Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

Deutschlandfunk (ФРГ): Нужно вести переговоры вместе с Россией

© AP Photo / Syrian Civil Defense White Helmets via APПоследствия авиаудара в Идлибе, Сирия
Последствия авиаудара в Идлибе, Сирия
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Читать inosmi.ru в
Депутат турецкой правящей Партии справедливости и развития Мустафа Йенероглу в интервью немецкой радиостанции «Дойчландфунк» заявил о необходимости отговорить Россию от поддержки сирийского режима в ходе атаки на миллионы гражданских лиц в Идлибе. По его словам, целью должно стать политическое решение конфликта в рамках ООН. А президенту Сирии Башару Асаду придется уйти.

Дойчландфунк: Сегодня мы поговорим с Мустафой Йенероглу, депутатом турецкой правящей Партии справедливости и развития, членом турецкого парламента. Доброе утро!

Мустафа Йенероглу: Доброе утро!

 Господин Йенероглу, саммит Турции, России и Ирана, прошедший неделю назад, не принес результатов. Что ожидается от сегодняшней встречи Эрдогана и Путина?

— Да, с точки зрения Турции, необходимо использовать все еще имеющиеся возможности, чтобы отговорить российское правительство от поддержки сирийского режима в ходе атаки на три миллиона гражданских лиц в Идлибе. Потому что без бомбардировок россиян продвижение войск невозможно. Необходимо вести переговоры вместе с россиянами, чтобы предотвратить более масштабную гуманитарную катастрофу. Есть конкретные планы Турции, чтобы также предоставить гарантии безопасности российским военным базам, по которым все должно осуществляться должным образом.

— Давайте поподробнее поговорим о планах. Я бы хотела услышать от вас оценку того, что министр иностранных дел РФ Сергей Лавров сказал в Берлине. Он сказал, что масштабное наступление в Идлибе не планируется. Вы ему верите?

— Я считаю, что факты говорят об обратном. Уже были бомбардировки, при которых погибло большое количество людей. Свыше 10 тысяч человек вынуждены были бежать. Идлиб является провинцией, граничащей с Турцией. Поэтому, конечно, люди бегут в сторону Турции, поскольку Идлиб является последней зоной деэскалации. Нужно исходить из того, что в сторону Турции отправится около миллиона человек, и это будет следующей большой катастрофой.

«Избежать волны беженцев»

—  Вернемся к планам, которые вы затронули. Турция пытается выступить в роли переговорщика. Видите ли вы признаки того, что мятежники готовы сдаться или отступить?

— Должен быть запущен механизм. Сейчас все стороны должны предпринять усилия, чтобы совместно прекратить бомбардировки, остановить движение войск. Затем нужно избежать волны беженцев со стороны иранских военизированных формирований и предотвратить действия сирийского режима с его войсками. А затем нужно работать над политическим решением, в рамках которого Асад должен будет уйти. Поэтому Турция предлагает вначале обеспечить гарантии безопасности для российских военных баз, потому что это было изначально аргументом России в поддержке передвижений войск при помощи авианалетов. А затем в рамках переговоров нужно обсуждать еще более жесткий совместный контроль над этими территориями. Турция предлагает создать механизм, который, в конечном счете, должен привести к разоружению группировок, таких как Тахрир аль-Шам (организация, запрещенная в РФ, — прим. ред.), и мы совместно должны работать над политическим решением. Только так это может работать.

— Но во всем, о чем вы сейчас говорите, очень важную роль играют повстанцы, и с ними Турция может вести переговоры. В этой связи мой вопрос — видите ли вы какие-то признаки сотрудничества? Для повстанцев это будет означать поражение.

— Ситуация следующая: пока стороны — сейчас это россияне — будут поддерживать Асада в получении полного контроля над территорией, конечно, это вряд ли возможно. Но в тот момент, когда необходимо защищать человеческие жизни, нужно рассматривать каждую возможность, как бы трудно ни было. Но еще хуже более масштабная катастрофа, поскольку аргументы о том, что идет борьба с террористами, в этом контексте не могут быть состоятельными, так как менее одного процента жителей провинции Идлиб являются боевиками. А о том, что Асад назвал диссидентов и вообще все население террористами, знают все стороны. Поэтому нам нужно вместе работать над политическим решением.

«Идлиб — последняя зона деэскалации»

— Еще раз, чтобы прояснить: ваша позиция заключается в том, что в ходе переговоров подвижки должна сделать российская сторона, а затем и сирийская.

