантов», захватывавших в плен местных жителей с целью обращения их в рабство, развить с помощью западного опыта свои традиции, искусство и особенно музыку.

В 1972 году началось восстановление церквей Непорочного Зачатия, Святого Игнасио, Святого Хавьера, Святой Анны, Святого Иакова и Святого Хосе (это те, которые я посетил, наверное, другие тоже восстанавливают) с их замечательными алтарями в стиле барокко, величественными колокольнями, статуями, фресками и огромными деревянными колоннами, органами и затейливо украшенными амвонами. Работа, выполненная швейцарским архитектором Гансом Ротом (Hans Roth), который посвятил ей 30 лет своей жизни, и его помощниками, не может не вызвать восхищения. Красивые, простые и вместе с тем элегантные церкви не выглядят как музеи, памятники навсегда канувшего в Лету прошлого, а как свидетельства того, что в Чикитании история продолжает жить в реальности сегодняшних дней.

Не только музыка, пришедшая из далеких земель, стала неотъемлемой частью культуры индейцев. Христианство также стало ядром той духовности, сохранившейся в течение всех этих веков и ставшей связующей силой индейских общин, которые самозабвенно участвуют во всех богослужениях вместе со своими вождями и старейшинами, танцуют, поют (иногда даже на латыни!) и ревностно оберегают свои святыни. В отличие от того, что происходит в других странах Латинской Америки и мира, где религию постоянно вытесняют мирские ценности, здесь она по-прежнему является основой жизни и, как и в средневековой Европе, той средой, в которой люди рождаются, живут и умирают. Однако было бы несправедливо утверждать, что в результате этого местные жители как бы остались в другой эпохе. Достижения современной науки и техники можно наблюдать повсюду: в школах, мастерских, в способах обработки земли. У всех жителей есть радиоприемники, телевизоры, мобильные телефоны, они пользуются интернетом. Но особенно заметны те удивительные способности, которые проявляются у детей в местных музыкальных школах, где они так же легко обучаются игре на контрабасе, гитаре, скрипке, как и на своих традиционных музыкальных инструментах.

В годы работы в этих местах архитектора Ганса Рота он обнаружил более пяти тысяч партитур музыки барокко, которые после изгнания иезуитов местные жители сохранили в пыльных сундуках или ларцах, покоившихся в подвалах разрушающихся церквей. Все это богатейшее состояние теперь систематизировано, занесено в компьютеры и хранится в архиве церкви Непорочного Зачатия, где специальные приборы поддерживают необходимую температуру и влажность. Вот уже долгие годы их изучением и систематизацией там занимается польский священник Петр Наврот. Его научные записи одновременно представляют собой подробный и интересный рассказ о том, как музыка барокко вошла в индейскую культуру.

Музыку, записанную на тех партитурах, которые пришли из глубины веков, можно теперь услышать в любом селении местности в исполнении оркестров и детских хоров. Молодежь и взрослые исполняют их с той же непосредственностью, с какой танцуют свои местные танцы, добавляя им зажигательное веселье и задор. Верующие и неверующие испытывают необъяснимое внутреннее волнение, когда теплыми и звездными ночами над местной сельвой (в которой еще обитают ягуары, пумы, крокодилы и змеи) разносятся чарующие звуки музыки. Они вдруг осознают, что Вивальди, Корелли, Бах и Чайковский – не только итальянцы, немцы или русские, но еще и местные жители, ибо великие художественные произведения принадлежат всем, кто их любит, принимает и выражает с их помощью свои чувства, радости и устремления. Некоторые из этих молодых людей сейчас обучаются в Буэнос-Айресе, Мадриде, Париже, Вене, Берлине.

Существует обширный список литературы, посвященной миссионерской деятельности иезуитов в Боливии, где они, без сомнения, оставили гораздо более глубокий и значительный след, чем в Парагвае и Бразилии. Чтобы удостовериться в этом, лучше всего прочитать книгу Мариано Баптисты Гумучио (Mariano Baptista Gumucio) «Иезуиты-миссионеры в Мохосе и Чикитос. Христианская утопия на востоке Боливии» (Las misiones jesuíticas de Moxos y Chiquitos. Una utopía cristiana en el Oriente boliviano). Перед читателями открывается одно из лучших и глубоко документированных описаний встречи европейцев и индейцев в одном из далеких уголков Южной Америки, которая вошла в историю не под знаком насилия и жестокости, а способствовала облегчению тяжелейших условий жизни, сделала ее более гуманной, обогатив менее развитую культуру идеями, достижениями и решениями, которые укрепили ее, сделав одновременно более современной.

Баптиста Гумучио ничего не упрощает и не затушевывает, правдиво рассказывая о спорных и неприемлемых сторонах деятельности иезуитов, относившихся к индейцам как к детям. Но автор справедливо отмечает, что, при всей своей строгости, установленная иезуитами система была несравненно менее несправедливой, чем та, которая господствовала в Андах, где дети от непосильного труда на рудниках умирали, как мухи, или в Бразилии, где захваченные «бандейрантами» индейцы продавались в рабство,  поскольку она обеспечивала выживание местного населения и сохранение их культуры.

Среди самых дальновидных распоряжений руководителей миссионеров – предписание об изучении особенностей местного населения, чтобы иезуиты могли проповедовать Евангелие среди аборигенов на их родном языке. Благодаря этому сформировалось наречие «чикитано», поскольку раньше племена, населявшие данную область, разговаривали на разных языках и с трудом понимали друг друга.

Ни одна из стран, вобравших в себя, подобно многим латиноамериканским государствам, множество культур – западную, то есть более современную и мощную, и менее развитые – не оказалась в состоянии создать такую модель, которая позволила бы последним развиваться и двигаться вперед, не утрачивая при этом своих отличительных черт: обычаев, верований, языка, обрядов. Во всех случаях, наиболее красноречивыми из которых являются США, Япония и Индия, развитие означало поглощение, если не истребление, слабой культуры более сильной, то есть западной. Конечно, в этих процессах заключена страшная несправедливость. Но еще ни одному обществу не удалось выстроить такую систему, при которой малая и древняя культура смогла бы «встроиться» в современность, не утратив при этом всю совокупность духовных и материальных факторов, свойственных только ей и отличающих ее от других. В Латинской Америке, где этот вопрос стоит с особой остротой как минимум в нескольких странах, мы просто обязаны выработать модель, в которой справедливость нашла бы свое практическое воплощение. Где найти примеры, которые могли бы стать точкой отсчета? В местных селениях желающие могут узнать много полезного. Жители не утратили своей самобытности: языка, одежды, танцев. Их верования и привычки развивались в ногу со временем, так что они вполне могут стать полноценными участниками современной жизни, не теряя при этом своей идентичности в многокультурной Боливии и среди народов, населяющих Анды. Посетив Чикитанию, убеждаешься в том, что произведения Бетховена и местный музыкальный фольклор, силуэт ягуара и звуки гитары вполне могут сосуществовать и дополнять друг друга. По крайней мере, жители Чикитании этого добились, за что им честь и хвала!

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.