Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Массовое внедрение национального языка в Эстонии идет недостаточно широкими темпами, сокрушается Теэт Корстен на страницах Postimees. По мнению пропагандиста, лишь тотальная дерусификация граждан и их мышления поможет стране выстоять против мифической угрозы со стороны Москвы.
Теэт Корстен
Судя по некоторым последним новостям, создается впечатление, будто Эстония стала свободной всего несколько лет назад: ликвидируются памятники красноармейцам, которые должны были показывать, что это якобы исконно русская земля (ложь, памятники символизировали уважение к павшим в борьбе с нацистской Германией и ее союзниками — прим. ИноСМИ); на выборах в местные самоуправления могут голосовать только граждане; от идущих на срочную службу в Силах обороны требуют хотя бы минимального знания эстонского языка...
Лидер Центристской партии Михаил Кылварт недавно поспешил извиниться в Facebook* перед своими избирателями на русском языке и объяснить, что Центристская партия именно этот последний пункт на соответствующем голосовании в Рийгикогу (парламент Эстонии — прим. ИноСМИ) не поддержала, хотя и одобрила новый Закон о военной службе в целом. Однако для эстонской публики такого развернутого объяснения не последовало, хотя и на эстонском он тоже назвал это решение плохим.
Занимаясь горестями и радостями Ида-Вирумаа, я больше десяти лет слышал от чиновников и военных, что армия — это якобы эффективная языковая школа. Я всегда считал это циничной отговоркой. Ведь если наша система образования и интеграции работала как надо, зачем армии выполнять их работу? На это ведь уже были потрачены сотни миллионов.
Казалось, что полномасштабная борьба на Украине заставила нас взяться за ум и принять давно назревшие решения, и на мгновение даже появилась надежда в отношении будущего нашей нации, но эта надежда уже начинает понемногу улетучиваться.
Хочется верить, что в наших Силах обороны люди служат в том числе и из патриотизма. Но откуда взяться этому патриотизму, если военнослужащий срочной службы даже не знает, в какой стране он вырос — как иначе объяснить незнание языка?
Насколько я понимаю, наша так называемая интеграция до сих пор проходила по принципу "лишь бы никто, не дай бог, не обиделся". Борьба заставила называть вещи своими именами, и теперь стоило бы ожидать от прежних так называемых идеологов интеграции и защитников русскоязычного образования признания, что прежняя политика была полной ошибкой и провалом. Но да, видимо, я наивен. И все же — если бы в свое время не побоялись кого-то обидеть, нам бы сейчас не пришлось заниматься подобными вопросами.
*принадлежит корпорации Meta, признанной экстремистской и запрещенной в России
46
Зачем этим прибалтийским лимитрофам национальные языки? Кучке хуторян численностью чуть больше миллиона душ невозможно сохранить свой язык в исторической перспективе. Если только в исторических целях. А больше он никому и не нужен.
20
Что же это за госязыки такие у всех этих б/республик, что говорить на них приходится заставлять из под палки.