— 

Потому что без российской стороны сирийская сторона делать подвижки не может. Сирийская сторона, по нашему мнению, не является настоящим игроком. Без россиян сирийская сторона не смогла бы предпринять шагов. Кроме того, мы знаем, что согласие сирийского режима предоставить амнистию диссидентам и прочим в случае Алеппо в 2016 году и в случае Гуты весной 2018 году было только предлогом, чтобы, в конце концов, исчезли десятки тысяч людей.

— Это также является причиной, почему Турция до сих пор не сумела добиться того, чтобы джихадисты сложили оружие?

— Вы знаете, джихадисты, это только крохотная часть тех, кто в Идлибе представляет оппозицию.

— Да, но они играют там очень большую роль, прежде всего, с точки зрения сирийского режима.

— Конечно! Поэтому Турция предлагает совместно разработать механизм, чтобы разоружить так называемые радикальные группировки, джихадистов или как-то иначе их назвать, а затем совместно с западными странами запустить механизм, чтобы иностранные боевики смогли вернуться в свои страны.

— Это мы поняли. Но я задам вопрос еще раз по-другому. Вы видите какие-то подвижки со стороны повстанцев или даже джихадистов?

— Я скажу «да». Идлиб — последняя зона деэскалации. Нет больше возможности уйти в другую провинцию. Поэтому это для них единственная возможность вообще остаться в живых.

— Анкара сожалеет о том, что стала стороной в этой войне и поддержала сирийскую оппозицию?

— В этой войне поддержали не сирийскую оппозицию, а сирийский народ. Тогда было так, что сначала в 2011, затем в 2012 и 2013 годах сирийский режим поборол все оппозиционные группировки, вынудил бежать сотни тысяч людей, которые, конечно, бежали в первую очередь в Турцию. Так что с точки зрения Турции, не было другого варианта, как заняться этой темой и делать предложения Асаду, которые затем им отклонялись — потому что Турция пыталась поддержать демократические силы в Сирии.

«Турецкие войска в зонах безопасности»

— Турция откроет границу, если из Сирии последует еще больше беженцев?

— Турция предлагает создать зону безопасности внутри Сирии, в которой смогут разместиться несколько сотен тысяч беженцев. Это возможно, конечно, только при помощи россиян, но также, в первую очередь, и при помощи западных стран.

— То есть граница открыта не будет? Кто должен там защищать людей?

— Турция! Я сказал, что Турция предлагает, чтобы турецкие войска в зонах безопасности, которые сейчас частично контролируются и турецкой армией, и ее союзниками… чтобы там были созданы такие зоны безопасности, и люди смогли найти там убежище.

— Почему же не рассматривается вариант открытия границы, и почему вы уже сейчас никого не впускаете?

— Как и прежде, сейчас в Турции могут найти убежище люди, семьи с детьми. Но при этом Турция уже приняла свыше трех миллионов беженцев, больших возможностей для приема у нас, к сожалению, нет, но это и не является решением. В конечном счете, мы должны искать решение в Сирии, а это может получиться, когда все стороны, но также и западные страны окажут больше давления на российскую сторону, на иранцев и покажут, что кроме политического решения другого решения быть не может.

«Тогда все будет зависеть от России и Турции»

—  Но может ли быть решением создание лагерей для беженцев внутри Сирии, на территории, где вообще отсутствует безопасность для людей?

— Нет! Это не так. Пока что это работало.

— Но мы говорим о том, если сейчас в Идлибе продолжится эскалация.

— Если в Идлибе продолжится эскалация, тогда все будет зависеть от России и Турции. Если Россия будет принимать участие, то это станет возможным, потому что сам сирийский режим не обладает силами осуществлять атаки при помощи наземных войск, если русские не будут их поддерживать.

— Господин Йенероглу, скажите, в завершении нашей беседы: какие ожидания в этом конфликте вокруг Идлиба есть у вас и у других европейских стран?

— Что давление не Россию возрастет, что будут разработаны предложения, например, вопрос о том, что есть иностранные боевики, и как это нужно решать; что западные страны также будут готовы принять обратно своих граждан, и что они совместно будут работать над политическим решением в рамках ООН, и, в конечном счете, Асад уйдет. Эти аспекты могут быть реализованы только тогда, когда все вместе не только окажут давление на эти три стороны — Россию, Иран и Сирию, но и на тех, кто оказывает поддержку.