Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
США необходимо выйти из НАТО, пока действия альянса не привели к новым жертвам, пишет колумнист The Hill. После окончания холодной войны организация утратила оборонную функцию и была вынуждена искать новую цель своего существования. В итоге это привело к многочисленным катастрофам в разных странах мира.
Джон Мак Глионн (John Mac Ghlionn)
Придуманное Трампом название Совет мира звучит смехотворно. Возможно, таковым этот совет и является. Однако оно ничуть не более смехотворно, чем утверждение о том, что НАТО — это совет мира.
Но эту фразу сейчас раскручивают в респектабельной компании с самым серьезным видом, будто она станет правдой, если ее многократно повторить. Не станет. НАТО зарождалась не как мирный клуб, а как военный альянс с вполне конкретной оборонительной целью, а именно — не дать советским танкам совершить марш через Западную Европу.
Это была дисциплинированная организация, строившаяся на принципах сдерживания и ограничения и имевшая четко определенные цели. НАТО работала результативно, так как знала, чем она является, а чем нет.
Той НАТО больше нет.
Холодная война закончилась. Варшавский договор был распущен. Советский Союз распался. Вместо того, чтобы объявить победу и уйти в отставку, НАТО сделала обратное. Альянс стал расширяться. Он занялся нравоучениями. Он бесцельно блуждал, будучи оборонительным пактом без явного врага. Как и большинство организаций, переживших свое предназначение, но пытающихся остаться востребованными, НАТО вместо этого ищет проблемы на свою голову.
Альянс теперь простирается вплоть до границ России, он включил в свой состав Финляндию и Швецию ради "стабильности", и вопреки географии, истории и здравому смыслу настаивает на том, что не представляет никакой угрозы для Москвы. Он говорит на языке мира, а действует как постоянная машина давления. НАТО называет эскалацию "гарантией мира". Окружение она называет "обороной". Альянс говорит, что действует сдержанно, хотя финансирует, вооружает и координирует продолжительную опосредованную войну, которая унесла сотни тысяч жизней.
Если это мир, то он очень странный.
Сторонники НАТО настаивают на том, что альянс просто приспосабливается к изменяющемуся миру. Это верно, но адаптация не всегда означает улучшение. Задачи НАТО так далеко ушли в сторону от уставных, что теперь она больше напоминает бродягу в поисках приключений, чем альянс, связанный договорными условиями. Косово. Афганистан. Ливия. Ирак. Каждая интервенция подавалась как нечто исключительное. Каждая стала прецедентом. Каждая оставила после себя руины, за которые никто не ответил.
Даже один только Афганистан должен был заставить альянс задуматься. Двадцать лет, триллионы потраченных долларов. Государство, собранное из брифингов, бумажных показателей и принятия желаемого за действительное. Когда оно рухнуло, это произошло почти мгновенно. НАТО не принесла стабильности Афганистану, но породила там зависимость, неразбериху, и закончила все таким беспорядочным выводом войск, что даже ветераны альянса не могут сказать, чего он этим добился. НАТО ничему не научилась, кроме как переименовывать свои неудачи и двигаться дальше.
Ливия следовала той же схеме. Бесполетную зону представили как защиту, а смену режима назвали побочным эффектом. Функционирующее государство низвели до состояния оружейного склада с флагом. В Средиземноморье вернулись невольничьи рынки, а НАТО спокойно двинулась дальше. Миссия выполнена, смотреть вперед, воспоминания стереть.
Вооруженный конфликт на Украине завершил эту трансформацию. НАТО теперь является военно-политическим брендом, способным выжить только в условиях вечной конфронтации. Формально она не воюет с Россией, но функционально альянс неотделим от этого конфликта. Он обучает. Он снабжает. Он координирует. Он сантиметр за сантиметром усиливает эскалацию, а потом называет сдержанность добродетелью. Каждую новую поставку оружия блок называет оборонительной. Каждое нарушение красных линий называется неизбежным, каждые затянутые переговоры — преждевременными.
Нам говорят, что мир станет поощрением агрессии. По крайней мере, так говорят люди, настаивающие на определении условий мира для всех остальных. Но бесконечная война тоже кое-кого поощряет: организации, которые становятся богаче, громогласнее и сильнее по мере продолжения боевых действий. НАТО больше не предотвращает войну, а управляет ею, регулирует ее, гарантирует, что она не закончится слишком быстро или слишком аккуратно.
Величайший трюк альянса заключается в том, что он провел ребрендинг, став нравственной необходимостью, а не стратегическим выбором. Ставить под сомнение НАТО сейчас — значит подвергнуться обвинениям в наивности или предательстве. Дискуссии не поощряются. Сомнения опасны. Организация, которая когда-то существовала для предотвращения катастрофы, сейчас рассматривает катастрофу как доказательство своей востребованности.
Предложенный Трампом Совет мира смехотворен в своей неопределенности. Комитет, созданный несколькими подписантами в ходе пышной церемонии, не сможет укротить Газу и переустроить мир. Но, по крайней мере, он признает очевидное: нынешняя система не обеспечивает ни стабильность, ни гармонию. Сторонники НАТО это не признают. Для них весь смысл — в отрицании.
НАТО сегодня — это мерзость. Не потому, что это зло, а потому, что она никому не подотчетна. Она не несет ответственности перед избирателями, не отвечает за последствия, а срок ее существования ничем не ограничен. Она расширяется бесконечно, проводит интервенции бессрочно, говорит на дипломатическом языке, но действует с применением военной силы. Она стала слишком большой, чтобы потерпеть неудачу, и слишком священной, чтобы подвергнуться сомнениям.
Мир не возникает из институтов, которым нужны враги для оправдания своего существования. Он возникает из ограничений, реализма и готовности остановиться.
Если трамповское название Совет мира звучит абсурдно, то это потому, что эскалация стала стандартным выбором, применяемым по умолчанию. НАТО больше не соответствует своему предназначению. Америке нужно отказаться от членства в этой организации, прежде чем появятся новые несчетные жертвы, и будут придуманы бесчисленные новые оправдания, чтобы эта машина смерти работала и дальше.
Джон Мак Глионн — автор и исследователь, изучающий вопросы культуры, общества и воздействие технологий на повседневную жизнь.
